"Фантастика 2025-62". Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

Глава двадцать третья

9-й ударный

— Выпьем?! — поднял генерал-майор рюмку. — Ну, за Отечество и царя!

Все присутствующие офицеры выпили. Аркадий в том числе — тут уже никак не уклониться.

Капитана ему дали, а вот со Святым Георгием IV-й степени прокатили — царь не подписал. Вместо этого он послал ему благодарственное письмо, в котором восторгался его мужеством и изобретательностью.

«Сословные ограничения…» — подумал Аркадий, поморщившийся от горького вкуса водки.

Понюхав маринованный огурец, он поставил рюмку на стол.

А вот новоиспечённому генерал-майору Алексееву дали Святого Георгия III-й степени, по ходатайству генерала от инфантерии Рузского.

Встреча эта происходила по причине возвращения генерал-майора из Петрограда — там его и наградили, и в звании повысили.

Да, кавалерийское наступление захлебнулось, но зато удалось создать серьёзную оппозицию немецким армиям в Курляндии. Даже был начат отвод вражеских войск, но как только стало ясно, что русским ничего не светит, немцы прекратили перемещение войск и вернулись на исходные позиции.

Тем не менее, прорыв и наступление можно назвать значимыми, ведь немцы начали вести себя осторожнее. На фронте затишье, а это значит лишь то, что они усваивают полученный опыт и вырабатывают новые решения.

Посты наблюдения докладывают, что немцы начали активную перестройку траншей — вероятно, сочли успех русских уязвимостью своей системы фортификации.

А Аркадий, ознакомленный с процентом потерь ударного батальона, считал, что это был эффект неожиданности, а не какая-то существующая уязвимость. В ходе штурма было потеряно 43 % личного состава — несмотря на то, что первую траншею они взяли очень быстро и почти без потерь.

Солдат в траншеях слишком много, а эшелонирование только усугубляет ситуацию. Как стало окончательно очевидно почти всем офицерам 1-й армии, главная проблема — это не первая линия траншей. Главная проблема — линии следом за ней.

Стрелковые цепи просто не способны обеспечить надлежащий натиск после преодоления первой линии. Более того, их боевой порядок может разрушиться ещё до подхода к первой линии.

Полковник Алексеев как-то сказал, что Аркадий обесценивает стрелковые цепи. Ведь стрелковые цепи — это не просто «мясная волна», а строгий боевой порядок, в котором есть специализированные подразделения, идущие в заранее продуманной последовательности, но…

Но эффект от стрелковой цепи, в итоге — «мясная волна», несущая огромные потери. А если итогом всей сложной организации, подготовки, специализации и так далее, служит массовая гибель солдат, без выполнения боевой задачи, то это и есть ничто иное, кроме как «мясная волна».

За всю Первую мировую войну, насколько знал Аркадий, тактика стрелковых цепей так и не принесёт ничего, кроме высокого процента потерь. Это заведомо неэффективно и наглядно демонстрирует тупик, в который зашла военная мысль Европы.

«Косвенное доказательство — они всю войну искали новую тактику», — подумал Немиров, переворачивая рюмку. — «И нашли только под самый её конец».

Празднование нового звания Алексеева продолжалось, из патефона пел Сабинин, исполняющий «Гори, гори, моя звезда», а офицеры выпивали и беседовали на отвлечённые темы.

Аркадию было не до этого, он думал о том, где же ошибся.

Ошибка точно была, но где именно, он понять не мог. Как-то немцы показывали высокую эффективность штурмовых групп, которые обеспечили повторяемость результатов, а не рассчитывали на удачу.

Но Немиров обдумывал каждый элемент и не находил ошибок.

— Аркадий Петрович, — обратился к нему генерал-майор. — Пойдём наружу, побеседуем.

Они вышли из офицерского блиндажа на свежий воздух. Рядом располагалась специально отведённая курилка, позволяющая замедлить засорение траншей.

— Встречался в Петрограде с одним полковником… — заговорил Алексеев, подкурив сигарету. — Николай Николаевич Дренякин — так его зовут. Он наводил о тебе справки — хочет позвать в свой полк.

Сигареты «Дессертъ» обладали неприятным запахом, но только лишь потому, что Аркадий никогда не курил, точнее, Алексей никогда не курил.

— Я знаю, ваше превосходительство, — ответил он. — Уже ответил ему письмом, что не могу принять это предложение, так как здесь уже имею ударный батальон. В шестой армии мне дадут не больше роты, а это шаг назад.

Полковник Дренякин предлагал роту или место в штабе. Возможно, следующее его письмо будет содержать в себе предложение занять должность комбата, но Аркадий откажется и от этого.

«Николаев Николаевичей на Николаев Николаевичей не меняю», — подумал он, внутренне усмехнувшись.

— Разумно, — хмыкнул генерал-майор. — Но откуда он вообще о тебе узнал? Из газет вычитал?

— Мы лежали в одной палате в госпитале, — ответил Аркадий. — Я рассказал ему о вас и о вашей идее ударных групп.

— Но это ты придумал, — поморщился Алексеев.

— Официально — вы, — покачал головой Немиров. — Мы это уже обсуждали.

— Да, обсуждали, — вздохнул генерал-майор. — Раз остаёшься, то тебе надо знать, что формируется новый корпус в составе 1-й армии.

— Это хорошая новость, ваше превосходительство, — улыбнулся Аркадий.

— И это будет ударный корпус, — продолжил Алексеев. — Командовать им буду я, и на меня возлагаются большие надежды.

— На основании одного успеха? — уточнил Аркадий.

— У командования сложилось впечатление, что новаторские методы, использованные 20-м стрелковым полком — это ключ к нашей победе, — генерал-майор выкинул окурок в урну. — Всех впечатлило то, как мы пробили немецкую оборону — подобных успехов не было ни у кого. Мы первые. И от нас ждут повторения успеха. Для этого формируется 1-й ударный корпус.

— Это потребует ресурсов, — произнёс Немиров.

— И их нам выделят, — усмехнулся генерал-майор. — Я собираюсь закупить больше пулемётов системы Мадсена, а также самозарядных ружей Браунинга. Предлагаю тебе заняться отбором личного состава, а также налаживанием организационной структуры корпуса. 1-й ударный батальон останется под твоим командованием, поэтому начинать будешь не с пустого места.

— Это честь, — кивнул Аркадий.

— Также нам передадут четыре артиллерийских дивизиона — моё особое требование, — продолжил будущий командир корпуса. — Также мы можем рассчитывать на авиаэскадрилью, которая будет оказывать нам помощь с разведкой.

Авиаэскадрилья, в нынешние времена, имеет около десяти самолётов, чего очень мало для выполнения полноценного картографирования местности. Тем не менее, это лучше, чем ничего.

— Нужно будет заблаговременно расширить штат картографической службы при штабе корпуса, — произнёс Аркадий. — И занять лётчиков фотографированием целевой местности.

ПВО, в полноценном виде, сейчас нет, поэтому самолёты летают на малых высотах, с малым риском быть подбитыми. Но создать станок для стрельбы по воздушным целям — это дело пары дней.

То, что у них будет больше артиллерии, являлось отличной новостью, потому что в прошлых столкновениях сильно не хватало огневой мощи.

— И будто этого было мало, нам обеспечивают приоритетное снабжение, — заулыбался генерал-майор. — Снаряды, патроны, личный состав…

— У вас есть покровитель на самом верху? — усмехнулся Аркадий.

— Значит, слухи уже пошли? — нахмурил Алексеев брови. — Откуда узнал?

— Я