Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

Ох, что бы сказали современные феминистки, если бы меня видели!..

Но в моей голове, слава небесам, хотя бы им места не хватило.

Тора не отходила от углей ни на шаг — то ворошила их, то наоборот сгребала в кучку, раздувала, перекладывала… В общем, вела себя как классический человек, вызвавшийся жарить шашлыки на обычном дружеском пикнике в лесу. С той лишь разницей, что ее никто не просил впрягаться в мангал, и делала она все это по собственному желанию и инициативе.

Так продолжалось минут двадцать, спустя которые Тора внезапно сгребла с кучки почти все угли, расшвыряв их по периметру костра, и, примерившись куда-то в центр, быстро и четко стукнула посохом, вызвав хруст отвердевшей глины.

И тогда по лесу поплыл дурманящий аромат жареного мяса.

У меня аж в голове помутилось, когда я его вдохнул! Никогда в жизни до этого я не вдыхал ничего даже отдаленно похожего на этот аромат — тонкий, пряный, с нотками не пойми откуда взявшегося чеснока, и чего-то еще, чему я даже названия не знал! Да ни один стейк ни в одном ресторане никогда не пах даже близко к этому волшебному аромату!

Посмотрев на меня, Тора хмыкнула и принялась разгребать угли, освобождая спрятанное под ними мясо. Через пару минут она наконец выкатила из углей глиняного колобка, и прямо по траве подкатила его ко мне концом посоха.

Она все манипуляции с костром делала посохом, а он не то что не обгорел — он даже не потемнел! Будто не из дерева был сделан, а только покрашен под него!

Вооружившись пресловутым ножом, Тора окончательно расколола глиняный кокон, и аромат готового мяса просто заполонил собой все окружающее пространство, изгнав воздух с позором! Казалось, одним только запахом этим можно уже наполовину насытиться!

Обжигаясь и отдергивая пальцы, Тора принялась очищать мясо от глины. Запеченные черепки легко обламывались и падали в траву, выпуская наружу все больше и больше этого чудесного запаха.

Да сколько можно ковыряться уже?!

Под конец я уже не выдержал и ломанулся Торе на помощь, отламывая глину сразу целыми кусками.

— Нежная ты. — надменно произнес я, оттеснив Тору полностью и продолжая чистить зайца. — Он же едва теплый, чего ты дергаешься.

— Да что ты? — хмыкнула Тора. — А тебя не смущает, что будь он чуть теплым, он бы был сырым?

Я пристыженно замолчал и поставил себе зарубку думать в следующий раз, прежде чем говорить.

И еще одну — о том, что температурные ожоги, по ходу, мне тоже не страшны.

Интересно, чего вообще мне теперь стоит опасаться? Вот же дилемма дилемм — вроде и получил какое-то подобие всемогущества, пусть и все лишь внутри своеобразного сна, вроде и можешь получить совершенно новый, никем ранее не испытанный опыт… Но при этом не знаешь, где проходят границы твоей силы, есть ли они вообще и насколько мерзкой будет ситуация, когда или если ты их нащупаешь.

Закончив с глиной, я оторвал у зайца ногу, и осторожно, все еще не зная границ своей неуязвимости, куснул мясо.

Никогда бы не подумал, что приготовленное таким простым и даже, можно сказать, варварскими способом мясо, которое еще час назад бегало и прыгало по своим делам, приправленное выкопанными из земли кореньями и травами, может быть таким вкусным! Мягким, легко жующимся, ароматным, пряным, просто неописуемым!

Я аж зажмурился от удовольствия — настолько вкусной оказалась эта парящая дурманящим ароматом заячья нога!

Ну хоть что-то здесь может доставить удовольствие, кроме созерцания ториных округлостей!

Сама Тора ела аккуратно и неспешно — отрывая по маленькому кусочку прямо от общей туши, обязательно дуя и только потом отправляя в рот. Мне не было горячо, поэтому я заглатывал целыми кусками, едва-едва прожевывая, чисто чтобы в глотку проскочило. С одной стороны вроде и хотелось задержать мясо во рту подольше, чтобы насладиться его вкусом и ароматом, с другой — раз и нету его, и не поймешь, как так получилось, хотел же посмаковать!

Тора хмыкнула, глядя как я пожираю зайца, и протянула мне один из хлебцев, что были в котомках солдат. По крайней мере, выглядел он точно как один из них, но если те были черными как ночь и твердыми как камни, тот этот можно было легко назвать ржаным и даже помять его в руках.

Я удивленно взглянул на Тору, разломил хлебец пополам и протянул половину ей. Она благодарно кивнула и продолжила есть.

Эх, соли бы еще! Соли не хватает просто смерть как!

Оказалось, соль у солдат в котомках тоже есть — спрятана в маленьких емкостях, сделанных из выдолбленных внутри грецких орехов. Ну логично, без соли в долгих походах и засадах плохо будет. И так сухпайком перебиваешься, чтобы не выдать себя полноценной охотой, а без соли так вообще цинга начнется, как на средневековых кораблях.

Когда от зайца осталась только кучка костей, я почувствовал сытость и абсолютное нежелание что-либо делать. За всеми этими приготовлениями к трапезе и ей самой как-то незаметно подкрались сумерки, скрадывающие очертания предметов и усредняющие все цвета до какого-то неопределенного оттенка серого. Лес потихоньку готовился ко сну — одна за другой замолкали птички, исчезли вечно гудящие по своим делаем шмели, попрятались шуршащие под ногами ящерицы. Еще пара часов — и, наверное, совсем станет темно. Возможно, стоит подумать о том, чтобы на ночь забраться в склеп, из которого я не так давно выбрался? А что, с камнями там я способен справиться, это мы уже выяснили, так что заложить вторично дырку под потолком я смогу. Там, конечно, не то чтобы есть где спать, но по крайней мере будет безопасно. Почки потом поболят от холодного камня, это да, плюс спину будет ломить… Н-да, что-то хреновой затеей оказывается идея спать в склепе.

В принципе, спать в склепе даже без раскрытия темы звучит как хреновая затея.

Интересно, можно ли будет считать день проведенный здесь, днем проведенным в коме? А если я усну — будет ли это значить, что там, в реальном мире, я проснусь и выйду из комы? Или завтра я снова открою глаза все еще в карцере собственного сознания без права на досрочное освобождение? А если все же проснусь — запомню ли все эти чудные приключения? И Тору?

Тору жалко забывать. Там, в реальности, такую не встретишь. Там, в реальности, если и найдешь женщину, которая может поймать, освежевать и