Хозяйка горного замка.(не)истинная жена дракона - Эля Шайвел

— Аполетта, думай, что говоришь, — рявкнул мужчина, но по его раздражению я поняла, что, похоже, попала в точку насчёт того, чем его эта Кайла заманила в «брачные сети». — Она моя невеста, придержи свой яд. У меня начинает заканчиваться терпение, так что напомню, что официально я — отец Лины, — с ледяной усмешкой произнёс Марк. — А значит, я решаю, где и с кем будет расти моя дочь, а не ты.

— С чего бы это? Мы равны в правах, как родители! — возмутилась я. — Она моя дочь!

— Аполетта, ты совсем из ума выжила? — стальным тоном отчеканил Марк. — До совершеннолетия отец несёт ответственность за ребёнка, и он же определяет его судьбу. Что за цирк ты устроила? Тебе четыре года было плевать на девочку, а тут ты решила затеять такую грязную игру?! Я тебе не позволю разрушить наше с Кайлой счастье, используя в качестве предмета для манипуляции дочь! Это чересчур подло даже не для тебя.

13

Если честно, я даже сама не знаю, почему так взъерепенилась, ведь девочка не была дочкой мне. И всё же чужих детей не бывает.

Просто я представила, что эта Кайла будет растить девочку, которой досталась такая мать, как Аполетта. Малышке и так жутко не повезло, так ещё и такая мачеха?! Кошмар просто. Чем Лина это заслужила?!

И ведь не объяснишь же этому упрямцу, в чём дело. Он явно думает, что я делаю это из вредности или из-за ревности, а дело в другом. Аполетта, может, и была сволочью, но я точно смогу стать лучшей мамой для девочки, чем эта грудастая охотница за чужими мужьями. Не доверяю я таким, и точка.

— Я не выжила из ума, — чётко выговаривая каждое слово, ответила я. — Я правда изменилась. Ты знаешь, меня вот сегодня козёл в лоб боднул — и всё, словно выключатель в голове сработал. Хочу исправиться и стать хорошей матерью девочке.

— А мне хорошей женой ты стать не хочешь для начала? — надменно хмыкнул мужчина. — Хотя о чём мы? Кому ты врёшь, Аполетта? Я больше на это не куплюсь.

— Да я честно изменилась, — искренне возмутилась я. — Совсем изменилась! Я больше не буду эту дичь творить, клянусь!

— Не верю, — помотал головой мужчина. — Наш разговор окончен. Я пойду к моей невесте, которая ждёт меня в наших с ней покоях, и вот представь, вполне себе мы с ней спим до свадьбы. Не пытается она мной таким образом манипулировать, ты ошиблась. Такая гадость только тебе в голову пришла. Кайла — свет моих очей, умница и красавица, трепетная лань...

— Вот знаешь, что, Марк, во всём ты хороший мужик, вроде бы, — саркастичным тоном начала я рассуждать вслух. — Умный, ответственный, ребёнка чужого растишь и защищаешь от нерадивой матери… Но вот Кайла эта… Этого я никак понять не могу. Чем она тебя взяла? Неужто ты так падок на хорошенькое личико и стройную фигурку?

— Я тебе уже несколько раз сказал, дело не в этом! — вскакивая с места, рявкнул Марк. — Она не только умница и красавица, но и характер у неё чудесный. Она такая нежная, покорная, милая!

От гнева и нетерпения, мужчина даже обошёл стол и встал рядом со мной. Видимо, чтобы нависнуть надо мной и тем самым создать ещё более внушительный вид, но меня «несло», и эти его телесные манипуляции на меня не произвели впечатления.

— Боже, прекрати, меня сейчас стошнит, — скривив губы и взглянув на него снизу вверх, фыркнула я. — Стоит о ней заговорить, у тебя будто бы мозг выключается, несёшь какую-то чепуху, достойную подростка семнадцати лет. Нежная, покорная, тьфу! Что в женщине должен ценить мужчина в твоём возрасте? Тем более мужчина, желающий стать королём?

— А что не так? Мне надоело воевать дома и в постели, как с тобой, — наклонившись к моему лицу, утробным голосом прорычал Марк. — Я хочу дома чувствовать себя не как на поле боя.

— И потому ты так ценишь покорность? — насмешливо спросила я. — Ты королём баранов хочешь стать, что ли? Ах, пардон, нежных и милых баранов. Да её во дворце с потрохами сожрут твои придворные. А то, что ты якобы не фигуру её ценишь, так что это тоже враньё. Меня в этом упрекаешь, а сам такой же. Ты только что сказал, что пошёл кувыркаться с ней. Это мне-то, законной жене! Прямо в глаза! У тебя совесть есть? Ты к ней в спальню уйти хочешь? Нет уж, это я отсюда пошла, чтобы этой похабщины не видеть и не слышать!

Я начала вставать, но он меня, разумеется, остановил.

— Аполетта, ты переходишь все грани… — резко положив руку мне на плечо, усадил меня обратно на стул Марк и внезапно сбился на середине фразы и замолчал.

Я, смерив его лапищу размером с моё лицо, перевела на него разгневанный взгляд, чтобы отчитать его за подобную наглость, но, наткнувшись на его изумлённый взгляд, я тоже осеклась на полуслове, так и не начав говорить.

А потом я поняла, на что так уставился Марк. На его безымянном пальце светилось странное ажурно-витиеватое кольцо. Цвета оно было золотистого, было нанесено на саму кожу, будто татуировка, и мерцало странным образом. Никогда не видела подобного.

— Что это? — удивлённо прошептала я.

— Я у тебя хотел бы то же самое спросить, ты кто так… — начал было мужчина, но внезапно снова замолчал и резко выпрямился.

Его взгляд стал ещё более странным: стеклянным и отсутствующим, а голос стал чужим и каким-то немного металлическим:

— Нельзя касаться других женщин. Уйди. Немедленно уйди от бывшей жены. Этого требуя я, твоя хозяйка Кайла. Я жду тебя, Марк, в наших покоях. Я требую свою пищу, явись ко мне, я голодна.

Я вытаращилась на мужчину, как на диковину. Что он несёт? Почему он говорит от имени Кайлы, да ещё и таким странным голосом?! Про смысл я вообще молчу. Марк тем временем начал разворачиваться, повторяя те же слова: «Нельзя касаться других женщин. Уйди... Я голодна».

Я не знаю, как, но каким-то внутренним чутьём (хотя какое тут чутьё, и дураку это понятно!), я поняла, что с Марком что-то сильно не так. «Его заколдовала Кайла», — всплыла в сознании подсказка. Она его явно как-то контролирует, а он сейчас — случайно или нет — транслировал её приказ.

А значит, я была права, и девица явно не покорна и не нежна с