Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Я думал.

Что я знаю о Первых? Они состоят из Источников Зла — смеси плоти монстров и системной энергии. Они уязвимы к чистой энергии Системы — поэтому не лезут в платиновые миры, где их тела распадаются. У них есть слабые места — те, которые были слабыми местами монстров, которых они использовали для сборки.

Но этот — древний. Он собирал себя тысячи лет. Возможно, десятки тысяч. Даже если не смотреть на разницу в чистой силе, то как воин он идеален. Он прожил больше меня во много раз. Если с «молодыми», ювенасами, разница в нашу пользу, с адултасами мы в какой-то степени равны, то с «сенексом» у меня нет никаких шансов в честном бою. Никаких.

Я не знаю, как именно равнять их очень длинные жизни к нашим, сколько событий и как медленно они их переживают, но даже если растянуть всё это на тысячи лет, то рано или поздно научишься сражаться просто со скуки.

И будешь настолько хорош в этом деле, что сможешь голыми руками отбивать удары из концентрированной ауры и видеть противника на три хода вперёд, получается. Всё же мы были похожи на Первых если не по составляющим, то по форме уж точно.

В моём противнике попросту нет слабых мест. Каждое из них он закрыл ещё тогда, когда мои предки только прибыли на Землю. Или ещё на миллион лет раньше — кто ж его знает…

Я сжал и разжал пальцы. Правая рука, которую он сломал, уже почти пришла в норму. Восстановление у мифрила работает быстро, практически мгновенно.

И тут я задумался, смотря на свою руку.

Он дерётся голыми руками, безоружный боец. Его руки и тело и так лучше любого меча.

Что, если мне сделать так же? Подстроиться под противника.

Я владею АРБ. Армейский рукопашный бой — это чуть ли не научный метод уничтожения противника. Показательного в нём ровным счётом ничего нет. Это жёсткая система, созданная лишь для одного: убивать противника максимально эффективно, используя при этом любые доступные средства. Меня учили ломать суставы, бить в уязвимые места, использовать вес и инерцию противника против него же самого.

Конечно, это не навыки Системы. Но навыки Системы сейчас бесполезны.

Может быть, есть нечто, что древняя тварь не учла? Посмотрим, сможет ли создание, пережившее тысячелетия, победить того, кто владеет обычным армейским рукопашным боем.

— Ты что-то придумал? — лениво спросил ка-Эрн, даже не поднимаясь с земли.

Вместо ответа я атаковал без оружия.

Я сократил дистанцию Перемещением, одновременно занося ногу для удара сверху вниз. И попытался впечатать ботинок ему прямиком в голову.

Он увернулся — конечно, увернулся, плавно отклонив голову назад, — но я не остановился. Я продолжил движение, заваливаясь, поднырнул под его блок и захватил его правую руку в рычаг. Локоть, плечо, ключица — тройной замок, который должен был вырвать конечность «с мясом», если надавить как следует.

Он дёрнулся — и я почувствовал, как его суставы трещат под моим давлением.

— Это… — начал он.

Я не дал ему договорить. Рывок — и его рука вывернулась под немыслимым углом. Торжествуя, я услышал, как что-то внутри щёлкнуло, и у него наконец-то отнялись очки здоровья. Сотня миллионов за раз…

Затем я вспомнил, что он всё же Первый, и отскочил от врага. Его рубашку распороли паучьи отростки, едва не пронзившие меня насквозь.

Он отшатнулся, впервые отступая. Глаза его сузились, и я видел, как ка-Эрн оценивает меня вновь. Затем отростки за его спиной… умерли. Сгнили прямо у меня на глазах и высохли, отвалились. Первый встал в какую-то странную стойку: ноги на ширине плеч, кулаки прижаты к поясу.

Я расценил это как призыв к бою. Что ж… Я приблизился к нему Перемещением вновь.

Обмен ударами: я метил костяшками пальцев по голове, целя в череп, и при этом ка-Эрн нанёс несколько мощных ударов мне в грудь, но в последний я резко вывернулся и утянул за собой его руку. Бросок через бедро с подсечкой — чистая техника, без грамма ауры. Он рухнул на землю, и я завалился следом, пытаясь зафиксировать его голову в удушающем. АРБ учит: не важно, насколько силён противник, если он не может двигаться, — он всё ещё опасен.

Я даже не успел выполнить захват. Он просто вывернулся. Как-то неестественно, ломая собственную анатомию, но вывернулся. И ударил меня в висок.

Удар вышел… впечатляющим. Защитник Пустоты отразил часть урона, но не весь. Я откатился в сторону, пропуская его следующий удар — ногой в живот, от которого воздух вышибло бы, если бы он мне был нужен.

Мы разошлись. Он вернулся в свою стойку, смотря на меня. Я — на ногах, с рассечённой бровью и гудящей головой.

— Ты первый, кто заставил меня почувствовать боль за последние… — он задумался, — я даже не помню сколько. Гордись собой.

Он улыбнулся.

Улыбка была неприятной. Оскал, скорее.

— За это я убью тебя быстро, — сказал ка-Эрн. — В благодарность.

Он больше не ждал. Он атаковал сам, как и я, используя Перемещение, чтобы сократить дистанцию.

Первый молниеносный удар пошёл мне в корпус — я блокировал предплечьем, приняв вес на кость. Боль прострелила до плеча. Второй — в голову, и я нырнул под него, как учили: на шаг ближе к врагу.

Я врезал ему в подбородок локтем и тут же добавил коленом в пах. Грязно, подло, эффективно. И да, Первые в этом плане не отличаются от людей. Он охнул и согнулся.

Мгновение. Вечность.

В течение которой я с полного маха ногой попытался прорубить ему лицо, вкладывая в этот удар характеристики и представляя, как мой удар проходит насквозь противника. Всё по учебнику.

Он остановил ладонью. Просто подставил руку, и мой удар погас, как о стену. Сколько же характеристик влил он?..

— Хватит, — сказал ка-Эрн.

И ударил.

Я не видел этого удара. Я только почувствовал, как мир переворачивается, а потом — удар спиной о землю. Потом ещё один, куда-то в район ягодиц, затем — о дерево.

АРБ недостаточно. Техники работают — но только если противник с тобой на равных. Первый в очередной раз напомнил… почему их называют Первыми. Он всё же древняя тварь.

— Развлечение закончилось, — сказал он, подходя ко мне