Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

— Бабушка, подождите драться. Я же вам ничего плохого не сделал. Мы вообще видимся впервые. Объясните мне, где я нахожусь. Что все это значит? — и я провёл руками по окружающим нас руинам,- где все люди? Куда они подевались?

— А то ты не знаешь! — ответила мне бабка злобным голосом,- не знаешь? Тогда сейчас узнаешь!

В то же мгновение на моё темя обрушился сокрушительный удар. Из моих глаз, сыпанули натуральные искры, в голове, что то взорвалось и я без чувств повалился на холодный бетон.

Я не помню сколько я валялся так ( мне показалось, что очень долго, но видимо всё же это было не так). Я очнулся от жуткого (ещё более жуткого и страшного холода, пронизывающего меня от макушки до пяток). Открыв глаза, я обнаружил себя лежащим на заснеженной земле. Самое удивительное было то, что падал я на мостовую, вымощенную разбитыми бетонными плитами. Теперь же их и след простыл.

Кряхтя, я с трудом принял вертикальное положение и оглянувшись по сторонам решительно не узнал окружающей меня местности.

Каким то чудесным образом я оказался на берегу огромного замерзшего озера. Берег его был очень крут и подойдя к его краю, я увидел, что само озеро напоминает собой исполинскую воронку, уходящую глубоко в недра земли. Вокруг меня простиралось безлюдное заснеженное поле, а когда я, что есть силы напряг зрение, то сумел разглядеть далеко на горизонте смутные силуэты, каких то зданий. Был ли это тот же населённый пункт, в котором я находился совсем недавно и из которого перенёсся столь чудесным образом на берег этого неведомого мне озера, мне, конечно было решительно не понятно. Но и ответить на этот вопрос я не мог ( во всяком случае, до этих зданий было по моим расчётам километров десять, не меньше).

Оглянувшись вокруг я заметил ещё одну особенность окружающей меня местности. Как я не старался,но не мог разглядеть ни единого деревца, ни единой травинки, ни единой былинки. Только снег. Только насквозь промёрзшая земля и снег. Вот что окружало меня, погруженное в какую ту абсолютную тишину. До того абсолютную, что от неё звенело в ушах. Не было слышно, даже завывания ветра.

Я скосил глаза влево и вдруг заметил красное пятно, ярко выделявшееся, на белом снежном фоне. Встрепенувшись, я подбежал к нему и увидел лежащую на заснеженной земле довольно толстую книгу, обложка которой была красного цвета. Нагнувшись, я поднял её и прочитал название.

— В. Н. Назаров. Право на Ад. Семиотика пороков в «Божественной комедии Данте» («Ад» и «Чистилище»). Что за чушь? Откуда здесь оказалась эта книга? Что всё это значит?

Я подошёл совсем близко к краю берега и, что есть силы, запустил эту книгу вниз. И тут же вспомнил, что эта была та самая книга ( даже то издание), которую я прочёл за пару лет до моего перемещения, обратно в 1982 года, в своё молодое тело.

Но кажется это была последняя мысль в моей жизни. Потому, что в следующий миг, я подскользнулся, сорвался с крутого берега и полетел вниз, вслед за брошенной мною книгой.

Я очнулся, опять спустя какой то не определённый период времени. Очнулся и вновь ощутил ужасающий, не сравнимый ни с чем пережитым ранее, холод. Я поднялся рывком и оглянувшись, увидел, что нахожусь на ледяной поверхности огромных размеров. Со всех сторон это ледяное поле уходило за линию горизонта, и ему, казалось не было ни конца ни края. Причём этот лёд был угольно- чёрным, напоминавшим по своему цвету антрацит, ровно такой же цвет имели облака, низко нависшие над этим ледяным полем.

Пока я оглядывался по сторонам, пытаясь понять,где это я оказался на этот раз, вдруг послышался человеческий голос. Однако сколько я не вертел головой, мне так и не удалось обнаружить его источник. Вокруг меня простиралась абсолютно безлюдная ледяная пустыня… Оставалось лишь прислушаться к этому голосу и постараться понять, что же он говорит.

— В девятом круге заключены те, кто с помощью обмана разрушил не только кровный союз любви, но высший духовный союз, союз доверия. Всех, кто совершил этот великий и тяжкий грех, выходящий за рамки смертных грехов и основных пороков, Данте относит к категории предателей. Предательство есть средоточие всех пороков. Каждый человек в той или иной степени соприкасается в своей жизни с предательством и изменой, с обманом доверия. Предательство родных и близких, предательство любимых, предательство друзей, предательство коллег по работе, союзников по партии. Доминантные сферы предательства меняются от эпохи к эпохе.1

Слушая этот голос я поймал себя на мысли, что нахожусь на какой то странной лекции. Нет, она была даже весьма и весьма интересной, если бы не та, мягко говоря, странная обстановка, что окружала меня вокруг. Мягко говоря она как то не очень подходила для учёной лекции ( которую, быть может, в других условиях, я бы выслушал с интересом).

— Эге- гей! Кто ты? — закричал я голосу. Но он словно не слыша меня, продолжал:

— Девятый круг представляет собой ледяное озеро Коцит. Поверхность которого понижается от краёв к середине. Удивительно, что в центре земли, в её ядре, в самой сердцевине Ада, которая согласно Данте, является и сердцевиной Вселенной, царит не «геенна огненная, не вечный огонь, а вечная мерзлота. Вечный холод, вечная мерзлота являются здесь орудием возмездия, символизирующим 'ледяное сердце», ту моральную бессердечность, на основе которой и совершаются самые страшные преступления предательства и измены, сопряжённые с убийством «доверившихся»: родных, друзей, гостей, благодетелей.2

Если этот голос прав,то я опять оказался в этом долбанном озере Коцит, в котором пребывают вмороженные в лёд грешники. И в котором, в прошлый раз, едва не остался я сам. Но тогда это был сон. А, что сейчас? Сон или не сон? И какого хрена, даже если это сон, я вновь и вновь оказываюсь в этом ледяном аду? Кого я предал?

Тут я вдруг заметил, что внизу подо льдом, заметны многочисленные человеческие фигуры, застывшие на разной глубине, и в самых разных ( подчас очень причудливых позах). Я вспомнил, как в прошлый раз, почти уже оказался полностью вмороженным в этот чёрный лёд, сумев вырваться из его оков буквально в самый последний момент.

Тут вдруг меня