Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

она вдруг остановилась посреди комнаты, растерянно глядя в стену. — Он же чёрт возьми умный и упорный. Так, дорогая моя, не хватало ещё, чтобы тебя волновали выдуманные персонажи, — фыркнув, женщина улеглась на диван. — Хотя кто их знает, они в последнее время вообще ведут себя странно…

Альмарис проснулась одна, но на столике рядом с кроватью лежала записка: "я скоро вернусь. Дождись меня, любимая, тебя ожидает сюрприз. Твой Дориан". Чуть улыбнувшись, Рили встала и накинула халат, подойдя к окну.

— Тебя тоже ждут кое-какие новости, — задумчиво произнесла королева, машинально положив ладонь на живот. Небольшая выпуклость уже была достаточно заметна, но пока никто не обращал внимания.

Неожиданно ей послышался какой-то звук в комнате: Рили обернулась, и замерла. Посередине спальни вдруг возник знакомый чёрный провал портала. Девушка прижала ладонь к губам, сдерживая крик, и глядя на происходящее расширившимися глазами. Когда в комнату шагнул Ринал с мрачным и решительным выражением на лице, Альмарис задохнулась от вихря чувств.

— Здравствуй, — тихо сказал он, подойдя к ней. — Я пришёл за тобой, любимая.

ГЛАВА 21

…Оливия вернулась в спальню, которую им отвели во дворце, раньше мужа, собираясь быстренько переодеться и лечь — все те дни, что они были в столице, Джарт возвращался поздно, когда она уже спала, ему о многом надо было поговорить с Дорианом. Лив начинала потихоньку сходить с ума от их непонятных отношений: муж вроде не сердился на неё, не кричал, не игнорировал, обращался вежливо, предупредительно, заботливо, но… она чувст-вовала себя чужой, приятной гостьей, которой разрешили немного пожить в хозяйском доме.

Оливия устала засыпать одна и просыпаться одна, ей хо-те-лось повторения той сумасшедшей ночи в Монтаре, в конце концов, она же просто женщина… Вот и сейчас она тоскливо смотрела на себя в зеркало, ра-счёсываясь, и размышляя о том, что может, вернуться в Монтар — всё равно в Уркане она мало кого знает, с друзьями Джарта Лив почти не виде-лась, потому что все они были заняты, и сам Ленмор вряд ли будет сильно против её отсутствия, судя по его сдержанному поведению. Проглотив ком в горле — о, боги, каждый вечер ей приходится сдерживать слёзы! — она отложила расчё-с-ку, погасила свечи, и легла, свернувшись калачиком под холодным одеялом. Через несколько минут в тёмную спальню тихо вошёл Джарт, молча разделся и лёг. Оливия не выдержала и негромко позвала:

— Джарт… я хочу поговорить с тобой.

— Я слушаю, Лив, — он повернул к ней голову.

— Думаю, мне стоит вернуться в Монтар.

Ленмор приподнялся на локте, посмотрев на жену.

— Почему ты так решила? — несколько резко спросил он.

— Мне нечего делать в столице, Джарт. Знакомых у меня тут нет, с твоими друзьями я не настолько близка, — она замолчала, не зная, что ещё сказать.

Он почувствовал себя законченным негодяем, слушая неумелые отговорки Оливии: она так и не сказала главную причину, то, что она не нужна ему здесь. О, боги, но это же не так, нет! Он честно пытается быть хоро-шим мужем, что же ещё? Разве что их ночи. Джарт прикрыл глаза, проклиная всё на свете. Он не был уверен, что его чувства к жене достаточно серьёзны и глубоки, а без этого… без этого он не мог позволить себе прикоснуться к ней, хотя видят боги, как же ему хотелось!..

— Лив, послушай… — начал было Джарт, но она прервала его.

— Пожалуйста, отпусти меня.

Безнадёжность в её голосе стала последней каплей для Ленмора. Он обнял Оливию и прижал к себе, коснувшись губами мягкого шёлка волос.

— Лив, прости меня пожалуйста! Я знаю, ты заслуживаешь лучшего, чем я, прости, что испортил тебе жизнь!

— Мне никто другой не нужен! — всхлипывая, ответила она. — Никто, слышишь!

— Я тоже уже привык к тебе, — пробормотал он, не зная, как утешить жену. — Не плачь, Лив, не надо, прошу тебя…

— Прекрати делать из меня памятник своему собственному самопожертвованию! — она подняла лицо и ударила кулачком по его груди. — Если я тебе не ну-жна, так зачем было жениться! Мне не нужно от тебя исполнения долга, пойми наконец! Мне нужен просто ты сам, понимаешь?! Только ты и всё!

— Я постараюсь исправиться, Лив…

— Неужели ты совсем не видишь во мне женщину?.. — растерянно прошептала Оливия, отстраняясь от мужа. — И… тогда ты просто пошёл мне навстречу, руководствуясь мимолётным желанием?..

Джарт на мгновение зажмурился, признавая поражение, и глухо пробормотал:

— Не говори глупостей, Лив…

В следующий момент Оливия оказалась в жарких объятиях мужа, замирая от его поцелуев — ночная рубашка как-то незаметно оказалась на полу… Лив решилась признаться только самой себе, что любит этого человека, даже несмотря на его противоречивый характер, и ни за что не расстанется с ним. "Только пожалуйста, разберись в себе, милый… иначе я сойду с ума".

Кендалл стоял посреди спальни, растерянный и встревоженный. Альмарис нигде не было. Вся одежда кроме халата оставалась на месте, и по всем признакам королева не покидала комнату. Но тогда куда она могла деться?.. Неожиданно дверь распахнулась, и на пороге появилась Сэнди. Встретившись взглядом с Кендаллом, Неумирающая быстро спросила:

— Где Рили?

— Что случилось, Сэнди? — задал он встречный вопрос.

За её спиной появилось лицо Эллиноры.

— Здесь недавно открывали портал, — женщина отстранила девушку и вошла. — И я точно знаю, что во дворце нет человека, кроме моей дочери, способного это сделать.

Неумирающая не знала, плакать или смеяться. Её охватили противоречивые чувства: с одной стороны, Сэнди знала, кто это был. С другой, вроде бы она не должна радоваться, но… хотелось радостно улыбнуться.

— Сэнди? — Кендалл снова посмотрел на девушку.

— Её забрал Ринал, — решилась она. Эллинора тихо охнула, Дориан сжал кулаки.

— Я поеду в Херим Серт и убью его, — сузив