Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

— Ваше покаяние меня вообще не интересует, — заметил Марк. — Мне нужны сведения о том, с кем вывели переговоры о продаже девушек, а также детали этих сделок.

— Я не собираюсь отвечать вам, — буркнула она обижено.

— Я предвидел это, — удовлетворённо кивнул он. — У меня достаточно оснований для допроса с пристрастием.

— Вы станете пытать даму? — возмутилась она.

— Я стараюсь избегать подобных мер с женщинами, но если вы не оставляете мне другого выхода, то да. Что же до дамы, то я вас таковой не считаю. Вы преступница, занимавшаяся мошенничеством, сводничеством и торговлей людьми. Подобное поведение несовместимо с образом благородной особы. Я даю вам последний шанс.

— Я не стану ничего говорить! — зло воскликнула она, и Марк, взглянув на замершего в ожидании Эдгара, кивнул.

Барон де Кларен

Он возвращался домой усталым и раздражённым. И злым. Он злился и на себя, упрекая в том, что не смог сам разговорить эту чертовку, и на неё, из-за того, что пришлось вытягивать из неё каждое слово клещами, причём часто в прямом смысле. Но, так или иначе, он узнал всё, что хотел. У него были теперь все необходимые доказательства для того, чтоб передать дело шайки Малье в королевский суд. Однако это его не радовало. Он не ощущал привычного подъёма от того, что быстро и успешно завершил сложное и важное дело. Это было ему несвойственно, и, немного поразмышляв над этой странностью, он, кажется, понял, почему не может считать это дело завершённым. Он узнал, куда и кому увезли похищенных девушек, но ничего не мог предпринять для их спасения.

К счастью, три из шести заказчиков имели вполне честные намерения, а именно хотели получить красивую и благовоспитанную невесту. Именно к таким отвезли Анжелину Куапель, Лидию де Фернель и Летицию де Жерард. Оставалось лишь надеяться, что эти женихи окажутся достойными своих невольных невест. Впрочем, барон де Жерард не собирался мириться с подобным положением и намеревался отправиться на поиски дочери, причём прихватив с собой ближних рыцарей и дружину. Отец вероломной подруги барон де Леран, стремясь загладить вину дочери, обещал присоединиться к этому походу со своим отрядом. Виконт де Вермон, узнав, что его любимая дочь жива и была похищена каким-то провинциальным бароном, вознамерился и вовсе взять его замок на приступ, повесить самого де Форти на воротах и обратить его владения в свою собственность. Войско у него для этой цели было вполне подходящим. Марк не стал отговаривать разъярённых отцов от военного решения этих проблем, сочтя, что они действуют в своём праве.

Меньше всего повезло Симоне де Сурен. Она попала в руки барона де Леже, который был известен дурным нравом, постоянными стычками с соседями и тем, что уже не раз воровал девиц у тех, кто не мог с ним совладать. Однако и она не оказалась покинутой в столь тяжёлой ситуацией. Леопольд де Бертье явил искреннюю любовь и преданность своей невесте и, несмотря на увещевания матушки, наотрез отказался расторгать помолвку. Он собирался собрать своих близких родичей и друзей и отправиться на помощь возлюбленной. А, учитывая, что всё это были опытные воины, побывавшие на войне, у них был неплохой шанс отбить девушку у негодяя и покарать его самого.

Таким образом, оставалось только ждать, чем закончится эта история для пяти похищенных красавиц. Подумав так, он понял, что его недовольство кроется и не в этом, а потом, наконец, вспомнил, что до сих пор не нашёл сбежавшего барона де Кларена. Да к тому же Марион Отфор, признавшая, что заключила сделку о продаже Ортанс с баронессой де Рокруа, категорически отрицала, что имела какие-либо разговоры об этом с самим бароном. Да, Луиза де Рокруа обмолвилась, что страстно влюблена в де Кларена, ей не хочется уступать его падчерице даже на краткий срок, она ревнует, но готова смириться ради получения выгоды в дальнейшем. Однако она ушла от прямого ответа об их отношениях, да к тому же в разговорах ни разу не упомянула о том, что ему хоть что-то известно о её замыслах. И хотя Отфор была уверена, что де Кларен если не стоял за этим, то знал о происходящем, это было лишь её предположением.

Вернувшись домой, Марк задумчиво взглянул на стоявшего на вытяжку управляющего и снял перевязь с мечом.

— Ваше сиятельство, — бодро заговорил господин Компен, — ваша супруга сегодня приглашена во дворец на благотворительный ужин попечительского совета заведений для сирот. Господин Валентин выезжал прокатиться на своём пони в сопровождении господ де Рошетта и Гертена, и теперь отдыхает. Господин Арман чувствует себя хорошо. Он кушал с аппетитом, гулял с няней в садике, играл, а теперь уже спит в своей кроватке. Заходил господин Шарбо и принёс приглашение на обед к маркизу де Лианкуру. Вам надлежит явиться туда вместе с супругой и сыновьями…

— Понятно, — проворчал Марк, — дед только вернулся в город и сразу же начал распоряжаться, кому и что надлежит сделать.

— А вас ожидает господин Хуан, — не решившись как-то комментировать его слова, поспешно сообщил Компен. — Он в маленькой гостиной и уже велел подать туда ужин на двоих, — немного помолчав, управляющий пожаловался: — Он ведёт себя в доме, как хозяин.

— Просто ему известен принцип: «Наглость — второе счастье», — пробормотал Марк, направляясь к лестнице. — И он им руководствуется.

Джин Хо в это время лежал на шкуре у камина, уткнув чёрный лисий нос в пушистый хвост. Услышав, как открывается дверь, он потянулся и встал, весело глядя на друга бирюзовыми глазами, после чего поднялся на задние лапы и начал увеличиваться в размерах, постепенно превращаясь в господина Хуана. Энергично подвигав плечами, он устремился к столу.

— Я тебя заждался, — заметил он. — Думал, что ты вообще не придёшь. Модестайн сказал, что последние дни ты приходишь за полночь и уходишь рано утром, что ты стал немногословен, деловит и довольно мрачен. Что случилось? Я знаю, что вы поймали ту шайку. Ю Нин уже всем рассказала, как избила того громилу, который убивал девушек. Она не преувеличивает?

— Нет, — Марк устало опустился на стул