"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

— Вы всё время в заботах о делах заводских, а ведь следует и отдых иногда организму давать, Иван Иванович, прогулки для сего довольно полезны ведь, да и вот погода к сему располагает, верно ведь?

— Да, Агафья Михайловна, дороги нынче прямо быстро просыхают, подводы с рудой легче доставлять получится.

Они отошли уже на два десятка шагов от Рума и Акулины и Агафья остановилась:

— Иван Иванович, вы кажется сказать мне что-то хотели, — она вопросительно посмотрела на Ползунова, теребя край платка и ожидая ответа.

— Да-да, простите меня, совсем ведь о другом хочу с вами поговорить, — быстро сказал Ползунов.

— Ну так и что же это за разговор такой? — осторожно спросила Агафья.

— Помните, мы о богадельне размышляли?

— Конечно, мне с дядюшкой беседу удалось составить, теперь я думаю, что он только рад будет, ежели сие благочестивое начинание устроится. Фёдору Ларионовичу я, конечно, уже изложила общую идею, так он мне даже благословил дамский комитет организовать. Про богадельню-то он и сам за обедом заговорил, да сказал, что приходили вы к нему с Модестом Петровичем. Вот я под этот разговор дядюшке про дамский комитет и коротко сказала. На столичные примеры указала, он и согласился.

— Да, это очень хорошо, — Иван Иванович кивнул и, помолчав, продолжил: — Мы с Модестом Петровичем у протопопа местного, Анемподиста Антоновича Заведенского побывали, по сему нашему замыслу его пригласили к участию.

— И что же, согласился он?

— Ну, вначале всё выспрашивал, разные моменты выяснял, но когда кассу на сбор начали обсуждать, так на том и сошлись.

— Так, а разве кассу сам протопоп собирать будет? Ему же по всяким приходским заботам и некогда этим заниматься-то поди…

— Здесь вы верно заметили, Агафья Михайловна, он сам на кассе сидеть и не планируется, только словом своим и убеждением о пополнении средств купечество здешнее убеждать взялся. А на кассу заводского надобно посадить будет, чтобы учёт верный поступлений осуществлялся. От всех поступлений мы с протопопом Анемподистом условились одну часть на устроение дел благочиния передать.

— А, тогда понятен ваш договор, — Агафья улыбнулась. — Но ведь и богадельня также станет в благочинии делом числиться, разве не так? Ведь это же вроде и заводское начинание, а по содержанию своему самое прямое попечение от церковного ведомства должно иметь. Да и наставление от духовенства необходимо в болезнях-то, помощь духовная.

— Ну, это в мои навыки не входит, а посему могу только о главном строительном вопросе заботу оказывать и попечение об исполнении нашего общего замысла. Здесь я дело знаю, а ежели кто из духовного ведомства проявит желание, то отчего бы и не пригласить, для утешения ведь тоже навык должен иметься… Хотя, вот и Пимен тот же, старец из Знаменской церкви, он ведь тоже это предприятие подтвердил, так что может и оттуда духовник окажется… В общем, наша забота сейчас на богадельню средства купеческие собрать, тем более что пока постройкой цехов люди заняты, а значит и время у нас имеется.

— Думаю, что это очень хорошо, что время у нас имеется, ведь и для организации комитета дамского время потребуется, — согласилась Агафья.

Они ещё помолчали, идя по окружавшей аптечный сад тропинке и уже поворачивая обратно в сторону расчищенных грядок и разговаривающих штабс-лекаря и Акулины.

— Да, эти наши предприятия вроде бы начинают устраиваться понемногу, — проговорил Ползунов как бы делая вступление к основной части. — Только мой разговор об иного рода начинании.

— Так и что же тогда за начинание? — Агафья поправила выбившийся из-под платка каштановый локон и опять остановилась. — Вы так не решаетесь сказать мне, словно дело какое-то особого характера… словно личное дело какое-то мне проговорить желаете, — она улыбнулась каким-то своим мыслям и внимательно посмотрела на Ивана Ивановича. — Но можете уже решаться и говорить мне прямо.

— Верно, дело это особого характера и мне надобно вашего одобрения, да только боюсь оказаться вам в тягость.

— Что вы такое говорите, Иван Иванович, разве можете вы мне в тягость быть, — горячо возразила Агафья, — Говорите прямо, я готова выслушать вас с самым прямым расположением.

— Благодарю вас за такое расположение. Мне право это очень важно от вас услышать, — Ползунов повернулся к Агафье и продолжил: — Был я вчера у купца местного, Прокофия Ильича Пуртова…

— У купца? — удивлённо и несколько растеряно проговорила Агафья. — Это… это что-то для меня совсем неожиданное…

— Да вы даже не представляете насколько и для меня это было неожиданной удачей, — не замечая смущения девушки, воскликнул Ползунов. — Я же уже и с Модестом Петровичем это обсудил, и он даже кое-какое дополнение от себя дал.

— Модест Петрович… дополнение дал… — повторила за Ползуновым Агафья и рассеянно вновь поправила и так хорошо сидящий платок, — Что же… что же за новость такая, ежели вы ко мне решили с этим обратиться? — она уже взяла себя в руки и спокойно посмотрела на Ивана Ивановича.

— Новость самая добрая, — с воодушевлением начал рассказывать Ползунов. — Мне Пуртов предложил водяную систему у него в доме установить. Помните, замысел мой с проведением трубопровода и доставкой воды в помещения напрямую, для общего удобства.

— Да, это очень новое начинание, да и наверняка из купеческого сословия кто-то захочет себе такое удобство получить, — Агафья как-то печально улыбнулась, глядя на Ивана Ивановича. — Впрочем, я здесь в вашем замысле и не сомневалась никогда, вот и плоды начинают появляться.

— Да плоды ведь совершенно для нас добрые, — подтвердил Ползунов. — Ведь в нашем с Пуртовым разговоре мы как-то удачно вспомнили о том, что грамоте здесь не обучают, а ведь для развития производства это совсем плохо. Мне на заводе обученные люди ой как необходимы. Вот и сошлись с Прокофием Ильичом на том, что и в торговом деле обученные люди требуются. Он и торговлю свою тогда сможет развить намного надёжнее ведь.

— Обучение грамоте и правда необходимо. Мой батюшка о том же всегда утверждал. Он даже у себя в поместье крестьянских детей грамоте обучал, дабы на хозяйстве люди знающие были. Потому наше хозяйственное устройство и было таким большим, что сии крестьянские дети после могли и учёт понимать, и разные новые правила более удобного управления использовать.

— Вот и я