Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

— Под них особенно хорошо идёт любой культурный обмен, — серьёзно заверил он.

Катя тихо рассмеялась. Негромко, но так, что меня окончательно отпустило внутреннее напряжение, которое оставалось после семинара.

— Вы проходите пока в зал, а я пока переоденусь, — сказала она, отступая в сторону.

Мы разделись, разулись и прошли в зал. На столе в комнате лежали раскрытые книги и Катины конспекты, рядом стояли кружка и тарелка с одиноким бутербродом. Несмотря на своё положение, она продолжала учиться. Сказала, что не хочет выпадать из общего ритма. Я не был против, только старался следить по мере сил и занятости, чтобы не сильно перенапрягалась. Она у меня натура увлечённая. Если погрузится в работу, забудет и про сон, и про еду. В этом мы с ней, как оказалось, сильно похожи.

— Дайте мне пять минут на подготовку, — проговорила Катя, направляясь к нашей спальне. — Я мигом обернусь.

— Екатерина, да хоть десять, — великодушно разрешил Коля.

— Благодарю, Николай, за вашу щедрость, — хихикнула Катя и скрылась в нашей комнате.

Собралась она и правда быстро, уложилась в озвученные пять минут. Коля аж на часы глянул и поражённо цокнул языком, сказав что-то про женщин, сборы и пять минут, которые обычно и не пять минут вовсе.

По дороге к Коле мы разговорились. В основном Катя спрашивала о Марине и о том, как она привыкает к Звёздному городку. Коля отвечал без лишней рисовки, и мне это нравилось. Было видно, что он по-настоящему дорожит женой. Громких слов он не бросал — не в его характере. Катю особенно подкупило то, что у Коли не было привычки, как у некоторых мужчин, делать вид, будто всё домашнее происходит как-то само собой.

— Освоилась она быстро, — говорил Коля. — Даже быстрее меня. Я ещё думал, куда что поставить и как тут вообще жить, а она уже решила, где что будет лежать, как лучше переставить стол и почему занавески, которые я хотел оставить, годятся только на тряпки.

— Бойкая она у тебя, — заметила Катя.

— Мариша такая, — с улыбкой кивнул Коля. — С ней квартира на квартиру похожа, а не на временный пункт дислокации.

Постепенно разговор сошёл на нет, потому что мы уже подошли к дому Власовых. Жил он на втором этаже, поэтому долго подниматься не пришлось.

Марина встретила нас в коридоре, когда мы уже вошли. Точнее, она выглянула из кухни, услышав звук открывшейся двери. На кухне слышны были голоса. Значит, Олег с Галей уже пришли. О чём и поспешила поведать Марина:

— Ну, наконец-то все в сборе! А мы вот ждём вас тут. Здравствуйте, я Марина.

Она подошла и по-простому стала протягивать нам с Катей руку. Я скосил взгляд на Катю и увидел, что напор Марины её несколько ошарашил. Но не в плохом смысле, просто отвыкла она от таких активных людей.

А Марина и впрямь оказалась очень активным человеком. Она буквально фонтанировала энергией. На вид она была вся как будто мягкая, округлая, сбитая. О таких обычно говорят: кровь с молоком. Вроде Коля упоминал, что она родом из какой-то деревни. Очень домашняя на вид и уютная. Одета она была так же — без заморочек, по-домашнему.

— Очень рада знакомству, — проговорила Марина и поманила нас с Катей на кухню. — А то Коля всё рассказывает о вас, рассказывает, а лично вас не кажет.

Особо располагали к себе её лучистые голубые глаза, которые, казалось, всегда улыбались, даже когда женщина была серьёзной. Правда, мне показалось, что такие моменты случались крайне редко, потому что улыбка не сходила с её лица. Завершала образ толстая русая коса, которую она то и дело перекидывала с одного плеча на другое, и задорные ямочки на щеках.

Мы с Катей переглянулись, и она украдкой показала мне, мол, вот это харизма и напор. Я улыбнулся и пожал плечами. Ну а чего ещё было ожидать от Коли? Он и сам человек-ураган. И жену выбрал себе под стать.

Когда мы вошли на кухню, Олег встал и представил нам свою жену. Вот Галю я совершенно иначе представлял по рассказам Олега. Он говорил о ней как о болтушке-хохотушке, а на деле перед нами сидела весьма чопорная молодая женщина.

Они с Мариной сильно контрастировали. Если жена Коли была простая в общении и поведении, то Галя держалась немного отстранённо, даже, я бы сказал, церемониально. Одета она была по последнему писку моды, причёска уложена волосок к волоску. Движения все выверенные, ни единого лишнего жеста или слова. Ну а на Марину она и вовсе поглядывала с явным недоумением.

За столом мы разговорились. В основном речь шла об обычных бытовых вещах, с которыми сталкиваешься при переезде. Несколько раз речь заходила о последних фильмах, которые только-только вышли в прокат. Об этом говорила в основном Галя. Она вообще хорошо ориентировалась в светской жизни Москвы. Отец у неё то ли режиссёр, то ли оператор — я так и не понял.

Ну а котлеты и правда оказались выше всяких похвал. Здесь Коля не соврал и даже приуменьшил. Я таких не ел вообще нигде. В обеих жизнях.

Не соврал Коля и в количестве приготовленной еды. Если Марина его постоянно так будет кормить, то он ни в один скафандр не влезет.

— Ой, — подскочила Марина, хотя только присела после того, как поставила на стол глубокую тарелку с изумительно выглядящими пельменями. — Я ж сметанку забыла! Она у нас, знаете, какая?

— Закачаешься? — предположил я и подмигнул Коле. Тот скорчил рожицу мне в ответ и кивнул.

— Именно шо так, — подтвердила Марина и выставила на стол плошку со сметаной, в которой ложка стояла. — Мы её сами делаем, — похвасталась Марина и снова продемонстрировала нам ямочки на щеках. — У родителей свои коровки имеются…

Далее Маринка начала описывать хозяйство, которым обладают родители, а также рассказала несколько историй, с этим связанных. Забавные, простые, житейские истории. Мы в целом посмеялись, потому что Марина оказалась отличной рассказчицей. Чуть ли не в лицах нам всё пересказывала, меняла интонации.

Но не всем из нас эти истории пришлись по душе. В какой-то момент Галя встала, отошла к окну и, щёлкнув зажигалкой, проговорила скучающим тоном:

— Да уж, и правда… Можно вывести из деревни, но деревню…

Она затянулась и выдула плотную струю дыма в форточку. За столом повисла неловкая пауза. Олег покраснел и чуть ли не уткнулся носом в тарелку с теми самыми пельменями. Коля внешне остался невозмутим, и только по его раздувшимся крыльям носа я