Не по собственному желанию - Alexander Sinelnikov

хотя вода была еще прохладной, решил совершить небольшой заплыв, предварительно испросив у Надежды Петровны дозволения. Раздевшись и подойдя к берегу, я обратил на себя внимание членов команды нашего "Тараса Шевченко", что отдыхали с удочками в руках. Один из них, с виду самый молодой, которого я однажды встретил в машинном отделении, бросил:

- Слушай паренек, а вода то еще не тепленькая, может тебе сто граммов налить, чтобы не замерз?

Яростно растираясь полотенцем, я ответил:

– Ничего, товарищ механик, мы к такому привычные. Быстренько сплаваю туда – назад, даже замерзнуть не успею. А уж потом и погреться можно ….. на солнышке.

- А ты сможешь "быстро"? - не унимался "механик".

– Да уж ваш пароход как-нибудь обгоню, правда, если у него одно колесо крутиться не будет – пошутил и я.

Мой оппонент, вероятно обидевшись за свое судно, бросил:

- Да ты меня сначала обгони, даже если я одной рукой грести буду, а потом уже за наш пароход говори.

- А что, это я запросто, у моей бабушки в деревне, на озере, мне и не таких здоровяков доводилось обгонять – уже подходя к воде и осторожно пробуя ее ногой, не стал отмалчиваться я.

В это время, к нашему диалогу подключились и остальные рыбаки, которые видимо, совсем заскучали над своими неподвижными поплавками. Они оживились и принялись подначивать своего молодого коллегу. Нахмурившись, тот не выдержал и крикнул, чтобы я не спешил и подождал его, а сам отправился переодеваться.

Стартовать решили с дебаркадера, к которому и был пришвартован наш пароход, а точкой поворота выбрали массивную деревянную сваю, торчавшую из воды на противоположном берегу небольшого залива. От нас до нее было метров шестьдесят – семьдесят. Главным и единственным судьей, стал капитан парохода, который вышел, услышав шум, и зачем-то прихватил свой хронометр. Ребята на берегу, также узнали о нашем споре, и возле парохода собрался практически весь пионерский коллектив, даже футболисты объявили тайм-аут.

- Ну что, оба готовы? – поглядев на нас спросил капитан и не дожидаясь ответа, дал команду – марш!

Я, оттолкнувшись изо всех сил, правильно вхожу в воду, заметно дальше своего соперника, чем сразу же обеспечил себе фору метра в два, после чего начал привычно резать речную воду. Метров за десять до поворота, бросив короткий взгляд назад, я увидел, что физически более крепкий матрос стал меня постепенно догонять. Однако, к поворотной свае, я все равно пришел чуть впереди. Умело развернувшись, как на соревнованиях, я сильно оттолкнулся от нее ногами, поплыл в обратном направлении. Мой соперник, и тут оказался менее ловким, он амешкался, поэтому расстояние между нами вновь увеличилось до нескольких метров. Уже подплывая к дебаркадеру, я услышал ободряющие вопли своих болельщиков и увидел, что матрос меня практически догнал. Я постарался сделать последний отчаянный рывок, но к сожалению, решением арбитра, была зафиксирована боевая ничья.

Несколько позже, от кого-то из команды, я узнал, что механик Леня был чемпионом их пароходной бригады. Да и вообще, двенадцатилетнему школьнику выступить на равных с двадцатидвухлетним парнем - это почетно. Более того, все ведь считали, что поскольку я окончил семь классов, мне должно исполнится уже четырнадцать.

Через две недели, получив по почте конверт с десятком фотографий, сделанных во время нашего путешествия, я обнаружил там и нас, которые пожимали друг другу руки после завершения заплыва. Разница в габаритах была довольно значительной, я едва доставал макушкой до его плеча.

Ну а вечером, у нас опять состоялся концерт, более того – праздничный концерт. Дело в том, что сразу же после того, как "Тарас Шевченко" отчалил от острова, ко мне подошли три незнакомые девочки не из нашей школы и попросили подготовить музыкальное поздравление для их подруги, Светланы, у которой как раз сегодня будет день рождения.

– Саша, ну пожалуйста, ну очень нужно!

Понятно, что в нашем возрасте День рождения является настоящим событием, не то что на шестом десятке, когда приходишь к выводу, что всего один такой праздник в году это не так уж и редко.

Вечером, на юте нашего парохода, собралась компания, состоящая из одноклассников именинницы и нашей небольшой группки, которая меня одного, уже никуда не отпускала. Именинница, одетая в красивое бирюзовое платье с заботливо сделанной подружками прической и букетиком цветов, собранных на последней остановке у шлюза, выглядела очень симпатичной, похоже, именно она и считалась первой красавицей класса.

Подергал струны гитары и решил, что для такого случая, мой "крокодил Гена" будет как раз в тему, поэтому куплет

"К сожалению, День рожденья, только раз в году…" - мы спели всем коллективом, повторив трижды.

После этого, настало время для раздачи присутствующим конфет и прочих сладостей. Далее, наш концерт продолжился, понравившейся всем песней "в Кейптаунском порту...".

После нее, классный руководитель именинницы попросила исполнить более спокойную, лирическую песню из кинофильма, о пароходе, и здесь я решил влить немного импровизации. Дело в том, что я уже давно и безуспешно, пытался припомнить другую, очень популярную песню, которую, лет через двадцать станет исполнять Антонов - "Белый теплоход". Однако, к моему великому сожалению, кроме припева, в голове так ничего и не появилось. Словом, я решил спеть некое попурри или микс. Вначале, все шло по знакомой канве.

"Над рекой просыпается

Голубой небосвод

На реке навигация,

На реке пароход.

Пароход белый – беленький,

Дым над красной трубой.

Мы по палубе бегали,

Целовались с тобой.

Пароход белый – беленький,

Дым над красной трубой.

Мы по палубе бегали,

Целовались с тобой.

После этого, я встал с места, и заметно громче, пытаясь подстроиться под антоновский стиль, спел припев, дважды повторив куплет:

"Ах, белый теплоход, гудка тревожный бас,

Крик чаек за кормой, сияние синих глаз,

Ах, белый теплоход, бегущая вода,

Уносишь ты меня, скажи, куда?

После чего, вновь пошла всем известная классика

"Пахнет палуба клевером,

Хорошо, как в лесу.

И бумажка приклеена

У тебя на носу.

Ах, ты палуба, палуба,

Ты меня раскачай.

Ты печаль мою, палуба,

Расколи в причал.

А затем вновь раздался коронный антоновский припев. Единственное, что на этот раз, я догадался вместо слов "теплоход" вставить "пароход". Эта моя пароходно –теплоходная импровизация, была встречена бурными, можно сказать незатухающими, аплодисментами всех слушателей. А их собралось немало. Почувствовав запах праздника, примерно две трети экскурсантов поднялись к нам, на верхнюю палубу.

После еще одного выступления, объявили танцы, и я совершенно не удивился, когда на первый тур меня пригласила именинница.