Фантастика 2025-57 - Елена Артемова

Без такой поддержки — я всего-навсего одинокий беженец по моей легенде из той же Империи, которому приговор может огласить любой начальник небольшого воинского отряда, попавшегося по дороге.

Или первый попавшийся дворянин, решивший проявить любопытство.

Ну, огласить может конечно, а вот настоять на его исполнении в здравом уме и твердой памяти — это уже большой вопрос, как оно получится.

Только на сколько человек хватит моей ЭНЕРГИИ, чтобы поступать с ними как с Хобом?

Один — значит беззащитен против любого удара сзади и первого лихого человечка за спиной.

Зайти в меню Системы я пока опасаюсь, придется глаза зажмуривать и оказаться полностью без защиты, не видя в этот момент сознания соседей за столом. Да и подозрительно это будет выглядеть, вдруг кинет любой из наемников мне нож в горло и все, прощайся с жизнью храбрый победитель чудовищного горбуна Хоба.

— Желательно как-то подтолкнуть наемников на то, чтобы отправиться со мной подальше отсюда — это главное в моем предложении для них. Здесь у них репутация, по их же словам, непоправимо испорчена. Королевство вроде как совсем небольшое, значит придется уезжать из него, про появление таких товарищей в любом месте быстро узнают и пришлют карательный отряд местные феодалы, а то и сам король, — я продолжаю работать челюстями, радуясь нормальной еде и человеческому обществу.

— Давайте поговорим, как жить дальше, — предлагаю я, когда хобова брага закончилась, а мужики немного повеселели.

Лучницы, кстати, Ксита и Фиола, к ней не притронулись и даже смотрят на пьющих товарищей без особого восторга. Не осуждают мужиков конечно, не тот у них в коллективе статус, только я-то со своим умением ощущать эмоции вижу, что не нравится лучницам дурно пахнущий и вонючий напиток.

Понятно, что этой же брагой на них мужики потом дышать будут, когда захотят развеяться с подругами после обеда.

— Давай, Андер. Расскажи нам, как очутился здесь и как ты смог пройти через Дикое поле? Или ты только краем прошел его, если из Вольных баронств бежал? — начинает основательный Терек.

Ага, намекает, что если я беглый крестьянин, то это не такая проблема теперь, когда я оказался в густом лесу на стоянке разбойников, грабителей караванов. Ну точно это тут самое малое прегрешение среди всех остальных.

Только выпорют кнутом и отправят на рудники кайлом стучать при возможной поимке, тогда как остальных минимум виселица ждет, а то и того что похуже.

Остальные с интересом смотрят на меня и готовы слушать.

— Нет, в Вольных баронствах никогда не был. Прошел пол Дикого поля я сам один, уходя от погони. В плен там едва не попал, около второй крепости по течению, Теронил называется. Зверолюды начали свое наступление на людские земли, а я по делам там оказался, на том берегу Станы. Сопровождал своего хозяина, он по торговым делам приехал, там и остался. Когда нелюди на своих зубастых лошадках окружили ночью поселение, его сразу убили, потому что он на воина был похож и мечом размахивал. Ну, я раскидал зверолюдов вокруг себя и убежал в темноте. Сам то я не воин и не землепашец, больше по борьбе мастер, — я уже решил использовать свои школьные навыки борца в качестве объяснения того, чем я своего занимался в Империи.

Пяток приемов помню, больше пока мне и не потребуется.

Под воина косить нет смысла, ничего я с оружием не умею, на крестьянина или мастерового я не похож. Электриком тоже не представишься так сразу, пока электричество не изобретено, поэтому буду для начала профессиональным борцом. С какими-никакими навыками вольника и моей теперь невероятной силой я легко закину любого соперника куда угодно.

— Вернуться обратно к реке не смог, сплошные караваны зверолюдов шли в том направлении. Я спрятался в какой-то яме целый день и смог все рассмотреть, сколько племен за один день прошло мимо меня в набег. Ушел с дороги подальше и шел в сторону Вольных баронств или вашего королевства. Деваться все равно было некуда, обратно в свои земли мне оказалось никак уже не пройти. Только с веревкой на шее такое возможно в тот момент оказалось. Убил камнем одного возницу-нелюдя на подводе, забрал его воду и оружие, лепешки еще эти сраные. Так и выживал, пока не нарвался на посыльного на козле. Того тоже заколол копьем, скотину заставил себя слушаться безжалостно отлупив до полусмерти, и пошел с ней в поводу к лесу, — замолкаю я, давая оценить мой рассказ зрителям.

— Повезло тебе сильно, что от второй крепости до леса добрался и волки тебя с конем не схарчили.

— А, волки тоже были на моем пути. Заколол троих, двое убежали сами, — как бы только теперь вспоминаю я случившееся по пути.

— Теперь вы расскажите, как попали в разбойники и почему сидите здесь, в этом лесу, столько времени?

Вздохнув, рассказ начинает Вертун, медленно и подробно объясняя мне, как неудача при защите монастыря и бегство от явно превосходящих сил противника ради спасения своей жизни привело их понемногу по ту сторону закона:

— Все одно за другое цеплялось, плюс еще подлость графская. Монастырь когда уже взяли, мы девок схватили к себе на седла, которые поумнее оказались и погибать страшной смертью тоже не захотели. Оказались сами беглецами от присяги, а вскоре и граф Апольчивер сразу же заплатил отступное за монастырь, договорился с церковью полюбовно, потом объявил розыск на нас. И церковь тоже объявила за то, что не погибли мы в захваченном монастыре, как должны были, а теперь оказались видевшими все, что там творилось. За такие преступления графа должны были отлучить от церкви, а оказались виноватыми только мы. Больно уж мы много его воинов порубали в схватках на стенах — этого всесильный граф не забыл, обещает нас лично на колесо отправить.

— То есть очень странно получается! Церковь розыск объявила, потому что плохо воевали, а граф Апольчивер за то, что слишком хорошо? — смеюсь я, понимая суть дела. — То есть вы теперь нежелательные свидетели его преступлений и сговора с церковью, поэтому только сидение тихо в лесу вас спасает?

— Да, так все и вышло. Сначала каких-то его любимцев убили в свите сына и одного из сыновей тоже потом. Ну еще и в Жофере побуянили