Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

— Слушай. А может быть всё это ерунда? — наконец спросил я Алёну,- ну это твоя версия. Может у меня просто крыша потихоньку едет? Может быть такое? Как ты думаешь?

— Я думаю, что может быть всё, что угодно. Единственное, чего я не боюсь, это то, что ты сойдёшь с ума. Тебе, Анохин, сходить не с чего. Так,что не болтай попусту. А напрягай своё серое вещество. Понял?

Я думал, думал, ' напрягал, как мог серое вещество', но казалось безрезультатно. Я хотел уже было махнуть рукой на все эти «размышлизмы» и отправится досыпать, как вдруг вспомнил.

— Кажется вспомнил!, — сказал я Алёне,- кажется вспомнил!

— Молодец! — ответила она мне,- ну и, что ты вспомнил?

— Помнишь, мы встретились с Галиной в парке?

— Конечно помню. И, что?

— А то. Когда мы уже уходили из парка, меня вдруг пронзил просто какой то адский холод. Хотя вокруг, не смотря на утро, уже стояла теплынь. В куртке жарко было. Я ещё спросил тебя, мол чувствуешь какой холод? А ты в ответ на меня, как на дурачка посмотрела. Мол какой такой холод. И самое интересное, что ветра не было. Можно сказать стоял полный штиль. Я сейчас я вспомнил и понимаю, что тот холод, который я ощутил тогда в парке, очень похож на тот, что я пережил в этих своих обеих снах. Очень похож!

— Ну вот видишь, Анохин, какой бывает результат, если хотя бы немного напрячь голову! — с одобрением в голосе сказала мне Алёна.

— Но ты помнишь это? Этот случай?

— А это не важно, помню я это или нет. Главное, что это, наконец, вспомнил ты. Итак, что мы имеем. Встречу с Галиной, твоей бывшей женой, этот самый холод, который пронзил тебя наяву, а потом твои сны с озером Коцит, в лёд которого вморожены предатели всех сортов. Тебя это не наводит ни на какую мысль?

— Наводит.

— И на какую же?

— Видимо там,- и я указал своим пальцем вверх, — или ещё где, считают, что мой грех перед Галиной настолько тяжек, что я достоин пребывать вечно вмороженным в этот чёрный лёд. Только я не пойму, почему это так. Миллионы людей разводятся, бросают друг друга и ничего. Кстати, я, что тоне припомню, что бы у Данте, в этом самом озере находились подобные мне грешники. Да и в книге этого Назарова, я ничего подобного подобного не читал. По моему там пребывают изменники родины, братоубийцы и прочая публика. Включая Иуду Искариота.

— Ну ты пока и не пребываешь в озере Коцит. Наяву по крайней мере.

— Знаешь ли эти сны будут покруче яви.

Алёна задумалась, побарабанила пальцами по столу, а потом спросила меня:

— А расскажи ка ещё раз, как и при каких обстоятельствах вы расстались.

— Я уже рассказывал тебе. Что ты хочешь услышать ещё?

— Ты вообще то рассказывал в самых общих чертах. Можно сказать ничего не рассказывал. Что то говорит мне, о том, что могут быть подробности которые ты утаил, и которые не захотел рассказать мне. Я права?

Я поднялся с табурета, подошёл к окну, постоял возле него, вернулся к столу., налил в стакан водки, выдохнул, выпил, а затем сев сказал глухим голосом:

— Ты права. Не сказал. Вернее сказал не всё.

— И, что же ты не сказал?

— Я говорил тебе, как у меня с Галиной отношения портится начали, и из за чего. Что выпивать я начал. Но это не всё. Обозлился я на неё тогда. Как бес в меня вселился честное слово. Начал изменять ей. Баб менять одну за другой. И главное не скрывал особо этого. Когда домой от очередной бабы возвращался, Галина при моём виде, вся как то съеживалась. Так, будто больно ей очень. А меня наоборот это даже как то заводило. Всё по больнее её ударить хотел. Мол получи. Ещё дружок у меня один завёлся. Он мне всё говорил: -мол ничего Витёк, мы мужики полигамны по своей природе, а с бабы не убудет. Мол стерпит всё. Потом мы развелись. Потом Галя умерла. Я это год спустя узнал, по телефону. Ну я тебе говорил уже про это. Только не сказал, что к после этого, ещё к тёще своей бывшей, как то зашёл. А она мне дневник Галин вынесла, на мол,почитай, дорогой зятёк, как ты мне единственную дочь угробил!

— И,что в том дневнике было? — спросила меня Алёна.

— Я пролистал его. Весь прочесть не смог. Оказывается Галка меня любила очень. А когда я начал все эти свои подвиги… В общем каждая моя измена была ей, как нож в сердце. Самое интересное. Что любить она меня не перестала и после нашего с ней развода. Только не пережила его. Здоровье у неё под откос пошло. Но она очень долго скрывала это как могла, а когда уже не смогла, поздно оказалось. Лейкоз в четвёртой стадии. Последние записи в этом дневнике были только об одном. Какую она переживает страшную боль. А я с ней даже не попрощался.

Я замолчал. Молчала и Алёна. Потом она нарушила это молчание произнеся:

— Вот и разгадка твоих снов Анохин. С озером Коцит и прочим. В общем предатель ты самый настоящий.

— Уже передумала, выходить за меня замуж? — криво улыбнувшись спросил я её.

— Ну не знаю. Если бы я была лучше тебя, то наверное бы передумала. А так… Ты в общем то про меня то и ничего не знаешь. Это может быть тебе пора бежать от меня. Бежать куда глаза глядят.

— Интересно! Это почему же?

— Потому. Была у меня одноклассница Юлька Незнамова. Ну мы друг, друга в школе не очень любили, но не в этом главное. Пришла она ко мне как то в фирму наниматься. А обстоятельства у неё были самые отчаянные. Муж бросил, родители умерли, и сама она попивать начала. А девчонка надо сказать, толковая была. Из неё бы хороший специалист мог выйти. Так я вспомнила старые школьные обиды, и не взяла её. А через три недели она повесилась. До сих пор не могу забыть её лицо, когда