Ревизор: возвращение в СССР 62 - Серж Винтеркей

– Что я скажу? – начал я, поскольку все смотрели на меня. – Раз гарантии, что патенты на анатомическое кресло для автомобиля будут работать, нет, считаю слишком рискованным открывать собственный завод и собственное производство этого товара. Не факт, что мы достаточно денег на этом заработаем, потому что главное не просто произвести автокресло, а чтобы его купили. И вот тут у нас вопрос совершенно простой.

Любое предприятие, которое уже установило твёрдые контакты с автопроизводителями, или сами автопроизводители, которые сами для себя эти автокресла делают, смогут легко нас обыграть, если патенты наши обойдут, и эти анатомические кресла сами у себя начнут производить. Единственный вариант – всё же самим производить детские автокресла. Вывести их, возможно, даже в люксовый сегмент. Как и наши чемоданы на колёсиках, они тоже фактически в люксовом сегменте. Не каждый представитель среднего класса может себе его позволить по деньгам.

Но, возможно, самый лучший вариант – это поступить следующим образом. Сразу после того, как всё будет запатентовано, пусть Фирдаус в очередную поездку в Японию с собой прихватит все патенты и чертежи на анатомические кресла, как для взрослого, так и для ребёнка, и обговорит всё это с японскими автопроизводителями.

Возможно, они сочтут разумным не пытаться наши патенты обойти. Тем более, если по подогреву и по массажу это, как юристы заверили, будет сделать достаточно трудно. Так что просто согласятся нам роялти платить за патенты, а задумку эту на своих собственных заводах реализовывать.

По деньгам это может оказаться выгоднее собственного автопроизводства, что уж говорить про хлопоты. Просто будут деньги себе капать спокойно на наши счета.

А уж авторитет Фирдауса в тех японских корпорациях, с которыми он проведет переговоры по этому поводу, взлетит на недосягаемую высоту. Думаю, он будет единственным дилером за рубежом у японцев, который обратится к ним с таким конкретным и интересным предложением. А японцы ценят тех, кто готов планомерно работать над улучшением их машин. Это мы уже с Фирдаусом как-то обсуждали, – сказал я Тареку, посмотрев на его сына. Фирдаус кивнул, подтверждая мои слова.

– Да, Павел, раз ты так считаешь, то я с тобой, пожалуй, соглашусь, – кивнул Тарек. – Вот чемоданы на колёсиках или телескопические трости – тут однозначно мощные патенты, которые нельзя обойти, как оно и вышло. Только подражатели проблемы доставляют.

Кивнув ему, я продолжил:

– И только если с японцами уже не удастся договориться, мало ли, они либо не захотят с нами работать, либо слишком маленькие роялти предложат, которые нас не устроят, тогда уже будем открывать собственное производство. Но только детских автокресел.

Учитывая, что наши чемоданы на колесиках уже отчетливо сформировали представление о «Роза Россе» как производителе предметов роскоши, доступных не каждому по цене, то, думаю, детские люксовые автокресла европейская и зарубежная элита тоже с удовольствием будет покупать. Так что с ценой можно не стесняться. Цена может быть вполне себе хорошей.

Возможен еще один вариант, если с японцами удастся договориться на условии, что все же отдельное производство детских автокресел в люксовом сегменте мы за собой оставляем, а они, к примеру, обязуются их предлагать в разных регионах мира, в том числе в Японии, как вариант доукомплектовки при продажах для состоятельных клиентов.

Тоже за свой процент выгоды, конечно.

Но это я просто небольшую речь о стратегии произнес. Приятно было, что Тарек со мной был согласен. Фирдаус и Диана, раз Тарека все устраивает, тоже поддержали мои предложения.

А дальше мы все это уже вчетвером формализовали. Следующий час записывали варианты, структурировали их, подвергали сомнениям с разных точек зрения, прикидывая, сработают они или нет. Но все же остановились именно на этих двух последних вариантах: полная или частичная работа через японцев.

Закончив с этим, продолжили совещание.

– Теперь вернемся к основной нашей продукции, люксовым чемоданам на колесиках. – сказал я. – Производство стремительно растет. Еще и филиал сицилийский добавляет жару. Завод там, конечно, огромный. Там можно выпускать очень много чемоданов. Но главный вопрос заключается в том, стоит ли нам это делать…

– Что ты имеешь в виду? – тут же спросил меня Фирдаус.

– В данный момент все привыкли, что «Роза Росса» выпускает люксовую продукцию. Чемодан наш стоит дорого, но и качество соответствующее. Но давайте проанализируем, есть ли достаточно много народу с деньгами, которые готовы покупать все то, что «Роза Росса» произведет на двух заводах, в Больцано и на новом сицилийском заводе? С учетом того, что на новом заводе, по моим прикидкам, раза в три можно больше чемоданов произвести, если полностью все цеха занять, чем на территории завода в Больцано. Так это или не так? – спросил я Тарека.

Тот кивнул и сказал:

– Примерно так оно и выходит. Там раньше был огромный завод. Цехов свободных очень много.

– Вот отсюда и вопрос: хватит ли нам потребителей на такое огромное количество люксовых чемоданов? – продолжил я. – Или у нас начнется кризис перепроизводства? Тогда придется сокращать производство и устраивать скидки. Серьезные скидки могут пойти в разрез с представлениями о люксовости нашего товара. Если за счет скидок он упадет до стоимости обычных чемоданов, то большое количество людей смогут себе их позволить. И тогда наши покупатели из элиты начнут корчить брезгливые рожи. Что же это за люксовый товар, который каждый обычный потребитель может себе позволить? Тоже будет дополнительный удар по сбыту и по репутации «Розы Россы».

Так что у меня другое предложение: часть мощностей нового сицилийского завода пустить по двум другим направлениям.

Первое – производство автобоксов. Те варианты, что я с инженерами посмотрел, когда приехал, мне очень симпатичны. Дизайн выглядит футуристично. Качество представленных моделей тоже полностью устраивает. Если такое же качество удастся сохранить при выходе на массовое производство, то рынок это оценит.

И второе. Часть цехов нового завода на Сицилии можно оставить для производства детских автокресел в люксовом сегменте.

– А по чемоданам что будем делать? – спросил Фирдаус. – Так и будем производить ограниченное количество каждый год?

– А это вопрос, который и я сам хотел поднять. Чувствую, что люксовый рынок мы все же насытим, даже если не будем чрезмерно усердствовать с освоением всех мощностей сицилийского завода. А значит, похоже, что пришло время провести переговоры с крупными чемоданными производствами по поводу передачи им патентов на производство в обмен на роялти.