Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

В щели калитки снова появилось то же хмурое, небритое лицо.

— Стаханов? — буркнул он, узнав меня. — К Орлову? Проходи. Он уже ждет.

Калитка со скрипом открылась.

Я снова оказался в том длинном, тускло освещенном коридоре. Но сегодня он уже не казался таким мрачным и зловещим. Наоборот, в нем было что-то… интригующее. Как будто это был вход в какую-то тайную пещеру, полную сокровищ.

Меня встретил тот же безликий человек в темном костюме, что и вчера.

Он молча кивнул и проводил меня до кабинета Орлова. Женщина с прической «улей» в приемной тоже лишь мельком взглянула на меня и снова уткнулась в свои бумаги. Видимо, я уже не вызывал у них такого интереса, как вчера. Или просто они привыкли к тому, что в их «институт» приходят странные люди.

Орлов встретил меня у дверей своего кабинета с легкой улыбкой.

— Алексей! Рад вас видеть. Проходите, присаживайтесь. Кофе, чай?

— Здравствуйте, Игорь Валентинович, — я снова пожал ему руку. — Пожалуй, кофе не помешает. Ночь была… не очень спокойная.

— Понимаю, — кивнул он, наливая мне кофе из небольшого термоса, стоявшего у него на столе. — Первое знакомство с нашей… спецификой редко кого оставляет равнодушным. Ну что ж, Алексей, готовы приступить к погружению?

Он протянул мне чашку с ароматным, горячим кофе.

Я сделал глоток. Кофе был на удивление хорош — гораздо лучше, чем в нашем офисе.

— Готов, — сказал я, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло и уверенность. — Что я должен делать?

Орлов сел за свой стол и открыл какой-то ящик.

Достал оттуда довольно толстую папку с грифом «Для служебного пользования».

— Для начала, Алексей, вам нужно будет ознакомиться с некоторыми нашими… внутренними документами, — сказал он, пододвигая папку ко мне. — Это, так сказать, вводный курс. Основные направления наших исследований, структура института, правила внутреннего распорядка, техника безопасности — особенно обратите внимание на последний пункт. Читайте внимательно, не торопитесь. Если возникнут вопросы — задавайте. После того, как вы все это изучите, мы с вами немного поговорим. А потом… потом я познакомлю вас с вашей первой «интересной задачкой».

Он улыбнулся, и в его глазах снова мелькнул этот знакомый азартный огонек.

Я взял папку. Она была тяжелой и какой-то… настоящей. Не то что те отчеты и презентации, которые я готовил для Влада. От этой папки веяло тайной, серьезностью и чем-то еще, чему я пока не мог подобрать названия.

Я открыл первую страницу.

«Научно-Исследовательский Институт Научных Аномалий и Чрезвычайных Явлений (НИИ НАЧЯ). Устав».

Ну что ж, Стаханов. Похоже, твой «необычный отпуск» начался.

И он обещал быть гораздо более увлекательным, чем любая поездка на Мальдивы.

Если, конечно, я переживу чтение этого «устава» и не засну на разделе про «технику безопасности при работе с аномальными энергиями».

* * *

Я погрузился в чтение.

Папка действительно оказалась толстой, и информация в ней была, мягко говоря, специфической. Устав НИИ НАЧЯ, структура отделов, должностные инструкции, приказы о соблюдении режима секретности… Все это было написано сухим, канцелярским языком, но за этими формулировками угадывалась деятельность такого масштаба и такой направленности, что у меня временами перехватывало дух.

Отдел Теоретической Физики и Мета-Полевых Взаимодействий. Отдел Прикладной Биофизики и Паранормальной Физиологии. Отдел Квантовой Химии и Алхимических Трансформаций… Названия звучали как музыка для моих ушей, уставших от «ПромТехСнабов» и «КанцПарков». Каждый отдел, судя по описанию, занимался чем-то на стыке науки и… и чего-то еще. Того самого, что Орлов называл «неконвенциональными феноменами».

Были там и схемы — структура института, подчиненность отделов, какие-то непонятные диаграммы, изображающие, видимо, потоки «аномальной энергии» или что-то в этом роде. Я внимательно изучал каждую страницу, пытаясь вникнуть в суть, запомнить аббревиатуры, понять, кто чем занимается и как все это связано между собой.

Особое внимание я уделил разделу «Техника безопасности».

Он был написан гораздо более живым и образным языком, чем остальные документы, и изобиловал примерами, от которых у меня волосы на голове вставали дыбом. «При работе с артефактом типа „Гамма-7“ строго запрещается приближаться к нему на расстояние менее пяти метров без индивидуальных средств защиты класса „Дельта“. „В случае несанкционированного открытия пространственно-временного континуума в лаборатории № 3, немедленно активировать систему аварийного схлопывания и эвакуировать персонал в убежище № 5“. „Категорически запрещается вступать в вербальный контакт с сущностями класса 'Эпсилон“ без предварительного согласования с руководством отдела и наличия сертифицированного медиума-переводчика».

Я читал это и не знал, смеяться мне или бояться.

Это что, все всерьез? Они действительно работают с какими-то «артефактами», открывают «пространственно-временные континуумы» и общаются с «сущностями класса Эпсилон»? Или это просто такая своеобразная форма научного юмора, понятная только посвященным?

Но, судя по тому, с какой серьезностью Орлов говорил о «нештатных ситуациях» и «необратимых последствиях», шутками здесь и не пахло.

Это была их реальность. Их рабочие будни.

И я, кажется, собирался стать частью этой реальности.

Время за чтением летело незаметно.

Я то и дело поглядывал на Орлова — он сидел за своим столом, просматривая какие-то бумаги, и, казалось, совершенно не обращал на меня внимания. Но я чувствовал, что он наблюдает за мной, оценивает мою реакцию, мою способность воспринимать эту… нестандартную информацию.

Наконец, я дочитал до конца.

Закрыл папку и положил ее на стол. Голова гудела от обилия новых терминов, названий, инструкций. Но при этом я чувствовал какой-то странный прилив сил, возбуждение, как перед прыжком с парашютом.

— Ну как? — Орлов оторвался от своих бумаг и посмотрел на меня. — Впечатляет?

— Более чем, — честно ответил я. — Особенно раздел про технику безопасности. Скажите, а эти… «сущности класса Эпсилон»… они часто здесь появляются?

Орлов усмехнулся.

— Не так часто, как хотелось бы некоторым нашим теоретикам, но и не так редко, чтобы можно было расслабляться. Впрочем, не волнуйтесь, Алексей. В Секторе Интеллектуального Анализа и Прогнозирования вам вряд ли придется иметь с ними дело напрямую. Ваша задача — работать с данными, которые мы получаем из… э-э-э… различных источников. В том числе и от тех, кто контактирует с этими самыми «сущностями».

Он снова улыбнулся, и я понял, что он немного подшучивает надо мной, проверяет мою реакцию.

— Ясно, — сказал я, стараясь выглядеть невозмутимым. — То есть,