Антидемон. Книга 26 - Серж Винтеркей

Но вероятность такого нападения я счел бы совершенно ничтожной. Монстры все же неплохо соображают. Обычно, если бы даже нас атаковала одна стая снизу, то вряд ли одновременно бы на нас набросилась и летающая вверху стая. Им‑то все сверху прекрасно видно. Вполне можно дождаться конца сражения, чтобы атаковать тех, кто выжил…

Но и главный аргумент, почему это все же не монстры… Перехватывая управление у Эрли, я бросил взгляд перед собой на вход в ущелье, а затем посмотрел наверх. И никого нигде не заметил. Ведь даже если там к нам под скрытом идут архимаги, их так сразу не заметить. Это долго приглядываться надо, ведь в ущелье нет кустов, в которых скрыт архимага опытным взглядом легко различить по неестественному поведению ветвей и листьев…

А на королевском артефакте Эрли заметила четырнадцать источников опасности…

Никогда не слышал даже про одну стаю монстров, в которой каждый монстр находится под хорошим скрытом. А уж вариант, что нападет две стаи монстров — и наземных, и летающих, — которые все массово пользуются скрытом, был совершенно уж фантастичным.

— Атака нелюдей! — громко сказал я. — Сектора с первого по четвертый на земле и с одиннадцатого по двенадцатый в воздухе. Главная опасность сверху: там точно грандмаги.

Ну да, в чистом небе, там, где нет никаких кустов, травы или листьев, по которым можно легко заметить скрыт архимага, если у тебя есть хороший опыт в этом отношении, теоретически может быть и архимаг под скрытом, а не только грандмаг.

Вот только архимаги обычно не способны справиться с «полетом». Есть у них, правда, вариант заклинания, которое позволяет серьезно снизить свою скорость, просто прыгая в какую‑нибудь пропасть. Но все четыре фигуры двигались слишком стремительно для этого заклинания, с той скоростью, с которой летают при использовании заклинания «полета», которое под силу только грандмагу. Так что сверху однозначно нас атакуют сейчас четыре грандмага.

Глава 5

И вот при атаке сверху у нас вся надежда только на куттирометы. В туннеле у нас установлены две линии обороны, к первой из которых вот‑вот нападающие приблизятся. А по воздуху — только жалкие тросы натянуты, которые грандмагов надолго не задержат. Как только они их преодолеют и приблизятся к нам на расстояние атаки, нам придется очень несладко.

Хорошо, что королевский артефакт засекает угрозу на таком большом расстоянии — он открывает хорошие возможности для стрельбы из куттирометов. Ведь их луч бьет очень далеко. И очень удачно вышло, что четверка сверху летит очень кучно… Если всех перебьем, то и не смогут они нам навредить, приблизившись на расстояние атаки… Секундой позже грандмаги все сместились в один сектор, и я не упустил эту возможность.

— Двенадцатый сектор — залп из куттирометов, прямо сейчас! — скомандовал я.

Один я стрелял полностью прицельно, а Тивадар с Корнелом просто палили в нужном направлении, размеченном на стене ущелья. После первого залпа три источника опасности из четырех продолжили двигаться, а вот с четвертым, в которого я лично попал, произошло что‑то странное, он просто‑напросто исчез. Был уже примерно в ста двадцати метрах от нас — но исчез, и все на этом. Если мы убили этого грандмага, то в этом случае тело должно было бы упасть на барьер королевского артефакта, разве не так?

Тут в голову пришла мысль: похоже, мы все же справились, и он нам больше не опасен. У этого грандмага, вероятно, был какой‑то вариант заклинания, как у Зерелиуса, который позволял при получении смертельного ранения вернуться в какое‑то безопасное место, и там потихоньку отлеживаться и приходить в себя.

За прошедшие после первого залпа пару секунд трое оставшихся грандмагов сместились в другой сектор, так что я подкорректировал указание:

— Второй залп — тринадцатый сектор! — скомандовал я.

Снова выстрелили. Эти выстрелы оказались еще более удачными. Два грандмага из трех стали видны невооруженным взглядом и резко ускорились, перейдя в простое падение. Попадания в них явно оказались смертельными, или они потеряли сознание от опасных ран, и их тела просто‑напросто падали сейчас вниз под влиянием силы тяжести… Королевский артефакт еще не убрал с них статус опасности, но необязательно потому, что они еще живы. Ведь они падали сверху нам на головы как тяжелые предметы, и могли быть уже только поэтому по-прежнему указаны как источники опасности…

Тела по форме были странными — массивными, но невысокими. «Да это же гномы! — понял я. — Нас атакуют гномы!»

Ну а что касается того, что эти двое не исчезли, в отличие от первого, то это тоже дело понятное. Тот грандмаг, который сейчас исчез, видимо, за счет своего редкого заклинания спасшись, не счел нужным поделиться им заранее со своими коллегами по команде. Эгоизм в чистом виде. Каждый сам за себя.

Похоже, для него главное самому спастись, и глубоко плевать, что будет с теми, кто атаковал нас вместе с ним. Наемники, что ли? Потому что если все это члены одного клана, то странно они себя ведут — чрезмерно эгоистично.

Оставшийся в одиночестве грандмаг в десятом секторе замедлился. Не будучи дураком, он догадался, что трое остальных тяжело ранены или и вовсе погибли. В него, похоже, никто из нас не попал. Но он сообразил, что мы используем какие‑то дальнобойные заклинания, от которых не спасает пассивная защита грандмага.

Может быть, он предпочел бы сейчас сбежать. Он даже начал смещаться влево и вверх, вместо того чтобы по-прежнему лететь вниз. Но мы не могли себе позволить того, чтобы хоть один из нападавших, тем более грандмаг, сбежал. Если мы не сможем перебить всех нападающих на нас по земле, то он присоединится к уцелевшим, и они все вместе начнут кошмарить нас… А если всех перебьем на земле, то он отправится за подмогой в свой клан…

Так что я тут же скомандовал:

— Последний грандмаг — девятый сектор, залп!

И мы снова все втроем выстрелили. Я один из нас попал, двое или все трое — неважно. Главное, что попали, и последний грандмаг, судя по тому, что стал видимым, и по скорости падения тела, тоже полетел вниз уже мертвым или тяжелораненым.

Подстреленные грандмаги еще не долетели до барьера королевского артефакта, как нападавшие наткнулись на первую линию обороны — на те три ловушки от Гредбенка, что я замаскировал. И я увидел через