Ледомор - Оксана Абрамкина

– Это всё? – нервно спросила я и не сразу осознала, что мой вопрос мог прозвучать грубо. Но на лице Мист не дрогнул ни один мускул, казалось, она не способна проявлять эмоции. А может, так умело их скрывала.

– Нет, – произнесла Третья и приблизилась к сундуку. – Я смотрю, Озарённый успел наполнить сундук до начала своей болезни. Тебе не пришлось ничего делать.

Я удивилась – откуда ей известно, что сундук наполнен? Не видит же она сквозь металл листопадников!

Мист вновь развернулась ко мне и произнесла:

– Очень жаль, что Озарённый не сможет совершить подъём, но нельзя оставлять Снежного бога без подношения. Подъём совершишь ты – единственная наследница Гиффа и Озарённая самим Снежным богом.

Мист задержалась взглядом на моём браслете и продолжила:

– Но перед этим хотелось бы предупредить тебя, что существует три правила, которые ни в коем случае нельзя нарушать.

– Я знаю, – кивнула я. – Отец меня уже просветил.

Но женщина будто не слышала и продолжала говорить:

– Ты должна отправиться к Цитадели одна. На территории нашего божества ни на что не отвлекайся и не задерживай взгляд. Оставь сундук у ворот и дальше не проходи. И ни при каких условиях не заглядывай в сундук с подношением. Тебе всё понятно, Скади Эвенвуд?

– Да, – кивнула я и, пока Мист не успела сказать что-нибудь ещё, решилась на дерзость: – Простите меня, но вам не кажется, что третье правило лишено всякого смысла? Неужели оно касается и моего отца? Где логика? Озарённый собирает сам подношения для Снежного бога, в течение месяца складывает в сундук, так почему ему запрещается после подъёма смотреть на то, что он сам же и собрал?

– Хм, пожалуй, стоит расширить список правил, – сухо произнесла Мист, и я поёжилась под её колючим взглядом. – Никаких вопросов. Мы все живы благодаря Снежному богу. Его мощь не позволяет лавовой реке оказаться дальше Переломной черты. Чуть больше уважения к порядкам, Скади. Это тебе не игры, всё слишком серьёзно, под вопросом безопасность всего Ледомора. Очень жаль, что твоя мать решила покинуть нас, не успев подарить Гиффу других наследников… Поэтому остаётся лишь надеяться на твоё благоразумие и осознание всей ответственности, возложенной на тебя.

Я лишь смотрела на Мист. Она только что попыталась задеть меня или мне показалось? Видите ли, у Гиффа нет наследников получше для роли Озарённого! Нет уж, не на ту напала, дамочка. Вслух я, конечно, сказала:

– Я понимаю, в чём заключается моё предназначение. Сегодня, когда четыре луны засияют над вулканом, подношение будет доставлено до своего адресата с соблюдением всех правил.

– Очень на это надеюсь, Скади, – произнесла Мист и, развернувшись к мужчине, спросила: – Ты закончил?

Он коротко кивнул, и они направились к двери. Я же в недоумении последовала за ними, чтобы запереть дверь. Что имела в виду Мист, задав этот вопрос безымянному мужчине? Что он должен был закончить? Он же просто стоял и даже не вмешивался в разговор. В какой-то момент я даже забыла о его присутствии.

Уже за порогом дома Мист бросила мне через плечо:

– Надеюсь, ты не подведёшь нас. Помни, Скади Эвенвуд, несоблюдение правил чревато для всего Ледомора. На кону стоит слишком многое, не забывай об этом никогда.

Глава 9

Я покрепче ухватилась за ручку сундука и оторвала его от пола. Удивительно, но сундук вовсе не показался мне тяжёлым. Конечно, до Цитадели путь неблизкий – как-никак придётся подниматься на самую вершину, но всё же я не могла не выдохнуть с облегчением. Что ж, уже все четыре солнца стали клониться к закату. Пора выдвигаться в путь, если я хотела успеть доставить подношение для Снежного бога вовремя.

Я кинула взгляд на комнату отца. Я думала, он выйдет проводить меня, даст какие-нибудь напутствия напоследок, но он не вставал с постели весь день. А мне так не терпелось рассказать ему о появлении Мыслящих на нашем пороге.

Баночку с мазью я оставила на кухонном столе. После ухода Мист я открутила крышку баночки и заглянула внутрь – там действительно был густой, ничем не пахнущий крем. Уж не знаю, как какая-то мазь могла помочь отцу от его хвори, но хотелось верить, что Мыслящие знают, что делают. Всё-таки почти весь наш жизненный уклад строился по их правилам. Выше их по рангу находился только Снежный бог, и то условно. Но он лишь вновь и вновь возводил барьер, отделяющий нас от лавовой реки, только это являлось доказательством его существования.

Наша улица была на удивление пуста. Хотя почему на удивление? Отсюда открывался не самый лучший вид на явление Кристальной луны. Ледоступы уже давно покинули свои дома и направились кто куда наблюдать явление. И пускай четыре луны пересекались над верхушкой вулкана каждый месяц, раз за разом люди хотели воочию увидеть это сияние. Если бы не моё предназначение, я сама бы сейчас взобралась на скалу повыше, не доходя до завесы, разместилась там с удобствами и устремила бы взгляд в тёмное небо, которое оставалось бы таковым недолго.

Дошла до подножия скалы я без происшествий. Редкие Ледоступы встречались мне на пути. В основном они спешили по своим делам, но были и те, кто кидал на меня заинтересованный взгляд. Что ж, народу будет что обсудить после явления Кристальной луны. Скади заменила своего отца на посту Озарённого. Завтра все, начиная с млада, обсудят это. Я же надеялась, что в следующем месяце мне уже не придётся относить сундук на вершину скалы. Я ещё не готова заменить отца. Мне не хотелось брать на себя эту ношу, хотелось вместе с Брауном и другими Оборонителями осваивать воинское мастерство и защищать наши земли от нападений юкконов. И может, когда-нибудь я тоже обзаведусь вторым спрингклингом и криолитовой бронёй. Эх, мечты, мечты.

Я бросила взгляд вправо – там виднелась Обитель, точнее, её часть. Широкие ворота располагались прямо в ледяной скале. Мне ни разу, в отличие от моего отца, не доводилось бывать там. Только он не рассказывал мне ничего о Мыслящих и о том, как устроена их жизнь, хотя я не сдерживала любопытства и постоянно засыпала его вопросами. Видимо, это ещё одно правило Мыслящих – не распространяться о том, как они живут отдельно от остальных Ледоступов.

Сегодня я обула шипоты, свои белые волосы заплела в косу, чтобы ветер не задувал мне их в