Особенности фиктивного развода с крылатым - Екатерина Вострова

Это был совсем не тот вопрос, которого я ожидала.

Нет, не так.

Я ВООБЩЕ не ожидала никаких вопросов. В моей голове рисовались совсем другие образы.

— Ты действительно хочешь поговорить? — возмутилась я, отбрыкиваясь. — Сейчас?!

Он выпустил меня из захвата.

— Я думал, что ошибаюсь насчет того, что ты изменилась, — приговорил он куда-то в пустоту. — Но нет. Ты совершенно другая. Чужая. Я причинил тебе боль? Это всё из-за меня, да?

— Прекрати ты самокопания. Лучше поцелуй! — практически взмолилась я.

— Нет. Не сейчас. Вроде бы ты собиралась попить воды, — напомнил он, отстраняясь.

Нет?! Я стою перед ним, доступная — бери и делай всё, что вздумается. Снимаю чертовы слои брони. Позволяю собой управлять.

А он отказывается?!

Я могла простить что угодно, но не такое оскорбление. Тем более Яр без стеснения утверждал, что я настоящая ему не нравлюсь. Он вожделеет образ, которого даже не существует.

— Той Майи уже не будет, — выплюнула я мужчине в лицо. — Считай, что она мертва.

И, развернувшись на пятках, вернулась в спальню. Меня душили злые слезы, но я не позволила себе расплакаться. Лишь, задыхаясь от ярости, бессильно молотила в подушку.

Теперь мне хотелось не просто сбежать, но отомстить. Причинить боль. Показать свою истинную натуру, не таясь отныне и впредь.

Пусть он недолгое время считает, что я встала на путь истинный, пусть увидит ту свою Майю, которую потерял. Пусть вновь захочет получить её. Он расслабится, утратит контроль над ситуацией.

А потом… потом я уйду. Напомнив напоследок, кем являюсь.

Да будет так.

* * *

Ярослав привез меня прямиком к дверям университета.

Учебный год уже начался, а потому его гигантская тачка определенно произвела впечатление на толпящихся на крыльце студентов.

— Майя. Я с тобой не иду, буду ждать в машине на парковке. — Он строго посмотрел на меня. — Если не будешь пытаться убежать, то можем даже сделать вид, что я не стал никого просить следить за тобой, пока ты будешь внутри.

Улыбка на моем лице стала напряженной. «Можем сделать вид» — угу, значит, как минимум надо ходить и оглядываться.

— Ну что ты, Яр. Я буду хорошей девочкой, как и обещала. — прошипела сквозь зубы, а выходя из машины что было сил хлопнула дверью. Папа… то есть отчим Майи, всегда психовал, когда я так делала. Наверное, мелочно было пытаться насолить Ярославу хотя бы таким способом, но в тот момент мне было плевать.

К моему счастью, никого из нашей группы на улице я не встретила, а когда только вошла — прозвенел звонок, началась пара — народ стал значительно редеть.

Деканат находился на втором этаже. Когда я подошла к стенду с объявлениями и расписанием, висящему там же, то Наташа уже жаждала меня. Она выглядела… странно.

Она всегда была модницей. Любила украшать себя и наряжаться, болезненно относилась если кто-то делал замечания ее внешнему виду, или вещам. Но денег у нее особо никогда не было. Она пыталась это скрыть, но от меня, умеющей читать чужие желания как раскрытую книгу — скрывать подобное было бесполезно. Перед ней частенько вставал выбор: нормально питаться или купить себе какую-нибудь обновку в секонд-хенде, всем потом доказывая, что это — новая вещь. Надо ли говорить, что она всегда выбирала второе.

Вот только сейчас Наташа явно была не в одежде из секонд-хенда. Кроссовки, джинсы, сумочка — не скажу, что я отлично разбиралась в брендах, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять — это не ширпотреб, и даже не вышедший из моды бывший в употреблении люкс.

Заметив меня, Наташа натянуто улыбнулась, и я заметила, как у нее дернулся глаз.

«Интересно, какие инструкции она получила от своего нового покровителя?»

— Привет, Майя! — её голос прозвучал слишком весело для такого случая. — Я так рада, что ты мне позвонила, чтобы решить свои проблемы с сессией.

— Привет, Наташа, — хмыкнула я, поддерживая этот на сквозь фальшивый диалог. — Да, вот пришла узнать о пересдаче.

Она кивнула и сделала вид, что читает объявления на стенде.

— Сходить вместе с тобой в деканат? Я с собой конспекты взяла, можем потом в библиотеку сходить переписать. Или тебе удобнее их будет с собой взять?

Я вздохнула, осторожно оглядываясь. Недалеко от нас стояли трое незнакомых студентов, на лестнице терлись еще двое. Один стоял у окна — что-то листал в телефоне.

Ну и кто из них наблюдатель Яра? И насколько у этого наблюдателя хороший слух?

— Да, пойдем вместе в деканат, я одна очень переживаю… — Я схватила ее за руку и потянула за собой.

Когда мы вошли в кабинет, секретарь поднял глаза от бумаг и посмотрел на нас поверх очков.

— Вы по какому вопросу, девочки? — я принюхалась. Мне показалось или у этой тетки какие-то странные желания в мою сторону? Может ее тоже Ярослав подкупил?

Змея-прародительница, так и до паранойи не далеко! За всеми этими мыслями Наташа пришлось брать инициативу на себя, потому что я могла думать о том, как бы передать послание.

Зато меньше, чем через десять минут, мне под нос сунули бланк заявления о пересдаче. Я его заполнила, и в ближайшие дни мне обещали позвонить, сказать в какие даты надо будет прийти.

— Теперь в библиотеку? — Вопросительно поняла на меня глаза Наташа. Выглядела она при этом как-то обреченно. Ее единственным желанием было поскорее от меня отделаться.

Все те, кто стояли в коридоре до того, как я зашла в деканат, остались на местах. Ну и кто из них соглядай?

— У тебя же пара сейчас?

— У нас пара. Риторика. — поправила Наташа. — Тебя ж еще не отчислили.

Я на мгновение задумалась. Риторику у нас вел Федор Иванович, милейшей души профессор пенсионного возраста, а кабинет располагался на третьем этаже рядом с женским туалетом.

— Тогда пойдем туда.

— Эм… Как скажешь. — она пожала плечами.

За нами по лестнице поднялось трое. Парочка, и тип с телефоном.

Как только мы подошли к туалету, я воскликнула погромче.

— Черт, у тебя прокладки нет? Кажется, я протекла. Пойдем со мной.

Затащив Наташу в кабинку, сунула ей в карман заранее приготовленный листок с координатами.

— Две живых свиньи по этому адресу. Пусть скажет, что от сестры и что планы изменились, надо продолжать сидеть тихо. Сама, главное, не вздумай ходить — умрешь.

Предупреждать о том, что случиться если ее «друг» меня предаст — не стала. Не видела смысла в угрозах хотя бы потому, что пока мы с ним были связаны — любая угроза была обоюдной.

В