"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

и пленные не спешат делиться магическими знаниями своих миров, так? — безжалостно подытожил Силин, ценность которого росла на глазах, а его гены вот-вот уже должны были бы проклюнуться, но... что-то никак.

— Да, — сумев удержать лицо, ответил не особо довольный капитан, но которому, как видно, была поставлена задача не скрывать ничего от единственного лояльного мага, ценность коего, и без того являющуюся секретом Полишинеля, нет смысла от него же и скрывать, ибо доверие в данном случае было оценено выше. — В общем, Ракитин, усыпив бдительность уже сверлящих дырки под ордена моих коллег, упоенных мечтами о том, как космические корабли во всю, ска, бороздят, а с цветущими яблонями ближе чем на Альфе Центавра и заморачиваться нечего, так вот, этот хитрый лис воспользовался ситуацией и вопиюще нагло бежал, как позже выяснилось, в ближайшее княжество, где у нас, как ты понимаешь, руки коротки.

На последней фразе Рябов вроде как даже попенял почти аналогично поступившему Силину. И который отважился вот покинуть княжество, чтоб отправиться в другое, если честно, удивив Виктора, но и подтвердив, в то же время, некие догадки своего руководства, настаивавшего на данном плане. Сам же Вячеслав, бывший теперь «упакован» куда лучше чем даже ещё вчера, с легкостью пошел на такой шаг, имея все на то основания.

На шее у него сейчас четыре пластинки индивидуальной магозащиты, способной, как мы помним, проигнорировать близкий разрыв недетских размеров авиабомбы и даже почти прямое, ну насколько это позволяет корректируемый артиллерийский боеприпас, попадание 152-мм снаряда, чего уж говорить о пулях, даже крупнокалиберных, хотя и танковый «ломик» ждет не больший успех. При всём при этом теперь нет риска, что данная составляющая защиты, удивительно, но как и в мире Фройза подпитываемая от магофона, откажет в решающий момент, так как теперь продублирована увеличивающей число пластинок на одну самоделкой. Да и противомагическая защита, работающая уже от резерва мага, в нашейном, увы пока всё ещё, амулете — вполне себе присутствует, так что не исключено, что и с кем-то из владетелей выйдет потягаться в прямом противостоянии, не ограничиваясь лишь подлыми ударами исподтишка. Ну, на сколько запасов «маны» хватит, понятное дело.

Помимо этого, разумеется, теперь есть и чем приложить супостата. На правом указательном пальце обосновалось кольцо с опасным даже для владетелей, ибо работающем на Круа, «светомечом» регулируемой длины и поражающей способности. На левом — аналогичных качеств щит, при нужде превращающийся в эдакую дагу. Ну и на левом безымянном — заклинание Шквал.

Причем, всё это моментальное! В отличие от требующих нескольких секунд подготовки ручных чар из арсенала Кима Фройза. Хотя и местный пистолет тот же — нужно уметь оперативно выхватывать, либо извлекать из Кармана, предварительно порывшись в нем, что незаметно не так-то и просто, в отличие от идеальных в этом плане колечек. Да и невлезающий в тот же Карман меч-палаш теперь уже нет нужды таскать с собой, а непонятно преобразившийся и обзаведшийся собственной энергетикой кинжал пусть полежит там, пока руки до него не дойдут. Точнее, не будет накопировано достаточного числа свитков Видения.

Все упомянутые кольца — это из того, что уже подчинилось. Хотя есть же ещё одно, из-за ненадобности убранное сейчас в Карман, аналогично Шквалу сразу заработавшее, ибо лишь на магии и без вливания Круа, колечко с Шатром.

Без шуток. Натуральный такой, где-то двухметрового диаметра и аналогичной высоты, в указанном месте не пойми откуда возникающий шатёр. Богато выглядящий снаружи, а внутри так и вовсе роскошный, просторный и просто удивительно оснащенный для взыскательного досуга притязательных персон. Да-да, именно что просторный внутри, так как на глаз — не меньше цирковой арены. Из недостатков: разве что отсутствие возможности использовать как склад, так как при каждой новой установке, судя по всему, всё это дело воссоздается заново, а предметы, «позабытые» внутри перед убиранием шатра в кольцо — тупо остаются на земле. Печалька.

Из неподчинившихся колец, ну или бесполезных по этой причине, стоит выделить ещё четыре. Явно привязанный к почившей Лиу Карман, как бы не хотелось, но покопаться в котором пока не судьба. Странно выглядящий во всем этом ассортименте ништяков, но многообещающий, прямо скажем, Лук. И ещё два кольца со Стрелами, заработавшими при вливании Круа, но бесполезные без предыдущего. Именно они, к слову, а точнее второе из них, и делает выглядящий глупостью Лук чем-то запредельным и столь желанным. Но раз нет возможности применить, то какой смысл о нём распинаться.

Всякие пирсинги с полезными возможностями Силин пока ещё не решился на себя нацепить, пусть даже они и могут становиться невидимыми, ну или нематериальными, раз неосязаемы. Хотя, если попасться на глаза кому-то наделенному Видением, то смеху будет.

— Вон вертушка, — вырвал Рябов Силина из раздумий. — В аэропорту нас уже ждут.

****

Примерно тогда же, какой-то тёмный подвал.

— Где я? Кто вы и что вам надо? — прохрипела Ольга Гаус, щурясь без очков.

— Здравствуйте, Ольга Ильинична, — войдя в круг света, поприветствовал хорошо освященную математичку крупный шатен с квадратной челюстью, и потянулся за платком, чтоб протереть лысину. — Жарковато сегодня, не находите? Я полковник Национальной Службы Безопасности Некрасов Олег Петрович. Вы у нас... эм, в гостях.

— Что вам от меня надо? Почему я голая и привязана к койке, что это за капельницы? И как вообще вы сумели обойти Закон? — начала вся дрожать фигуристая красавица, с сейчас прилипшими к мокрому лбу прядями более не идеального платинового каре.

— Вы, Ольга Ильинична, как будто и не родились да выросли в нашей замечательной стране, — усмехнулся явно начавший отвечать на последний вопрос Некрасов, с удовольствием сейчас озирая видные, ну и видные тоже, достоинства Гаус. — Закон — он как дышло, куда повернул туда и... Ну вы в курсе. В общем, у взрослых дядей, Оленька, всегда есть, что положить на... эм, любые правила и алгоритмы. А то, что мы не спешим всем демонстрировать длину, скажем так, своих рук, так это лишь чтобы усыпить бдительность да позволить и далее пребывать в приятном неведении, а то и заблуждении, разнообразным лицам, столь страстно, как