Фиктивная невеста дракона, или Притворись моей навсегда - Мила Синичкина

Я пошла в нее внешностью, у нас есть картины матушки, да и отец мне часто говорил, что я вылитая мать. Но характер у меня не ее, иначе бы я знала, как нужно выходить изо всяких сомнительных ситуаций.

— А что я такого натворил? — дракон делает круглые глаза. — Никого не убил, не обокрал, даже не оболгал!

— Действительно, все — то у тебя было по — честному! — смеется коллега Нельсона. — И не поспоришь! Ладно, в этот раз все правильно сделал, не буду порочить твое имя перед невестой. Мое почтение, леди, — кивает он и уходит.

— Я, э, я не леди, — произношу обескураженная, но не обращением к собственной персоне, а содержанием диалога.

— Это поправимо, — машет рукой мой дракон, — идем, все голодные, пора гостей накормить, и они, глядишь, наутро не вспомнят ничего лишнего, будут думать, что помолвка удалась на славу!

— Лишнее — это замена жениха и празднества, да? — спрашиваю я, позволяя Нельсону увести меня в сторону, он кивает, а я продолжаю допрос. — А на что намекал твой друг?

— Он мне не друг, не обращай на него внимание, — отмахивается дракон.

— Ладно, не буду, но все же он на что — то намекал, — не отстаю я.

— Милая, — Нельсон вдруг резко останавливается посреди дороги, а я по инерции врезаюсь в него, — вот зачем нам вспоминать прошлое, скажи? Какая разница, что было раньше, ведь сейчас мы вместе! Тебе бы точно не понравилось, если бы я зудел про соседа — барона.

— При чем тут Ришар?! — закономерно возмущаюсь я. — И твое предложение нерационально! Оно было бы резонным, если бы, — осматриваюсь, нет ли рядом никого и понижаю голос, — если бы не наши особые условия. Не находишь, что мне стоит знать, что такое ты натворил? Я ведь не влюблена в тебя, меня не нужно ограждать от лишней информации, мне ее, наоборот, нужно давать.

— Не влюблена? Совсем — совсем? Ни капельки? — паясничает дракон. — Эх, а я — то думал, что между нами связь! А между нами вот оно что, голый расчет, — Нельсон притворно сокрушается. — Идем хотя бы поедим, а то без нас самые вкусные яства растащат по тарелкам, и ищи-свищи их потом.

Продолжить разговор за столом мне не удается, слишком много ушей вокруг, приходится тихо злиться, изображая при этом счастливую невесту и заедая плохое настроение любимым мясным пирогом, который сегодня особо удался кухарке.

«А чего я, собственно, переживаю? Этот неприятный тип сказал, что в этот раз Нельсон делает все по — честному, это ведь главное! Мало ли что совершил незаконнорожденный принц, это меня не касается. У нас с ним просто общее дело, не больше», — осеняет меня на четвертом куске.

— А где моя тетя? — интересуюсь, перестав наконец злиться.

— За столом, где же еще, вон там сидит, — Нельсон указывает в сторону. — Моим ребятам тоже хочется погулять на празднике, вот все и остались, даже барона пожалели. Правда, Гилберт за трапезой красочно описывает ему, что его ждет в ближайшее время, аппетит у бедняги Ришара явно страдает от этого.

Бросаю взгляд на своего бывшего жениха и не могу сдержать злорадную усмешку, до того вид у барона сейчас жалкий.

— Тетю вы ведь не будете задерживать? Она ни в чем не виновата, и я чувствую ответственность за нее, как будто сама подставила, — перевожу взгляд на единственную родственницу.

— Хм, обычно тетки чувствуют ответственность за племянниц, а не наоборот, — хмыкает Нельсон, но все же успокаивает меня. — Никто твою родственницу задерживать против ее воли не будет, не переживай. Но сдается мне, она готова совершить что — нибудь неправомерное только для того, чтобы остаться рядом с возлюбленным. Ты посмотри, она ведь на тебя совсем не обращает внимание, а это ты, между прочим, в лапах страшного дракона. Но нет, ее волнует лишь ваш скользкий сосед.

— Сердцу не прикажешь, — произношу, пытаясь выгородить Кристину.

Я всегда хотела, чтобы у нее появился муж, но не барон же! Этого я понять не могу.

— А почему наши молодые не целуются?! — кричит кто — то с задних рядов, там, где стоят столы для моих людей.

«Накажу всех», — думаю раздраженно. Никто и ничто не заставит меня прилюдно целоваться с кем бы то ни было.

— Да! Где поцелуй?! — поддерживают инициатора с середины стола.

— Действительно, командир, покажи класс своим подчиненным, — громко говорит Гилберт, отвлекаясь от устрашения Ришара.

В удивлении смотрю на последних, ладно, наша провинция охоча до примитивных зрелищ, воспитана не как следует, но эти — то куда?!

Тут Нельсон берет меня за руку и вдруг наклоняется ко мне.

— Агнесс, — произносит он, а расстояние между нашими губами стремительно сокращается, — они не отстанут. Я понимаю, тебе самой не хочется, да и я за приличия, но…

16

Что именно «но», я не успеваю спросить. Губы дракона стремительно накрывают мои, и время словно замирает. Уходят на второй планы возгласы гостей, не слышен больше щебет птиц, даже жар солнца не чувствуется, он остался в том, основном мире, а мы с драконом, как по волшебству, перенеслись в свой собственный, в мир только для нас двоих.

Мужские губы усиливают мягкую атаку, на краю моего сознания мелькает мысль о том, что ради представления для народа мы уже отыграли свое, можно и нужно заканчивать, но я не нахожу в себе силы оттолкнуть дракона. Наоборот, с любопытством прислушиваюсь к собственным ощущениям.

Наследницам даже без титула не пристало порочить свое имя и целоваться с кем — то кроме жениха, и в свой двадцать один год я никогда не пробовала с кем-то сближаться настолько, да и симпатий не было. Не с Ришаром же целоваться! А тут с драконом меня накрывает ошеломительной лавиной из необычных ощущений, и сразу возникает закономерный вопрос: «Почему люди так редко целуются?»

— Какая ты, — произносит Нельсон, отстраняясь от меня.

Я едва сдерживаю вздох разочарования.

— Какая такая? — спрашиваю раздраженно, принимая слова дракона за оскорбление. — Неискушенная? Так не девица из столицы, я тебе это уже не раз говорила.

— Глупенькая, — смеется Нельсон и взъерошивает мои волосы, — я комплимент сказал.

Растерянно хлопаю ресницами, не понимая, как реагировать. Во мне все еще бурлят эмоции, вызванные поцелуем, и что — то тянет внизу живота, томно разливаясь по организму, как будто мне чего — то не хватает, чего — то очень важного.

Я не понимаю, чего именно, но это