"Фантастика 2025-27". Компиляция. Книги 1-25 - Андрей Соболев

Была ли она счастлива? Ответа на этот вопрос у меня нет. Но, по отзывам знавших ее людей, Эльза не производила впечатления человека удрученного. Всегда была весела и приветлива, очень любила гостей. Есть еще деталь. Эльза вступила в партию, иначе не видать ей заграницы, но в доме у нее висела икона Богородицы. Когда спрашивали, говорила, что в память о муже…

– Ее отца и брата выпустили?

– Немедленно по прибытии Эльзы в Москву. Дали квартиру. Оба работали в оборонной промышленности. Отец умер в 1967 году, Эльза приезжала на его похороны. Обычно такое не практикуется, сам понимаешь, есть сложности с перемещением через границу резидента-нелегала, но Эльзе в силу ее заслуг пошли навстречу. Брат жив до сих пор, ему за девяносто.

Крайнев некоторое время сидел молча.

– Вчера ночью я отправил ее в Москву, – сказал, наконец. – Избитую, израненную. А сегодня узнал, как она прожила оставшуюся жизнь. И то, что она умерла за несколько лет до моего рождения. Иногда мне становится страшно.

– Тебе незачем возвращаться в прошлое! – сказал Гаркавин. – Мне поручено передать, что это нежелательно. Самое главное ты сделал: сообщил о «Валгалле» и спас Эльзу. С разгромом Орешково справится Саломатин.

– Я веду передовую группу, – сказал Крайнев.

– Это последний бой бригады! Руководство не хочет, чтоб ты рисковал.

– Ты б на моем месте остался?

– Я – другое дело. Ты не понимаешь, что стал легендой? Герой Советского Союза! Пусть формально звание присвоили другому, но заслужил его ты.

– Это Саломатин герой. Всю войну на переднем крае: в голоде, холоде, грязи и крови. Я – турист. Кого следовало, завербовал, что требовалось разведать, разузнал… Заодно наломал дров. Я приговорил к смерти бригаду Саломатина. Отправился в прошлое, чтоб ее спасти или хотя бы попытаться, но вышло ровно наоборот. Так хоть буду рядом в последний час…

– Мне не нравится твое настроение! – нахмурился Гаркавин.

– Мне самому не нравится.

– Отдохни пару дней!

– Саломатин не отдыхал. Я хоть поспал.

– Мы включим установку на постоянную работу, – сказал Гаркавин. – Я договорился. Не разоримся. Помни: ты можешь вернуться в любой момент.

– Понял! – Крайнев встал. – До вечера!..

По пути домой Виктор думал, как объяснить жене свое поспешное возвращение в прошлое, но объяснять ничего не пришлось. Насти в квартире не оказалось. На полу прихожей валялось суконное пальто Крайнева, а вот Настиного в шкафу не было. «В магазин, что ли, выскочила? – подумал Крайнев. – Что так срочно? Вещи разбросала и ужином в доме не пахнет…» Он прошел в кухню и внезапно увидел на столе два листка бумаги. Один был смят, а второй лежал так, чтоб сразу заметили. Крайнев взял его. «Я от тебя ушла!» – было выведено знакомым полудетским почерком. Уже осознавая, что случилось, Крайнев расправил скомканный серый листок – письмо, которое так и не собрался прочесть в бригаде.

«Милый Витя, муж мой дорогой! Мне не хватает слов, чтобы сказать, как я тебя люблю! С первой нашей ночи не перестаю благодарить Богородицу за то, что послала мне тебя. Я не заслужила такого счастья. Ты самый красивый, самый умный и самый добрый человек на земле! Береги себя! Я буду ждать, сколько понадобится. Возвращайся скорее! Целую тебя всего, каждую клеточку моего любимого тела. Твоя жена Эльза Петрова».

Крайнев аккуратно положил письмо на стол и достал сигареты. Некоторое время бездумно курил, пуская дым к потолку. Затем бросил окурок в пепельницу и достал мобильник. Соединение с Настиным телефоном прошло быстро, но тут же последовал сброс. Крайнев вновь нажал на кнопку. Вызов снова сбросили, а когда Крайнев позвонил в третий раз, механический голос уведомил, что абонент в настоящее время недоступен. Крайнев мгновение подумал и набрал номер Федора. Тот ответил сразу.

– Настя у тебя? – спросил Крайнев, поздоровавшись.

– Не звони мне больше! – сердито сказал Федор и отключился.

Крайнев встал и вышел из квартиры. Во дворе он сел в микровен и отправился к Федору. Кардиохирург жил в обычном панельном доме времен СССР. Крайнев не стал звонить в домофон, а прислонился к перилам подъезда. Прошло полчаса. Молодая женщина с пакетами подошла к двери, на ходу доставая из сумочки ключи. Крайнев дождался, пока пикнет сигнал электронного ключа, и галантно распахнул перед незнакомкой дверь.

– Потеряли ключ? – кокетливо спросила женщина.

– С девушкой поссорились, – сказал Крайнев. – Не открывает.

– Если не впустит, заходите чаю попить! – предложила женщина. – Восьмой этаж, квартира семьдесят три.

Крайнев сдержанно поблагодарил и вышел на четвертом этаже. Дверь на звонок открыл Федор. Он вышел в коридорчик и прикрыл за спиной дверь.

– Настя у тебя? – повторил вопрос Крайнев.

Федор нехотя кивнул.

– С ней все в порядке? Жива, здорова?

Федор снова кивнул.

– Я могу поговорить с ней?

– Она не хочет.

– Попроси.

– Не хочу!

– Тогда присмотри на ней! – сказал Крайнев и шагнул к лифту.

– Погоди! – окликнул его Федор. – Со мной поговорить не хочешь? Раз пришел?

Крайнев покачал головой.

– Почему?

– Нечего сказать.

– Сукин сын! – рассердился Федор. – Хоть бы извинился!

– Перед тобой я не виноват.

– Это почему? – обиделся Федор. – Я ей брат!

– А я – муж!

– Хреновый, надо сказать! Не успел жениться, и – налево!

– Неправда.

– Не юли! Настя рассказала про письмо.

– Это было задание. Очень важное.

– Прыгнуть к женщине в постель?

– Так требовалось для дела.

– Жениться?

– Она в меня влюбилась. После того, как ее пытали, я уже не мог…

– Слушай! – сказал Федор, приступая. – Ты хоть понимаешь, что говоришь?! Что натворил? Настя ради тебя отца бросила, всех родных! Перебралась в другое время, где у нее никого!

– Кто-то утверждал, что у нее есть брат.

Федор поперхнулся.

– Не пойму вас, молодых, – сказал с тоской. – Я тридцать лет с женой прожил, даже в сторону не посмотрел. Ну, может, и смотрел, но не позволил себе. И братья такие же! Думаешь, я не мог бы? Знаешь, сколько женщин на меня поглядывало, особенно когда директором стал? Некоторые даже предлагали. Но как подумаю, что Машу предам… Она не виновата, что постарела, пополнела и внешне не похожа на ту, с какой я когда-то познакомился. Я ее до сих пор люблю, и не понимаю, как можно на две семьи…

– У меня одна семья.

– А та… Эльза?

– Ее увезли в Москву, больше не увижу. В нашем времени ее тоже нет – умерла в 1976 году. У тебя, Федор, есть семья, дети, сестра, братья, племянники. У меня, кроме Насти, никого.

– Нет, так появится! – сказал Федор. – Один раз изменил, снова захочется. Заигрался ты, Виктор! Вся эта войнушка никому не нужная, задания по соблазнению