Особенности фиктивного развода с крылатым - Екатерина Вострова

Как будто сталь способна остановить древнюю змею, какой наивный мальчик.

— Ею — это кем? — с насмешкой уточнила я, приближаясь почти вплотную.

Хочешь — бей. Я вся твоя. Стою на расстоянии вытянутой руки.

— Хида. Нет, это невозможно, — он покачал головой. — Она умерла. Лариса убила её. Ты не можешь быть ею. Эта тварь сдохла…

— Но-но. Попрош-ш-шу без оскорблений, — нарочито прошипела я, издеваясь. — Так что. Поговорим по душам?

Вместо ответа он сделал выпад с ножом. Попытка задеть меня успехом не увенчалась. Лезвие не пробило кожу. Феликс затравленно оглянулся, ища помощи среди мертвецов.

— Я не буду с тобой разговаривать! — он зажмурился. — Твой чертов гипноз на меня не подействует!

— А я и не владею гипнозом. Это, мой сладкий, всего лишь небольшой транс, чтобы успокоить. — Ладонь нежно коснулась щеки. — Только его ещё заслужить надо. Может, я захочу перекусить тобой без прелюдий… Рассказывай, ну же. Обещаю быть милосердной, если ответишь на все мои вопросы. Умирать можно долго и в муках, а можно — легко и непринужденно.

Мой хвост обвился вокруг его тела, кончик подполз к горлу и провел по кадыку. Необязательно пожирать жертву, чтобы доставить ей страдания. Если сжать чуть сильнее, если надавить в нужных местах…

Феликс стиснул зубы, но затем обессиленно спросил:

— Чего ты хочешь?

— Ответов. Кто знает, что случилось с твоей сестрой?

Он призадумался.

— Нику Альбеску. Это из-за него Лариса…

— Кто ещё? — перебила я.

Про древнего вампира я в курсе, можно не рассказывать о том, что он всё подстроил.

— Никто. Я никому не рассказывал.

Кажется, он не врал. В голосе не появилось ни толики сомнений.

— Замечательно. Следующий вопрос: где твой племянник?

Феликс презрительно сплюнул.

— Не представляю. Этот уродец не отчитывается мне о своих похождениях.

О, я смотрю, паренек умудрился отравить жизнь даже собственному дядюшке. Интересный, конечно, субъект. Надо таки познакомиться поближе с моим женишком.

— Вы не в ладах?

— Он — жалкое отродье феникса, — Феликс глянул на обезглавленное тело Яра. — И он вобрал в себя слишком много от папаши. Я не видел его уже давно.

Значит, других свидетелей, кто мог бы вспомнить о событиях тех лет, в живых не осталось. Это мне на руку. Никто не должен узнать о том, что произошло тогда в горах. Тем более — Ярослав.

— Значит, ты всё-таки Хида? — спросил он, криво усмехнувшись. — Ты выжила? А твой братец… он…

— О, можешь не переживать. И он тоже выжил, — я весело подмигнула. — К сожалению, моя семья оказалась куда живучее, чем твоя. Я обещала быть милосердной. Что ж, ты почти ничего не почувствуешь.

* * *

…Когда Ярослав возродился, я судорожно приводила себя в порядок и искала во что бы переодеться — то, в чем я пришла было безнадежно испорчено. В итоге сорвала с окна штору и завернулась в нее.

Яр вскочил, обнаженный, но не смотря на это готовый сражаться, и застал несколько человеческих тел разной степени пожеванности.

— Майя?! — схватил меня под локти, осматривая. — Что произошло?

— Не представляю, — я хлопнула ресничками, не в силах перестать смотреть ниже его пояса. Я себя заставляла, но взгляд сам собой соскальзывал обратно. — Я как будто сознание потеряла в какой-то момент от страха… Очнулась, а тут это… Кажется, их кто-то прибил.

Ему ни к чему знать о моих способностях. Для него я — полоз, читающий желания. А не кровожадное чудовище, прожорливое до невозможности.

Ярослав проследил за направлением моего взгляд, и только тут вспомнил, что не одет. Оглядевшись, он тоже остановил свой выбор на шторах — как раз оставалась еще одна и несколько раз обернул ткань вокруг себя.

— Не прибил, а пожевал и выплюнул, — скривился Яр закончив наряжаться в костюм греческого бога. — Что за бред. Я не понимаю. А Феликс. Где он?..

— Эм… Кажется вот там. — указала я пальчиком в угол комнаты.

Ярослав постоял над ним с минуту, затем громко выругался. Затем снова помолчал.

— Прости, я и правда не должен был вести тебя сюда. Только представлю, что ты могла бы пострадать, как хочется головой о стену биться.

— Вот головой не надо. Она у тебя и так не крепко держится, уже второй раз за полгода вижу, как тебе ее… того. — шутка была глупой, но Яр все равно улыбнулся, а я улыбнулась ему в ответ.

— Так, где-то здесь мой телефон… Надо позвонить арбитрам…

— Зачем? — Ужаснулась я, сразу пытаясь просчитать насколько велика вероятность, что по остаткам ауры вычислять оборот древнего. Перекроет ли мое превращение в змею возрождение феникса?

— Гора трупов. Очевидно же. Как минимум тут не плохо бы прибраться, а в идеале еще бы и вычистить того, кто их пожевал.

«Лучше бы сожрала их всех. Подумаешь лишние калории. Зато можно было бы сказать, что они все в окно выпрыгнули. Или им стыдно стало, что феникса прибили, вот и попрятались. Ищите теперь».

Ярослав тем временем уже набирал номер. Я выхватила у него телефон и нажала сброс.

— Эй, ты чего делаешь?

— Яр, пожалуйста, мне прошлого допроса хватило. Еще один вечер в компании Рихард я не переживу. Тем более, что ну ты в курсе, что последние пару месяцев, я и правда вела себя не лучшим образом, опять же этот дурацкий случай в клубе…

Я втянула голову в плечи и постаралась изобразить раскаяние в перемешку со страхом на лице. Хотя переживать действительно было о чем.

— Да ничего тебе Анна не сделает, голову на отсечение даю. — клятвенно заверил Яр. — Я все устрою.

«Угу, видела, как тебе голову отсекают, не такая уж для тебя это и страшная клятва»

Но в ответ я ничего не сказала, лишь продолжала смотреть на Ярослава умоляющим взглядом.

— Ладно, вздохнул он. — Позвоню Роме, уедешь с ним. А уже после этого вызову сюда арбитров. Так тебе будет спокойнее?

Я облегченно выдохнула.

— Спасибо! Спасибо!

— И только попробуй попытаться сбежать от него. Поняла? Тогда отправлю на твои поиски весь арбитрский состав, который сюда приедет.

Рома приехал меньше, чем через полчаса. И если встреча с Ярославом принесла больше боли и сожаления об упущенном, то инкуба я была действительно рада видеть.

— Ну, здравствуй, беглянка, — игриво помахал мне тот ладошкой. — Как жизнь молодая?

Кажется, он тоже не испытывал ко мне неприязни. Это