Владычица Авалона - Мэрион Зиммер Брэдли

Лодка ткнулась в илистый берег; монах остался сидеть на корме – глаза его были завязаны, – а лодочник прошлепал вброд по мелководью на сушу.

– Отец Фортунат! – воскликнула Вивиана. Ана одарила ее изумленным взглядом, но сейчас ей было не до расспросов.

– Цапля, почему ты привез сюда чужака без моего дозволения?

Голос Верховной жрицы хлестнул болотного жителя словно плетью: бедняга рухнул на колени и низко поклонился, уткнувшись лбом в грязь. Монах поворачивал голову туда-сюда, словно мог видеть ушами. Руки у него не были связаны, но убрать повязку с глаз он не пытался.

– Владычица, я привез его сюда, чтобы он замолвил за меня слово! Люди-волки… – Он потряс головой и умолк на полуслове, дрожа как осиновый лист.

– Это он про саксов, – пояснил Фортунат. – Саксы разграбили Линдинис и пришли сюда. Деревня Цапли, та, что на южном берегу озера, объята пламенем. Его соплеменники укрылись в нашем аббатстве, но если саксы нагрянут туда, а, по-видимому, так и выйдет, мы не сможем им противостоять.

Не вини этого человека, это я надумал поехать к тебе. Мы, монахи аббатства, готовы принять мученическую кончину во имя нашей веры, но ведь несправедливо, что гибнут невинные люди, в том числе женщины и малые дети! Мы пытались обратить их, но они упрямо держатся старых богов, не доверяя новым. Не вижу, какие силы могли бы защитить их, если не силы Авалона.

– Странный ты монах, если и впрямь в это веришь! – воскликнула Верховная жрица.

– Это тот самый отец Фортунат, который способен видеть фэйри и снискал их благоволение, – подсказала Вивиана.

Монах повернул голову в ее сторону и заулыбался:

– Так это ты, моя дева-фэйри? Рад узнать, что ты благополучно возвратилась домой.

– Я выслушала твою просьбу, но такие решения требуют обдумывания, – отозвалась Ана. – Тебе придется подождать, пока я созову совет и мы посовещаемся промеж себя. Пусть Цапля отвезет тебя обратно. Если мы решим прийти к вам на помощь, провожатые нам не понадобятся – мы дорогу и так знаем!

Жрицы совещались в зале собраний до глубокой ночи.

– Со времен Караузия Авалон остается сокрытым, – доказывала Елена. – Я слыхала, что до того Верховная жрица порою вмешивалась в события внешнего мира – и добром это не заканчивалось. Не думаю, что нам стоит менять правила, которые до сих пор были только во благо.

Один из друидов рьяно закивал.

– Верно, верно! И сдается мне, это страшное нападение лишний раз подтверждает, как мы были правы, отгородившись от мира.

– А саксы, между прочим, язычники, – напомнил Нектан. – Они, пожалуй, окажут нам добрую услугу – очистят страну от христиан, которые обзывают нашу Богиню демонессой и всех нас готовы изничтожить как дьяволопоклонников!

– Так они ж не только христиан убивают! – возразила Юлия. – Если они перережут всех болотных жителей, кто станет переправлять нас на лодках туда и обратно, когда нам понадобится побывать во внешнем мире?

– Стыд нам и позор, если мы бросим в беде тех, кто верой-правдой служил нам столько лет, – вмешался один из друидов помоложе.

– Да и христиане аббатства совсем не такие, – робко вмешалась Мандуя. – Разве сама матушка Кейлин не привечала основателя их обители?

– Так когда же нам и пустить в ход нашу силу, если не сейчас? – вопросил молодой друид. – Зачем вообще постигать магию, если не для того, чтобы прибегнуть к ней в час нужды?

– Нам должно дожидаться Избавителя, обещанного богами, – промолвила Елена. – Он возьмет в руки Меч и прогонит этих разбойников с нашей земли!

– Да родится он поскорее! – выдохнула Мандуя.

Спорщики униматься и не думали. Вивиана, не в силах долее сдерживать раздражения, вышла из зала. Отец Фортунат просто пожелал ей добра, но так вот просто взять и вычеркнуть его из памяти девушка не могла. Если среди христиан есть и такие, уж верно, не все они фанатики! Кроме того, Вивиана знала, что Авалон и Инис Витрин до сих пор связаны друг с другом. Жрицы могут сколько угодно бахвалиться, что Авалон-де неуязвим, но если Инис Витрин уничтожить, как это скажется на Авалоне?

Вивиана шла, не разбирая дороги, но ноги сами вывели ее к святилищу, где хранились Сокровища. В последние дни это с нею случалось то и дело. Как Хранительница она имела право приходить и уходить по желанию своему, и стоявший на страже друид посторонился, пропуская ее внутрь.

«Зачем тут вообще выставлять стражу?» – дивилась она про себя, глядя, как призрачное мерцание силы струится сквозь полотно, прикрывающее святыни. Да, она воспользовалась Граалем, чтобы благословить землю, но Авалон и без того свят. Это внешний мир нуждается в благословении. Никто не брал в руки этот Меч со времен Гавена; а когда в последний раз использовалось Блюдо или Копье, Вивиана и вовсе не знала. Для кого их сберегают-то?

Словно почувствовав ее мысли, Грааль засиял ярче. «Он хочет этого, – потрясенно подумала Вивиана. – Он хочет проявить себя в мире!»

Девушка напрягла память, вспоминая последние несколько дней. Хотя за несколько недель до равноденствия обрядовые ограничения смягчались, Вивиана уже привыкла к воздержанности в еде, а из-за сегодняшней суматохи ни крошки в рот не брала с полудня. Вдохнув поглубже, она шагнула к Граалю.

– Что ты делаешь? – В дверном проеме стоял Талиесин; в глазах его читался страх. – Ты же не готовилась, не проводилось никакой церемонии…

– Что до́лжно. Вы все никак не придете к согласию, но я вижу только крайнюю нужду – и чувствую, что Грааль желает ответить. Ты станешь отрицать, что я в своем праве?

– Ты в своем праве. Ты – Хранительница, – неохотно подтвердил Талиесин. – Но если ты неверно поняла его волю, Грааль испепелит тебя…

– Я подвергаю опасности свою собственную жизнь, и здесь я тоже в своем праве… – мягко произнесла она. Лицо барда преобразилось на глазах: черты человека несовершенного, способного ошибаться, преисполнились нового величия – как это прежде случалось во время священных ритуалов и в некоторые иные часы.

– Как ты попадешь на остров внешнего мира?

– Если судьбе угодно, чтобы я туда отправилась, уж верно, Грааль обладает силой указать мне путь.

Талиесин склонил голову.

– Все так. Ступай к источнику, обойди его трижды, думая о том месте, куда тебе хотелось бы попасть, и, когда дойдешь до конца третьего круга, окажешься там. Я не могу запретить тебе, но я отправлюсь за тобой следом, если позволишь, чтобы присмотреть за тобой…

Вивиана кивнула; а в следующий миг торжествующее ликование вытеснило все повседневные мысли: девушка взяла в руки Грааль.

Талиесин понимал, что Силы Авалона сохранили свои тайны,