Монарх Душ: Нет пути домой - Александр Гримм

Я просто ткнул рукой в направлении кое-чьей полностью открытой морды… Даже не так. Всего-то выставил на пути несущегося на меня кабана кулак. А сам в это время уперся другой рукой в верхний край сиденья — так, на всякий случай, чтобы он не смог снести меня своей внушительной тушей. Все же хоть я сильнее этого борова, но законы физики еще никто не отменял. Его масса куда больше моей.

Наверное, именно на эту разницу и уповал толстяк, так как на мой кулак он налетел без всякой опаски.

Ну а дальше произошла вполне закономерная вещь. Лицо жиртреста столкнулось с непреодолимой преградой в виде моей руки. После чего раздался смачный хруст, и в то же самое время ноги толстяка, что до поры до времени несли его вперед, потеряли всякий контакт с прорезиненным полом.

Спустя мгновение, противник уже летел туда, откуда не так давно поднялся. И на этот раз его посадка обещала быть не такой уж мягкой.

Бам! С грохотом и болезненным криком толстяк приземлился на пол, ухватил себя за лицо и почти сразу же заорал.

— Шука, ты мне нош шломал! — после чего истерично добавил: — Парни он мне нош шломал!

— Да видим мы, не ори! — огрызнулся в ответ тот, что первым решил подкатить к девчонке. Он так до сих пор и не встал с насиженного места, продолжая и дальше обнимать подрагивающую от страха попутчицу. — Давай заканчивай с ним, а то телка стынет!

Получив напутствие, толстяк, как и было предложено, грузно поднялся с пола. Его глаза слезились, а по подбородку вовсю стекала кровь. Она красной рекой пробегала по жирной шее и впитывалась в черный мохеровый свитер, делая его еще темнее. В глазах же избитого мной борова сверкала ничем не прикрытая злоба.

— Замочу! — снова проорал толстяк и его рука проворно нырнула во внутренний карман куртки, чтобы практически сразу же оттуда вынырнуть.

В толстых, покрытых кровавыми соплями пальцах, мелькнула матовая прорезиненная рукоять. Боров судорожно дернул кистью. Раздался щелчок. И сразу следом за ним свет от потолочных ламп игривым бликом перескочил на рукоять выкидного ножа.

А вот это уже серьезно! Порезать меня, конечно, сложно, но далеко не невозможно. Один хороший тычковый удар и здравствуй, кровопотеря.

Ну а с другой стороны, может, не стоит себя накручивать. Нож-то всего один…

И тут до моих ушей начала доноситься целая канонада, состоящая из тех самых слышимых ранее щелчков. Даже мой сосед справа, тот, что с отбитой печенью извлек из кармана выкидуху.

Ну и дела. Им что, эти ножи в качестве подарка к их дурацким кепкам выдавали? И где они их только достали?

Но шутки, шутками, а делать что-то надо. Теперь все куда серьезнее. Это больше не обычная уличная драка, а скорее, уж настоящая бандитская разборка. Видимо, те слухи, что блуждают по сети о местных нравах, нисколько не преувеличивали. Окраины Тартара — и впрямь та еще дыра.

— Зря ты просто не дал себя избить, — снова попер на меня толстяк.

Только на этот раз неспешно и со знанием дела. Его ладонь плотно обхватывала рукоять ножа, а большой палец лежал там, где ему положено — ни на торце лезвия как у какого-нибудь дилетанта, а впритык к фаланге указательного пальца. Идеальный хват, если хочешь кого-то заколоть и при этом самому не остаться без пальцев.

В это же самое время начал двигаться и мой сосед справа, тот, что до недавнего времени опирался на сиденье и старался лишний раз не дышать, чтобы не блевануть. Теперь же он разворачивал свой корпус так, чтобы в любой момент дотянуться до меня ножом.

Оставшиеся двое тоже не сидели без дела. Из-за ограниченного пространства салона и стоящих тут и там сидений, они пока что не могли присоединиться к нашему веселью, но зато уже сейчас вполне грамотно отрезали мне путь к отступлению. Видимо, на случай, если я вдруг решу устроить скачки через сиденья. И только главарь продолжал сидеть рядом с девчонкой, спокойно попивая пиво и лениво наблюдая за творящимся беспределом.

Казалось, не хватало только стартового свистка, чтобы все завертелось…

— ВАЛИ ЕГО!!! — разнесся под крышей автобуса чей-то крик, и события тут же понеслись вскачь.

Глава 5: Гавань-21

— Да…кто ты…мать твою…такой, — прохрипел практически переломанной трахеей главарь местной шайки.

Ему все же пришлось поучаствовать в драке, пусть и не в первых рядах. Однако от травм это все равно не уберегло. Перебитое горло, вывернутая в обратную сторону нога и распухшие, как сосиски, пальцы — все это лишь малая часть полученных им увечий.

Видит Морена, я сдерживался, как мог, но когда эти увальни выхватили ножи, забота об их здоровье отошла куда-то на второй план. А дальше все просто пошло наперекосяк.

Еще раз пробегаюсь взглядом по преобразившемуся салону автобуса. Выбитые стекла, смятые поручни, расколотые потолочные светильники, чьи осколки щедро разбросаны по прорезиненному полу, ну и, конечно же, раскиданные тут и там тела. А еще кровь, много крови, куда же без этого. Она повсюду, даже на потолке.

Алкоголь сыграл с моими попутчиками злую шутку. Он не только наглухо отбил у них чувство страха, из-за чего те вовремя не смогли остановиться, но и разжижил им кровь. Теперь та ни в какую не хотела сворачиваться, а продолжала пускай и медленно, но все же покидать их тела.

Впрочем, это уже не моя забота. Тем более что от легкой кровопотери еще никто не умирал — в общественной больнице Живы, куда эти пятеро вскоре попадут, им обязательно сделают переливание и накормят вкусной гематогенкой. А вот как они потом будут за это лечение расплачиваться — это уже другой вопрос.

Да и что-то мне подсказывает, не все из них смогут дожить до столь «счастливого» момента.

— Ах! Ах! А… — начинает задыхаться у моих ног главарь. Смятая об поручень трахея распухла и теперь окончательно перекрыла дыхательные пути.

— И вот что мне прикажешь с тобой делать?

Вопрос на самом деле не праздный. Как последователь «Провожающей в последний путь», я обязан оставить все как есть и не мешать естественному ходу вещей. Поступив таким образом, я не только исполню свой долг протеже богини смерти, но и получу столь нужную мне сейчас силу. Однако моя человеческая суть всячески этому противится.

Вот честное слово, лучше бы я сразу его прикончил, тогда и мучиться с выбором бы не пришлось,