Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Отпустить было самым сложным, вторая рука опасно скользнула, я вскрикнула и снова вцепилась в балку мертвой хваткой. Нельзя медлить, нужно Линя спасать. Давай же. Я смогу. Смогу.

Стиснув зубы, я резко подавила свой страх, отняла руку и вцепилась в осколок настолько сильно, что он даже порезал мне кожу. Но самое жуткое началось сразу же после того, как я потянула осколок на себя.

Это было странное ощущение. Как будто в тот самый миг я подчинила себе пространство, не меньше. Все тело отдавалось странной вибрацией, я едва могла совладать с собой. Тело как будто стало двигаться само по себе, в то же время я могла это контролировать, но с помощью осколка…

Краски превратились в сплошной водоворот, ничего абсолютного больше не осталось, была только я и этот холодный осколок…

Не знаю, когда именно я потеряла балку, я этого не поняла, просто это случилось и все. Кажется, я полетела вниз. Что-то оранжевое окутало мое тело, но я ничего не разбирала, кроме неестественного для меня тепла. Только оно. Линь…

Я открыла глаза и внезапно обнаружила прямо перед собой чьи-то головы. Еще миг — я больно ударилась при падении, столкнувшись с препятствиями, а потом и полом. Тело было изранено изнутри, изодрано в клочья, я чувствовала себя, как на самой тяжелой стадии болезни, когда ты уже начинаешь думать, что это тебе не пережить. Кажется, я начинаю понимать…

Линь.

Мысли не отпускали, я попыталась подняться. Сил не было, ничего не хотелось, просто тупая боль и усталость, невыносимая усталость. Приподнявшись, я заставила себя ползти. Получалось плохо, нужно было встать на ноги. Люди вокруг вроде бы не сильно пострадали, но…

Как я оказалась на ногах, я не помню, но проломленное пространство где-то в двух шагах от меня я обнаружила почти сразу. Шагнула туда, снова оказалась на полу. Благо уже было рядом.

Линь. Он лежал в очень неестественной позе, но по какой-то причине был в сознании. Его грудь рывками вздымалась, лицо исказила гримаса ужаса. Это почему-то привело меня в чувства.

— Линь, — подползла я к нему. — Ты живой…

Он нашел меня глазами, и тень улыбки легла на его лицо. Он искренне обрадовался, увидев меня, несмотря на свой безумный страх, который я видела в его глазах, он был рад не остаться один в этот момент…

— Вилу, — позвал он меня хрипло и тут же захлебнулся в своей крови. — Я не… чувствую своего тела…

Я стиснула зубы от бессилия и подползла ближе, погладив беса по волосам. Говорить мне не хотелось, да и не нужны были ему мои слова. Как я считала.

— Вилу, — его глаза были широко раскрыты, он боролся, пытался, в его глазах мелькали тысячи мыслей, тысячи осмыслений, тысячи откровений. Но в то же время он понимал, что уже не сможет все мне это рассказать. Я тоже сыграла свою роль. Несмотря на боль и отчаяние, он выбрал озвучить мне то, что я просто не ожидала и не готова была принять: — я… я… ведь нужен свету?

Слепым выстрелом в голове у меня пронеслось воспоминание. Мои слова. Момент, когда мы выбирались из окна и ползи по карнизу. Мною случайно оброненная фраза, и Линь в последний миг, прежде чем… Прежде чем уйти… он помнил все это время. Он жил с этим так долго, держа это в своем сердце, словно пулю. Он не отпускал…

Слезы брызнули из моих глаз, пролившись нескончаемым потоком ему на грудь.

— Очень, — еле-еле выдавила я. — Ты нужнее всех, Линь…

Робко, неуверенно, он подарил мне последнюю улыбку. Меня затрясло от бессилия, от непринятия и отрицания, но осколок в моих руках забирал все. Последнее, что заставило меня продержаться, были слова:

— Все будет хорошо, — и хоть потом я провалилась в неизвестность, я точно знала, кому они принадлежали.

Я доверилась ему и к своему великому сожалению отключилась.

ГЛАВА 8

На душе было тревожно. В первые мгновение, когда я пробуждалась, мне еще не была ясна причина, откуда эта тревога вообще взялась. И это было прекрасно. Потом пришло воспоминание. Оно было настолько не реальным, настолько не состоявшимся событием в моей жизни, что я даже не почувствовала расстройства. Это просто событие.

Шум гремящей музыки вернул меня к реальности. Я очнулась и приподняла голову, чтобы осмотреться. Было прохладно, дул холодный ветер, но теплые объятия Киана меня грели. Не хотелось прерывать эту идиллию, но мое внимание переключилось очень быстро.

Это был то ли всхлип, то ли сорвавшийся голос, но рядом с нами на автобусной остановке сидели Хлои и Грин. На улице уже было темно, но в свете уличного фонаря я увидела подавленность на лице волшебницы и красные от слез глаза охотника.

Линь.

Я все-таки села, и все внимание обратилось ко мне. Меня откровенно штормило и было сложно сфокусировать взгляд с первого раза. В кармане что-то вибрировало, отяжеляя меня килограмм на двести. Пятьдесят. Тысяч.

Осколок реальности.

— Ты в порядке? — Тихо спросил Киан.

Я сделала глубокий вздох и предпочла не отвечать на этот вопрос. По сути, никому не было дела, в порядке ли я. Сейчас важнее было совсем другое.

Я опустила глаза и обнаружила, что мой амулет все еще светится фиолетовым, значит мы все еще в петле. Но уже вечер, значит, скоро все закончится. Ладно.

— Что произошло в зале? — Спросила я троицу.

— Пока ничего, — голосом с того света ответила Хлои.

— Мы успели уйти до той песни, — продолжил Киан. — Но все должно закончиться с минуты на минуту.

Словно в подтверждение его слов вместо привычного шума обычного концерта послышались пронзительные крики гибнущих магов и демонов. Стихло все минут через пять. Все это время мы словно забыли о себе, просто смотрели в ту сторону и ждали. Было жутко, но главное, что мы выбрались. Однако…

Еще некоторое время тишины и мой талисман начал мерцать, а затем и меркнуть, как будто в нем батарейки садились, а потом и лампочка перегорела. Когда все успокоилась мы снова оказались на опустевшей заброшенной улице, где никто больше со времен того злополучного концерта, не обитал.

Стало еще холоднее, я поежилась и вздохнула. Да, не самый лучший выход в свет.

— Нам пора возвращаться в академию, — вдруг констатировал Киан и несколько неуверенно поднялся на ноги. Меня это