Позывной "Аббадон" - Екатерина Воробьева

- Ты еще не поняла? - Люси бережно убрала непослушную прядку с лица Джин ей за ухо - Ты не выберешься отсюда. Не сможешь спастись. И он не придет за тобой. Не сможет спасти.

Джин интуитивно потянулась к связующей нити. Чувствовала ее, но не могла за нее дернуть, словно та находилась за невидимой стеной. Браслеты блокировали любую магию, даже ту, которая соединяла ее с Тедди.

- Майор Грин, отойди от нее.

Из темного коридора, который служил входом в эту загадочную пещеру, донесся печально-знакомый голос.

- Поздравляю с повышением. - процедила Джин - С недолгим.

Видимо, что-то опасное в этот момент проскользнуло в глазах Джин, что Люси, поменявшись в лице, поспешила убраться от нее подальше.

- Ну вот ты и попалась. Много же ты мне нерв потрепала. И не только за последние месяцы. Наконец ты сдохнешь.

- А я-то и думаю, кто ж так отчаянно желает моей смерти. - Джин выпрямилась на своем троне и вальяжно закинула ногу на ногу - А это мой любимый начальник.

Стоя перед ней и сверля Джин своими бесцветными, выгоревшими глазами Пансек был весьма неудовлетворен ее безмятежным видом. Он хотел, просто жаждал вогнать наконец ее в панику, заставить захлебываться рыданиями и мольбами о прощении и страхом. Но маленькая дрянь никогда не играла по его правилам, и это жутко бесило генерала.

- Целью был восьмой дар. И ты его наконец получила. Но теперь ты умрешь по-настоящему, в самый последний раз.

- Да ну?! - оскалилась Джин - Давай поспорим, что не умру. А вот ты, Пончик, отсюда сегодня живым точно не выберешься.

- Я Пансек! – и, размахнувшись, генерал ударил Джин тыльной стороной ладони по лицу.

Кончиком языка Джин потрогала уголок губ и разочарованно скривилась.

- Фу, даже не до крови. Пончик, даже рекруты бьют сильнее, чем ты.

Закрыв глаза, Пансек сделал несколько глубоких вдохов, успокаивая себя.

- С самого детства ты доставляла мне одни проблемы. Но наконец ты сегодня сдохнешь. Наконец послужишь хоть какой-то цели. И если ты думаешь, что твой любовничек придет и в очередной раз спасет тебя, развею твою иллюзию. - мясистые губы Пансека изогнулись в мстительной, мерзкой улыбке - Он не придет. Не сможет найти тебя здесь.

- А кстати, где я? - невозмутимо спросила Джин.

- В ритуальной пещере, под замком. Так глубоко под землей, что ни один навигатор тебя не сможет найти.

- О-о-о! - понимающе протянула Джин и наконец огляделась вокруг.

Темное помещение каменной пещеры освещали лишь факелы и свечи в кованых подсвечниках. Напротив нее стояли два точно таких же каменных трона, на котором сидела Джин. Они стояли друг напротив друга, формируя ровный треугольник. А посередине этого треугольника стоял мраморный алтарь.

Пол пещеры был испещрен какими-то непонятными символами и линиями, соединяющими три трона друг с другом и все три трона с алтарем.

- Признавайся, Пончик, ты построил все это для меня? Это так мило. – Джин растянула губы в приторной улыбке.

Генерал недовольно засопел.

- Твое раздутое самомнение всегда бесило меня.

Он стоял, над ней возвышаясь, чувствуя свое превосходство и силу. Он явно наслаждался ее беззащитностью и слабостью.

- Это было построено не для тебя. Есть еще вопросы? - спросил он с надменной рожей.

- Есть. Один. - Джин сделала сосредоточенное и серьезное лицо - Когда дрочишь, что бормочешь?

И вот тут Пансек не сдержался. Он ударил ее по другой, правой щеке, затем вновь по левой. Размахнувшись, ударил ногой в живот, от чего весь воздух из легких тут же покинул грудную клетку Джин.

Напуганная Люси забилась в самый дальний угол, наблюдая за откровенным избиением.

Пансек бил ее с превеликимим удовольствием. Выбивал из нее мольбы о прощении, слезы, хоть какой-то звук. Но упрямая девчонка молчала и терпела.

- Пансек, хватит!

Громкий, властный и, жесткий голос заставил запыхавшегося Пансека остановиться.

Джин воспользовалась ситуацией и набрав во рту побольше слюны с кровью, как следует плюнула в генерала, запачкав тем самым ему не только лицо, но и китель с медальками.

- Ах ты сука! - он вновь бросился на нее.

- Пансек! Довольно!!!

Такого свирепого голоса она у него давненько не слышала.

Салазар шел медленно, тяжело опираясь на трость. Все его тело визжало от боли и спазмов, это было видно даже невооруженным взглядом.

За ним следом в пещеру вошли солдаты, волоча еще двух людей. На их головах были надеты мешки, поэтому Джин не могла распознать, кто это. Единственное, что она могла понять, что один был парнем, довольно худым и низким. А у другой пленник обладал женским силуэтом. Плавные, женственные изгибы были видны даже через довольно объемный, мешковатый спортивный костюм.

Их так же, как и Джин, усадили на каменные троны и приковали цепями к браслетам, сдерживающим магию.

- Здравствуй, сестра.

Салазар подошел вплотную. Его лицо было ужасным. Правый глаз сполз вниз. Кожа на щеках стала дряблой и обвисла. Губы асимметрично искривлены. Создавалось такое впечатление, что его лицо подобно воску оплавилось и поплыло. Мерзкое зрелище в сочетании с его рубцами и язвами. Если бы Джин не знала, никогда бы не распознала в этом уродливом существе своего брата.

Взглянув на избитую сестру, Салазар послал Пансеку свирепый взгляд. Тот, проигнорировав немое предупреждение короля, бросил на Джин ненавистный взгляд и отошел, переключив все свое внимание на других пленников.

Джин насторожилась, увидев среди солдат до боли знакомые лица.

Доктор Марвин Николсон - полноватый, не высокий мужчина с пышными усами и довольно большой залысиной, всегда напоминал Джин моржа. Добродушный, славный мужчина возглавлял Медицинский центр. Что-то бурча и недовольно дуя в пышные усы, суетился возле парня, закованного в кандалы, и о чем-то спорил с солдатами.

Профессор Говард Кайд. Все такой же надменный, с жесткими, резкими чертами лица, стоял за спиной у девушки и хмуро посматривал на Джин. Но стоило их взглядам встретиться, как он тут же отвел глаза.

- Прежде чем ты начнешь задавать вопросы и обвинять меня во всех грехах, я скажу, что мне очень жаль, что тем, кто обрел силу ассасина, оказалась ты.

Джин метнула на брата ненавистный взгляд.

- Так это ты открыл на меня охоту?! - она горько хмыкнула от досады - Я должна была догадаться.

- На тебя охота была номинальной, как запасной вариант. Весь упор делался на Шакса. - со страдальческим выражением