Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

Я устроился в салоне. Запах кожи и дорогого полироля окружил со всех сторон.

— Куда едем, мастер Чехов? — раздался спокойный голос водителя.

— К Нечаевой, — ответил я.

Машина тронулась почти неслышно, и город поплыл за окнами. Утренний Петроград был ещё сонным: булочники расставляли корзины с хлебом, дворники лениво махали метлами.

Я смотрел на всё это и думал, что мир, как ни странно, продолжает жить по своим законам. Люди спешат, ругаются, торгуются, а я еду к девушке, которая согласилась стать моей невестой. Ирония судьбы заключалась в том, что даже в этот момент я чувствовал, что внутри остаётся тень от слов Яблоковой.

«В таком виде и умереть не стыдно», — эхом звучало в голове.

Я усмехнулся про себя и поправил манжет:

— Надеюсь, сегодня всё же обойдётся без такой проверки.

Глава 33

На бал

Машина мягко затормозила у дома Нечаевой. Я не стал дожидаться, когда водитель, как и положено по этикету, откроет мою дверь. Сам выбрался из салона и направился к парадной.

Стоило мне оказаться под сводами здания, как знакомая фигура возникла рядом: стёганый халат, растрепанные волосы, в руках неизменная газета, которую Карпович, кажется, никогда так и не дочитывал.

— Ринат Давидович, — произнёс я, чуть склонив голову, и направился к лестнице, чтобы по пути узнать от словоохотливого призрака новости.

Старик просиял так, будто я только что назначил его главным судьёй империи.

— О, господин некромант! Узнали! Да ещё и по имени-отчеству обратились… Вот это уважение!

Он довольно заулыбался и поправил сбившиеся на затылке волосы, которые тотчас вернулись в прежнее положение.

— Я ведь слежу тут за всем, как и обещал, — важно отрапортовал Карпович. — Порядок в доме соблюдается, новых жильцов… э-э… мертвых то есть, не появилось. Та дамочка, что любила прыгать с лестницы, так и не вернулась. Видимо, нашла себе новое пристанище, — он театрально вздохнул, — а я уж привык к её представлениям.

— Рад слышать, что всё спокойно, — кивнул я. — Без новшеств.

— Как же без новшеств, — оживился он, — соседи с третьего этажа опять ругались из-за опозданий супруга к ужину. Но до битья посуды не дошло, так что я даже скучаю. На шестой этаж въехала старуха из важных аристократов. Всю квартиру заставили вазами и коробками. А внутри ничего любопытного. Я надеялся, что там будет чей-то прах, проклятая шкатулка с танцующей балериной или на худой конец чья-нибудь сухая кость. Но на деле нашлись новые ковры из азиатской империи. Такие безвкусные, скажу я вам. Вот раньше были ковры — красные… — призрак мечтательно прикрыл глаза.

Я усмехнулся, решив, что в этих коврах определенно есть какая-то магия, раз даже призраки говорят о них с придыханием.

— Главное, что без новых усопших, — отметил я.

— Именно! — гордо расправил плечи Карпович. — А я ведь говорил, что на моём посту всё будет под контролем.

Я двинулся по парадной вверх по лестнице, и Карпович, разумеется, поплёлся рядом. Подошва его тапочка слегка шаркала по ступеням, и создавалось впечатление, будто я иду с живым соседом, которому не терпится поделиться последними новостями. Газету он сунул подмышку, освобождая руки для жестикуляции.

— А вы знаете, Павел Филиппович, — заговорил Ринат Давидович вполголоса, будто боялся, что кто-то подслушает, — вчера к вашей барышне приезжал её батюшка.

— О? — приподнял я бровь. — Сам явился?

— Собственной персоной! — торжественно кивнул призрак. — Поздновато, правда. Часы били уже десять, когда он вошёл. Сначала я подумал: неужто какой-нибудь ухажёр с запоздалым визитом? Но нет, оказался отец. Привез ей платье в большом чехле. Оно мне показалось свадебным, но я мало смыслю в современной моде.

Мы преодолели ещё на один пролет.

— И как долго Родион Романович пробыл у дочери? — уточнил я рассеянно.

— Недолго, — вздохнул старик. — Около получаса, не больше. Но, знаете ли… когда он уходил, барышня выглядела так, будто ей звёзды с неба подарили. Счастливая была, прямо светилась вся.

Я усмехнулся и поправил манжет.

— Значит, редкие визиты отца ценятся особенно.

— А как же! — горячо поддержал Карпович. — Слово родителей — оно ведь всегда весит много. Даже если между делом сказано. А Арина потом ещё долго по дому ходила и счастливо вздыхала.

— Вот видите, — заметил я. — Даже в вашем дежурстве есть место хорошим новостям.

Старик кивнул с серьезностью.

— Я потому и слежу за порядком, — сказал он, поднимая газету, словно знамя. — Чтобы все жители дома всегда могла вернуться в свои квартиры и чувствовали себя в безопасности. А вы, мастер Чехов, будьте быть спокойны: я всё вижу, всё слышу.

— Верю, — сказал я.

— Новая жиличка меня беспокоит только.

— И чем же?

— Старовата. Как бы не померла и не стала таскаться за мной. А я ведь мужчина инетерсный, видный, хоть и мертвый. Но ко всему прочему я женатый, знаете ли. И мне не до всяких… бабушек, пусть даже с маникюром и прической, как у императрицы. Тем более, у нее даже кота нет. Что за женщина может быть в ее возрасте без кота? Это не просто неприлично, но даже подозрительно.

Карпович всё никак не унимался, пока мы поднимались по лестнице. Газету он прижал к груди, будто это был отчёт в канцелярию, и продолжал рассказывать обо всём, что видел и слышал.

— Ах да, совсем забыл! — он вдруг хлопнул себя по лбу. — Сегодня с утра к барышне заходил ваш водитель, из семьи Чеховых. С коробкой в руках, аккуратненькой такой, перевязанной лентой. Передал Арине Родионовне — и был таков. Даже чаю не попросил, представляете?

Я приподнял бровь. Водитель, коробка, лента… Всё это подозрительно напоминало один из тех сюрпризов, что любит устраивать бабушка.

— И что было дальше? — спросил я, хотя и так уже догадывался.

— Затем барышня закрылась. И я не стал входить, как мы с вами и договаривались. К тому же, как я понял, она тоже меня стала видеть. Теперь так просто уже и не зайдешь в гости. Сразу заприметит, — скорбно сообщил призрак. — Но по ее восхищенному шепоту я понял — подарок ей пришёлся по душе.

Мы как раз подошли