Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

утром встречал меня у калитки, молча принял у меня ключ, кивнул на турникет. Я достал свой новый временный пропуск — тонкую пластиковую карточку с моей фотографией и логотипом НИИ НАЧЯ. Приложил его к считывателю. Турникет пискнул и пропустил меня.

Выйдя за ворота института, я обернулся.

Здание из красного кирпича выглядело так же обшарпанно и неприметно, как и днем. Но теперь я знал, что скрывается за этими стенами. И это знание меняло все. Примерно в половине окон все еще горел свет, отбрасывая на мокрый асфальт таинственные отблески. Где-то там, в этих освещенных окнах, рыжеволосая Алиса продолжала возиться со своим гигантским зеленым кристаллом, гениальный сисадмин Гена сражался с флуктуациями эфира, а Орлов и другие руководители отделов, возможно, планировали новые «интересные задачки» для своих сотрудников.

Город встретил меня привычным шумом вечерних улиц, запахом мокрого асфальта и выхлопных газов. После почти стерильной и какой-то потусторонней атмосферы НИИ НАЧЯ это было даже немного непривычно.

Я решил дойти до метро, немного прогуляться пешком. Нужно было проветрить голову, упорядочить мысли, попытаться как-то осмыслить все то, что я увидел и услышал за этот невероятный день. Ноги сами несли меня по направлению к центру, спешащим прохожим, ярким витринам магазинов, гудящим автомобилям.

И я знал, что завтрашний день обещает быть не менее захватывающим, чем сегодняшний.

Глава 9

Аномалия

Утро следующего дня встретило меня на удивление ясной головой и ощущением бодрости, которое редко посещало меня в последнее время.

Несмотря на вчерашнюю перегрузку информацией и впечатлениями, я, кажется, действительно хорошо выспался. Хотя сны были под стать прошедшему дню — сумбурные, яркие и немного тревожные. Мне снились бесконечные коридоры НИИ НАЧЯ, по которым меня водил Орлов, без умолку сыплющий какими-то совершенно невероятными, но звучащими до ужаса убедительно научными терминами, явно им же и выдуманными на ходу: «квантовая запутанность квазичастиц в условиях антигравитационного коллапса», «сингулярность реликтового эхо-сигнала первичной инфляции Вселенной», «фрактальная энтропия ноосферных резонансов». А за нами по пятам неотступно следовал Стригунов, сурово качая головой и указывая на каждую дверь: «Сюда нельзя! Опасно! Аномальная активность! Несанкционированный доступ карается немедленной аннигиляцией!»

Я проснулся с легкой улыбкой — мозг, похоже, пытался таким образом переварить вчерашний информационный шквал.

За окном, как по заказу, снова лил дождь.

Мелкий, нудный, типично питерский. Перспектива мокнуть под ним по дороге до метро, а потом еще и пешком до НИИ, совершенно не радовала. Учитывая, что сегодня мне предстояло погрузиться в анализ тех самых загадочных данных с флешки, хотелось сохранить максимум свежести и концентрации. Поэтому я, недолго думая, решил вызвать такси. Роскошь, конечно, по моим обычным меркам, но сегодня был особый случай.

Машина приехала на удивление быстро.

Водителем оказался пожилой, интеллигентного вида мужчина, с аккуратно подстриженной седой бородкой, в старомодном, но чистом берете. Типичный коренной петербуржец старой закалки. Узнав, что мне нужно на Черную речку, он как-то сразу оживился.

— А, Черная речка! — произнес он с легкой ностальгической улыбкой. — Знаете, молодой человек, я ведь помню, как этот район еще только начинал застраиваться, лет эдак пятьдесят назад, еще при коммунизме. Тогда здесь были пустыри да бараки, а теперь вон какие дома понастроили, предприятия разные. Я тогда еще мальчишкой был, мы с ребятами сюда на велосипедах гоняли, через болота. А теперь… теперь все по-другому. Город меняется, да. И не всегда, знаете ли, в лучшую сторону. Раньше как-то душевнее было, что ли…

Он говорил неторопливо, с характерными питерскими интонациями, и его рассказ был полон каких-то мелких, но интересных деталей из прошлого — про первый трамвай, пущенный по новому мосту, про парк, который заложили на месте бывшей свалки, про знаменитую кондитерскую, где пекли самые вкусные в городе пирожные «Север».

Я слушал его вполуха, вежливо кивая и вставляя иногда какие-то общие фразы. Мысли мои были далеко от рассказов таксиста о коммунистическом прошлом Черной речки. Они снова и снова возвращались к заданию Орлова, к этим загадочным всплескам неизвестной энергии. Что это за данные? Какая аномальная зона? И смогу ли я действительно найти в этом хаосе какую-то систему, какую-то закономерность? Вчерашняя первая попытка анализа, хоть и была поверхностной, показала, что задача будет не из легких. Данные вели себя странно, как будто обладали собственным характером, не желая подчиняться стандартным алгоритмам.

Я вспоминал графики, которые успел построить, эти резкие, почти вертикальные пики, возникающие как будто из ниоткуда и так же внезапно исчезающие. Что могло вызывать такие всплески? Какая энергия? И почему Орлов так уверен, что я смогу с этим разобраться? Неужели мои скромные навыки в анализе данных и машинном обучении действительно так ценны для НИИ НАЧЯ?

Пока таксист рассуждал о том, что «раньше и трава была зеленее, и вода мокрее», я мысленно уже перебирал возможные подходы к анализу. Нужно было попробовать более сложные методы фильтрации, возможно, использовать какие-то алгоритмы распознавания образов, чтобы выявить скрытые паттерны в этих «шумных» данных. Может быть, стоит поискать корреляции не только с теми параметрами, которые были явно указаны в логах, но и с какими-то внешними факторами — солнечной активностью, геомагнитными бурями, даже с теми же лунными циклами, которые так неожиданно «выстрелили» в моем предыдущем анализе для «ГГЭСЗ». Хотя Орлов и говорил, что здесь природа энергии «непонятна», но вдруг есть какие-то общие закономерности для всех «аномальных явлений»?

Мысли текли, обгоняя друг друга, и я не заметил, как такси подъехало к знакомому зданию из красного кирпича.

— Приехали, молодой человек, — сказал таксист, останавливая машину. — Надеюсь, не слишком утомил вас своими воспоминаниями.

— Что вы, очень интересно было, спасибо, — вежливо ответил я, когда смартфон пикнул, подтверждая оплату. Хотя, если честно, большую часть его рассказа я пропустил мимо ушей, полностью поглощенный своими мыслями о предстоящей работе.

Я вышел из машины и посмотрел на здание НИИ НАЧЯ. Сегодня оно уже не казалось таким чужим и пугающим, как вчера. Наоборот, было в нем что-то притягательное, как в неразгаданной тайне, к которой мне предстояло прикоснуться.

Дождь все еще накрапывал, но я его почти не замечал. Внутри меня горел азарт исследователя, жажда новых открытий и сложных задач.

* * *

Войдя в кабинет СИАП, я первым делом поздоровался с Людмилой Аркадьевной. Она уже была на своем рабочем месте, в окружении безупречно организованных стопок документов, и выглядела так, будто и не уходила отсюда с вечера.

— Доброе утро, Алексей, — она