Рыжее проклятие Инквизиторов - Тина Солнечная

Блондин медленно потянулся к вороту рубашки, расстёгивая пуговицы одну за другой. Я наблюдала, как ткань медленно сползает с его плеч, обнажая рельефные мышцы и светлую кожу.

Он бросил рубашку на землю, а я даже не заметила, как мои ноги сами понесли меня к нему. Я подняла руку, провела пальцами по его груди, чувствуя, как его тело напрягается под моим прикосновением.

Я потянулась, дотронулась до его губ своими, легонько, нерешительно. Он не выдержал, резко притянул меня к себе и поцеловал — жадно, горячо, властно. Я застонала в его рот, отдавшись этому безумию, чувствуя, как его руки скользнули на мою талию, крепко удерживая.

Сзади подошёл брюнет, его тёплые пальцы прошлись по моим плечам и спине, и я вздрогнула, когда он начал целовать мою шею, оставляя горячие влажные следы.

Я оказалась между ними, захваченная их телами, погружённая в жар их прикосновений и безумие собственных желаний. Блондин приподнял моё лицо за подбородок, снова жадно впиваясь в губы, а руки брюнета мягко спустились на мои бёдра, лаская каждый сантиметр кожи.

Я больше не могла бороться с этим притяжением, потому что оно было сильнее меня — древнее, могущественное и неотвратимое, как сама судьба.

Их тела плотно прижимались ко мне с обеих сторон, словно обжигая разгорячённой кожей. Я чувствовала, как внутри разливается жар, заполняя каждую клеточку, не оставляя ни капли сомнений в том, что я хочу этого.

Блондин потянул меня к себе, его руки прошлись по моей талии, скользнули вниз и сжали бёдра, заставляя меня выгнуться. Его губы снова накрыли мои, требовательные и жадные, не оставляя ни шанса на сопротивление.

Сзади брюнет сильнее прижал меня к себе, его горячее дыхание коснулось уха. Пальцы ловко распустили узлы на юбке, и ткань мягко скользнула с моего тела, оставляя меня обнажённой между ними.

— Не думай сбежать, — прошептал блондин, его голос был тёмным, с хрипотцой, которая сводила с ума.

Я с трудом удержала дыхание, когда брюнет склонился к моей шее, оставляя тёплые поцелуи вдоль позвоночника. Его руки гладили мои плечи, спускаясь ниже и покрывая поцелуями каждый изгиб.

— Ты только посмотри на неё, — хрипло выдохнул брюнет, прижимая меня ближе. — Тёплая, податливая… И вся наша маленькая ведьма.

Блондин усмехнулся и, не отпуская моего взгляда, медленно опустил руку к моим бёдрам, разводя их, поднимая одно себе на бок, чтобы дать мне возможность удобно расположиться, открываясь моему мужчине. Я не успела подумать, как он проник в меня, резко, глубоко, заполняя до последней капли.

Я ахнула, не удержав стона, когда его движения стали ритмичными, настойчивыми, пробуждающими дикое желание двигаться навстречу. Брюнет сзади обнял меня, его пальцы скользнули к груди, лаская и сжимая её, и я почувствовала, как его губы нежно покусывают мою шею.

— Слишком сладкая, ведьма, — пробормотал блондин, двигаясь сильнее и глубже, его руки не отпускали мои бёдра, не давая сбежать от этих сладостных мучений. — И такая же узкая, как тогда. Никто больше не трахал тебя за всё это время, да?

Я закрыла глаза, полностью поддаваясь страсти. Руки брюнета были такими горячими, такими уверенными, когда он гладил мою грудь, сжимая её пальцами, дразня чувствительные кончики.

Мир сузился до их прикосновений, и я не могла сдержать стоны, когда движение блондина стало яростнее, когда он входил в меня снова и снова, доводя до безумия.

— Чёрт… — прошептал он, запрокидывая голову, и в последний рывок я ощутила, как его тело напрягается, а затем он разрядился внутри меня, стиснув зубы и выдыхая тяжело.

Я едва успела отдышаться, когда брюнет осторожно развернул меня к себе, его глаза были тёмными, полными необузданного желания. Он не дал мне опомниться — подхватил меня на руки и уложил на мягкую траву.

— Моя очередь, — хрипло сказал он, покрывая мои губы поцелуями, сильными и настойчивыми.

Его ладони уверенно легли на мои бёдра, разводя их шире, и я не смогла сдержать трепета, когда он вошёл в меня, заполняя полностью, медленно и уверенно.

Я сжала его плечи, чувствуя, как он двигается — ритмично, глубоко, заставляя тело выгибаться навстречу. Он был сильным, властным, его движения вызывали пульсирующие волны наслаждения, растекающиеся по всему телу.

— Ведьма, — хрипло прошептал он, наклоняясь ближе, чтобы прикусить мою губу. — Как же я желаю тебя…

Я не могла ответить — только стонала, впиваясь ногтями в его плечи, чувствуя, как мир распадается на части от каждого толчка. Мои стоны становились громче, движения несли в бездну, пока я не растворилась в волне удовольствия, которое захлестнуло меня с головой, отдаваясь судорогой внизу живота.

Брюнет зарычал, сжав мои бёдра сильнее, и разрядился, пронзённый тем же безумным наслаждением. Он тяжело дышал, не отрываясь от меня, и я ощущала, как его пальцы медленно проводят по моему лицу, смягчая прикосновения.

Я лежала на траве, чувствуя, как они оба обхватили меня с двух сторон, их дыхание смешалось с моим, а тела всё ещё дрожали от напряжения.

И вдруг я заметила, как белые вязи на их груди стали ярче и разрослись, заполняя пространство вокруг сердца. Я приподняла руку к своей груди и увидела то же самое — метка стала насыщеннее, сильнее, теперь она окутывала всю область вокруг сердца, пульсируя мягким светом.

— Что это? — хрипло спросил блондин, коснувшись своей груди.

— Связь окрепла, — прошептала я, чувствуя странное удовлетворение и покой. — Ещё не полностью, но теперь она сильнее.

Они переглянулись, словно не до конца понимая происходящее, но ни один не отстранился, не оттолкнул меня. Напротив, блондин протянул руку, мягко приподняв моё лицо за подбородок, и его губы накрыли мои в нежном, но настойчивом поцелуе.

Я утонула в этом поцелуе, отвечая с той же страстью, чувствуя, как его пальцы скользят по моему затылку, переплетаясь с моими волосами. Его ладонь медленно опустилась к шее, а затем к ключицам, нежно проводя по чувствительной коже. Я выгнулась к нему, невольно поддаваясь на эти ласки, и услышала позади тихий смешок брюнета.

— Когда она окрепнет полностью? — спросил он, скрестив руки на груди и наблюдая за нашей близостью с интересом.

Я едва смогла ответить, захваченная поцелуем, но всё же оторвалась на миг, чтобы прошептать:

— Не знаю.

Блондин отстранился, его светлые глаза смотрели на меня с тёмной усмешкой.

— Она крепнет, когда мы тебя трахаем? — уточнил он, проводя пальцем по моей скуле.

Я отвела взгляд, чувствуя, как в лице разливается жар.

— Крепнет, — ответила