Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

бегу сдергивая с плеча «саежку». Подбегая ближе, услышала помимо воплей смачные итальянские ругательства. И не спрашивайте, как я поняла. Просто однажды послушайте, как бранятся итальянцы. Даже перевода не нужно. Я вернула ружье на плечо и перешла на шаг. Раздвинула высокую траву и принялась наслаждаться зрелищем.

Картинка была шикарная: разъяренная Дзетта таскала за патлы эту тетку из министерства, периодически выдавая ей крепкие пинки по филею и успевала ее еще и материть. Я не знаю итальянского, но, думаю, слово «puttana» было в ее выражениях самым пристойным. Наверное, итальянка и тигра отпинала бы запросто. Министерва же вцепилась в запястья мучительницы, пытаясь сохранить остатки волос, и оглушительно визжала. Увидев меня, Дзетта отпустила свою жертву. Леди Лесхоз, которую перестали поддерживать в вертикальном положении, плюхнулась на задницу и, подвывая, принялась ощупывать макушку, пытаясь определить степень ущерба прическе.

- Что здесь происходит? – потребовала я объяснений. – Дзетта?

Итальянка отряхнула руки от пучков выдранных волос, довольно метко сплюнула в сторону потерпевшей и заявила:

- Quella puttana ci ha provato con il mio uomo.

Собственно, тут и понимать нечего. Тетка весьма опрометчиво попыталась сооблазнить Борюсика, за что и поплатилась. Вот только нафига ей этот маменькин сынок? Разве что их хитрого расчета. Он характером заведомо слабее, да к тому же со всяческими женскими уловками еще не знаком. Окрутит мальчика вот такая стервоза, привяжет к себе, и будет наш доцент как собачка послушно выполнять все ее распоряжения. В итоге, выйдет у него жизнь еще хуже, чем с мамочкой.

- Борюсик! – гаркнула я.

- Я здесь, - проблеяло рядом.

Оказывается, он все это время был тут неподалеку. Это даже интересно. Говорят, женщинам нравится наблюдать, как мужики за них дерутся, но тут явно обратный случай. Это что, намеки на возрождение матриархата?

- Доцент, - я временно повысила статус ботана, - так все и было?

- Ну… в общем… так сказать…

- Ты мужик или тряпка? – не выдержала я. В конце концов, определись, какая женщина тебе больше нравится. Со второй буду разговаривать я.

- Да. Именно так все и было.

О чудо, мальчик становится мужчиной! Он даже попытался выпрямиться и сверкнуть глазами. Затем обнял итальянку и одарил ее страстным поцелуем в губы. Нагибаться для этого ему совсем не пришлось. Потом отставил локоток, округлив его кренделем.

-Сеньорита Дзетта?

- Grazie mille, mio caro Boris. – ответила дама его сердца, делая ударение в имени кабальеро на первый слог. Затем грациозно взяла своего caro под руку, и парочка величественно удалилась.

Пока я выясняла обстоятельства дела, пострадавшая сторона уже более-менее пришла в себя. Слезы унялись, вопли прекратились, хотя гримаса боли еще оставалась на холеном личике. Я повернулась было, чтобы уйти, но меня притормозили гневным возгласом:

- Вы что, Анна Аркадьевна, собираетесь так это оставить?

- А вы, видимо, против? Что ж, изложите вашу версию событий.

-Мы с Борисом Митрофановичем мирно беседовали, как вдруг налетела эта ненормальная и…

- Я видела, что было дальше. И слышала. Между прочим, сам Борюсик однозначно подтвердил версию Дзетты.

- Но ведь…

- И он однозначно сделал свой выбор. Думаю, если вы попробуете еще раз посягнуть на этого недоросля, вам стоит сперва побриться наголо. По крайней мере, будет не так больно.

- Но ведь это дикость какая-то!

- Почему? На одного мужика возникло две претендентки, и он вправе выбирать. Или вы хотите, чтобы я вам привела ухажера как телка на веревочке? Нет уж, извольте сами постараться. Мужчина вас отверг, его дама сердца оказалась в состоянии защитить от вас свое сокровище. В общем, не говорите потом, что я вас не предупреждала.

Тетка тем временем поднялась, отряхнулась и, выпятив свои прыщики, по недоразумению называющиеся грудью, попыталась на меня наехать.

- Вы что, будете потакать этой сумасшедшей итальянке? Я подниму этот вопрос перед всей группой!

Это она, типа, угрожать пытается? Ну все, ща обломаю клушу по полной программе.

- А какое вы имеете отношение к нашей группе?

- Что значит, какое отношение?

- Ну вот что, - эта puttana начала меня раздражать. – У тебя, видимо, короткая память. Я не принимала тебя в группу. И никто кроме меня не имеет права этого сделать. Ты пока что приживалка, которой из милости позволили ночевать под нашей крышей и питаться с нашего стола. Ты пользовалась моей добротой две ночи. Даю тебе сроку до утра. Ты приносишь свою панель доставки и официально обращаешься с просьбой о принятии в группу. В противном случае – чао, как говорят итальянцы. Ву компрене?

- Ви, - хмуро ответила тетка. Ого, она французский понимает? А говорила, не умеет. Мутная, мутная особа. Выгнать бы ее куда-нибудь подальше. Но сдохнет ведь! Жалко.

И ведь не тупая – после ужина протянула мне свою плиту, и четко, проговаривая каждое слово, попросилась в группу.

- У кого есть возражения? – спросила я. Против была, понятно, только Дзетта.

Формальности не заняли много времени. И я принялась за объявления.

- Этот островок слишком мал, чтобы на нем поселиться надолго. Рядом есть другие острова, но мы пока не готовы к вылазкам. Большинство из вас совершенно не умеют обращаться с оружием. Это не дело, когда стрелков только старик да девчонка. Кроме того, мы элементарно не можем общаться друг с другом. Поэтому ближайшую неделю никуда не плаваем. Сидим здесь и учимся. Задача – уверенно попадать в цель из ружья на расстоянии по меньшей мере пятьдесят метров и знать полсотни наиболее употребимых слов на английском и на русском. На берегу в светлое время суток будем держать постоянный пост. Вопросы?

- А зачем английский?

Это Михалыч голос подал. Ясно, неохота зубрить на старости лет.

- Затем, дорогой Достоевский…

- Между прочим, Каренин!

- Между чем? Так вот, Достоевский: это потому, что английский считается языком международного общения. И я не знаю, с кем нам завтра придется разговаривать. Еще вопросы?

В ответ дружное молчание.

- Тогда с завтрашнего утра извольте исполнять.

Глава 17

Неделя прошла в трудах, праведных и не слишком. Промеж тренировок и зубрежки мы успели обустроить неширокую тропинку к морю, постаравшись как следует замаскировать ее начало. Кроме того, установили вторую палатку для нашей парочки. Надо сказать, что даже двадцать метров расстояния вовсе не преграда для томных вздохов и страстных криков. Уединение влюбленных