Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

свою вёрткость, покатившись по земле и время от времени пытаясь достать меня ножом то назад через плечо, то в бок, а я не менее ожесточённо пытался удержать его скользкую правую руку, сжимавшую нож, несущий смерть. Господи, мне нужен момент, лишь один подходящий момент!..

И Пресветлый услышал мою мольбу. Во время одного из напряжённых эпизодов, когда мы оба завалились на правый бок, этому здоровенному быку пришлось опереться на локоть для равновесия, и он на миг потерял возможность работать этой рукой. Я же своей правой в это мгновение вырвал иголку из своей левой руки и вогнал её в область шеи противника. Мне оставалось ещё молиться, чтобы я попал в нужную точку, и чтобы у этих дикарей рефлексы работали так же, как и у нас, но Господь оказался милостив ещё два раза: дикаря парализовало.

Я, задыхаясь, кое-как выполз из-под напряжённой неподвижной туши. В глазах уже мельтешили красные круги, я задыхался и готов был отдать душу Нечистому за глоток воды. Мои измученные товарищи выражали восторги сиплым карканьем, а потрясённые дикари напряжённо молчали, застыв живописными статуями. Я сделал несколько неуверенных шагов, обтирая жирные ладони об безнадёжно испорченные штаны: абориген оказался намазан скользким маслом от ушей до пяток. Я слышал, что профессиональные борцы перед схваткой мажут себя оливковым маслом, но в этих краях оливки не росли, да и пахло это масло совсем не так.

- Добей его,..- просипел Антиквар.

- Чего?- я вообще отказывался соображать хоть что-то.

- Добей его, идиот! Нам же поставили условие: бой до полной победы, я же тебе говорил – убей того, кого выставят! Добей, или нас всех убьют!!!

Я недоумённо перевёл взгляд на вождя – он ответил мне бесстрастным взглядом. Что за пакостная штука эта наша жизнь: когда-то на честном армейском состязании я безо всякого злого умысла убил одного мордоворота – и тамошняя публика была недовольна. Здесь я, наоборот, сохранил противнику жизнь, сделав ему временный паралич,- и опять не слава Богу.

Я, шатаясь, подошёл к поверженному. Боевой запал схлынул, я превратился в обычного человека, и убивать лежачего было выше моих сил. Да чтоб вас всех!!!...

Я взял выроненный вражеский нож, ухватил противника за волосы, набрал в грудь побольше воздуха, зарычал, как смог, и, разогнав себя до пика ожесточения, полоснул того по горлу, выпуская широкий веер горячей крови. Как будто свинью резал. Никакой чести, никакой совести – просто делал то, что требовалось.

Ну, кажется, совсем всё… Я отшвырнул злополучный окровавленный нож и демонстративно вырвал из мёртвого тела свою удачливую иголку: раз вы так, то я вам даже плевка паршивого своего не оставлю! Интересно: если их воин погибает от своего же оружия, то как это считается ему в смысле удачи?

Туземцы повели себя странно: их воины дружно подняли копья и принялись скандировать что-то вроде «Ай-я-я-я-я-ие, хох! Хох! Ай-я-я-я-я-ие, хох! Хох!», женщины тоже начали распевать что-то жалостливо-художественное, покачиваясь, словно берёзы на ветру, хотя и не плакали, и даже детишки прекратили свою озорную возню, поддавшись притягательному торжеству момента.

Вождь по-прежнему казался бесстрастным. Выдержав некую паузу, он сделал очередной жест рукой – и его воины, пришедшие первыми, бросились освобождать пленников. Мои друзья, одеревеневшие от долгих пут, кое-как поковыляли поздравлять меня с победой.

- Ты достойный воин, чужак!- местный «король» впервые обратился ко мне напрямую.- Ты победил моего самого лучшего бойца! Но у нашего народа в последнее время погибло очень много мужчин, и, раз ты убил самого лучшего, то тебе выпала великая честь: ты будешь жить среди моего народа до тех пор, пока не родишь двоих таких же великих воинов!

Я окончательно перестал понимать чего-либо и оглянулся на Антиквара: какого…?! Тот лишь пожал плечами:

- Да, он в своём законном праве… Возражать бесполезно! Извини, друг…

- А почему ты раньше мне этого не сказал?!!

- Да он мог попросить всё, что нам по силам, кроме нашей смерти! Откуда я мог знать, что ему в башку взбрендит?!

- И кто же будет моей женой?!- спросил я уже самого вождя с максимально возможной наглостью.- Я имею право выбора?!!

- Конечно!- местное величество сделал широкий, щедрый жест рукой в сторону толпы женщин и детей.- У нас много свободных красавиц, готовых с радостью возлечь с тобой! Выбирай любую из тех, кто пришёл сюда!

Уже знакомая мне красавица вновь одарила меня благосклонной малозубной улыбкой, выражая ещё большую готовность. Прямо-таки встрепенулась, в то время как остальные барышни несколько стушевались, при этом не в силах скрыть свою бабскую зависть к той, которая, по их мнению, имела неоспоримое преимущество.

- Я хочу ЕЁ!- завопил я, отчаянно тыча пальцем в красавицу, пришедшую последней.- ТОЛЬКО ЕЁ!!!

Как говорится, благолепное торжество оказалось несколько испорчено. Дикари реально впали в мистический ужас, от которого и нашим людям невольно поплохело. Вождь потемнел лицом, а нашего Антиквара едва кондрашка не хватила:

- Ты что, придурок!!! Это же ДОЧЬ ВОЖДЯ!!! Тебе тут баб мало, что ли?!!! Выбирай другую, быстро!!! Иначе нам всем яйца отрежут!

Но я уже впал в состояние ослиного упрямства и не мог более слушать голос холодного разума. Ужас длинных сисек реально застил мой разум, и я готов был умереть даже лютой смертью:

- Он сам сказал, что я могу выбрать любую из тех, кто пришёл сюда! Вот я её выбираю!!!

Вождь по-прежнему издавал зловещее молчание. Его охрана невольно подтянулась и покрепче ухватилась за копья, и то же самое проделали простые воины, напряжённо взиравшие в нашу сторону. Антиквар отчаянно глянул на него с выражением лица типа «Ну, и что взять с дурака? А мы тут не при чём! Нам дальше идти нужно! Да делай ты с ним, что хочешь!- только нас не трогай...»

Над вытоптанной поляной полилось мелодичное грудное воркование, под очарование которого впали все и сразу. Это заговорила та самая пришедшая последней девушка. Она что-то толковала своему авторитетному отцу, грустно качая изящной головкой, а тот, хоть и потерял бесстрастность, по-прежнему помалкивал.

- Будь ты проклят, поганый шмаркл!- вождь наконец-то вынес свой вердикт.- Но запомни: если придёт такой день, и ты ещё раз попадёшься мне в руки – я своими руками отрежу твой поганый язык - вместе с головой! Но сначала я тебе отрежу другое…

Странная семья

Моя новая семейная жизнь началась словно дивный сон. Собственно, весь медовый месяц я и провёл в бредовом сне,