Земля: Выживание. Том VI - Михаил Ран

Звук дрезины в этом пустом пространстве ощущался оглушительным перезвоном колоколов. Он многократно отражался от сводов, создавая иллюзию, что за нами по пятам следует еще один состав. Этакий невидимый, призрачный поезд.

— Держитесь крепче, братцы. — бросил Глыба, когда дрезина начала заметно крениться на левый борт. — Впереди частично разрушенный участок дренажа, нас может потряхивать.

Я ухватился за борт, чувствуя, как вибрация металла передается во всё мое тело. Мы уходили всё глубже, если говорить по-книжному, то в самую утробу земли, оставляя позади остатки хоть какой-то иллюзии комфорта.

Электромотор, раскручивающий колесные пары под нашими ногами, гудел низко и натужно, словно старый пес, которого хозяин заставил бежать за велосипедом.

Вот только кое-что было неизменным во всем происходящем, а именно специфический запах. Этакая смесь сырого бетона, старой смазки и того металлического аромата, который всегда сопровождает высокое напряжение.

С потолка же иногда срывались тяжелые капли воды, гулкими шлепками разбиваясь о наши головы, а иногда о металлический настил дрезины. Не удивлен, что когда-то воду использовали для пыток, потому что за недолгое путешествие, она смогла достать даже меня.

— Глыба. — позвал я лейтенанта шепотом, чтобы отвлечься. Хотя с гулом мотора, это было сделать очень тяжело. — Сколько нам в таком темпе пилить до нужного места?

Максимов, стоящий рядом с рычагами управления, не оборачиваясь, сплюнул в темноту за борт. Его силуэт в остаточных лучах света казался массивным, почти квадратным. Гораздо больше, чем он был на самом деле. Тут то до меня и дошло, что позывной «Глыба» достался ему явно не за любовь к породе.

— В мирное время, если бы двигались в нормальном составе, да с ветерком… — прогудел он. — Думаю, минут за десять долетели бы. Пути-то здесь прямые, как извилины у рядового после отбоя. Но сейчас… — он выразительно кивнул на рельсы, местами покрытые каким-то склизким налетом, а где-то вообще слегка заваленные мусором. — Если разогнаться, то на ближайшем же завале или искореженной стрелке мы превратимся в очень дорогой и бесполезный набор металлолома. Так что рассчитывайте минут на сорок, не меньше. Это если нами никто не захочет отобедать по дороге. — добавил он спустя секундную заминку.

— Очень оптимистично. — хмыкнул я, поправляя лямку рюкзака, болтающегося за спиной. — А если захотят? — решил ради интереса спросить, чтобы разбавить подступающую скуку.

— Тогда время в пути может как увеличиться, так и сократится до бесконечности… — отозвался с детской непосредственностью Глыба, и я заметил, как его рука рефлекторно легла на рукоять пистолета в кобуре.

Лейтенант замолчал на минуту, вглядываясь в медленно проплывающие мимо нас стены, а потом всё же не выдержал. Его любопытство, придавленное гордостью, явно начало пробиваться наружу.

— Слушайте, товарищ капитан… Александр… или как вас там по батюшке… Я вот всё смотрю на тебя и не пойму. Когда вы успели капитана-то отхватить? На вид тебе… — сначала метался в видах обращения он, пока резко не перешел на «ты». — Ну, лет двадцать пять, максимум двадцать девять. В наших краях в таком возрасте выше старлея прыгают только если папа генерал или если ты лично вражеского командующего взял в плен. Но ты вроде не похож на генеральского сынка, да и вообще, как-то не доводилось видеть тебя у нас… на службе.

Одновременно с этим, я почувствовал, как Вейла внутри меня разразилась хохотом, вспоминая, как этого капитана мне выдали.

— Ну давай, герой, расскажи ему про свои подвиги. Не сомневаюсь, что ему будет интересно послушать, как ты с голой жопой бегал от монстров. — добавила она под конец, напоминая о скверных для меня деньках…

— Секрет очень прост, товарищ лейтенант. — я широко улыбнулся, вспоминая то, о чем говорила наставница. — Можно сказать, что мне просто повезло найти эти погоны в одном из шкафчиков нашего полковника. Акция была такая: «Собери десять штук, и получи полковника в подарок». Мне просто повезло, что там оказались капитанские, а то пришлось бы командовать дивизией, а я к такому уровню ответственности еще не готов.

Глыба на секунду завис, переваривая мой ответ, а потом коротко, лающе хохотнул.

— Полковника, значит? Ну-ну, вижу вы не понаслышке знакомы с Марковым. Смотри, как бы у этой акции срок годности не вышел в самый неподходящий момент.

— За меня можешь не переживать. — с ленцой отозвался я.

Недалеко от меня, на корточках, сидел Лёша, один из двух техников. Парень выглядел так, словно его прямо сейчас собираются вести на эшафот, а он всё еще пытается вспомнить, выключил ли дома утюг.

Его очки с грязными линзами и в толстой оправе, то и дело постоянно норовили сползти на кончик носа, и он нервно поправлял их пальцем, оставляя на линзах свежие разводы.

— Я вообще-то… я вообще-то до всего здесь и работал. — подал голос парень, обращаясь скорее к своим ботинкам, чем к кому-то из присутствующих. — Электриком в южном депо. Знал каждый кабель, каждый изолятор. Думал, скучнее работы не бывает. Крути гайки, меняй лампочки, следи чтобы все работало. А теперь вот… еду на дрезине с военными навстречу монстрам и неизвестности. Мама всегда говорила, что метро — стабильная работа. Обманула, получается. — выдохнул он, явно погружаясь в воспоминания о семье.

— Стабильность тут только одна, Лёша. — подал голос пожилой Семеныч, который всё это время сидел на своем ящике, прикрыв глаза, словно и вовсе не участвовал в поездке, а дремал где-то на берегу озера. — Стабильно то, что всё рано или поздно ломается. И наша задача, сделать так, чтобы мы сломались как можно позже. Так что не ной, парень, а лучше проверь еще раз тестер.

Лёша судорожно вцепился в свои карманы, и я заметил, как у него задрожали пальцы. Да, парень явно не был бойцом. Но такие, как он, сейчас были на вес золота. Те, кто помнил, как работает старый мир, помогали новому не скатиться в окончательное, дремучее варварство.

Тем временем тоннель вокруг нас начал изменяться.

Гладкие стены сменились участками с обнаженной кирпичной кладкой, по которой стекала черная, маслянистая жижа. А в воздухе появился запах гари и чего-то липкого, похожего на патоку.

Прожектор выхватил из темноты брошенные каски, оранжевые жилеты, и какую-то тележку, искореженную с такой силой, словно по ней прошелся гигантский пресс.

Один из бойцов охраны, молодой парень, позывной которого я не помнил, или вовсе не слышал, сидел около заднего борта и неожиданно заговорил.

— Товарищ капитан, можно вопрос?

— Давай. — коротко бросил ему, раздумывая, пошутить ли про «Машку», или нет.

— Вот мы все слышали про одаренных, в том числе и про вас…