Фантастика 2026-64 - Антон Романович Агафонов

Через силу я начал разминку, приседания, махи руками и ногами. Когда попытался отжаться от пола, неожиданно понял, что нагрузка воспринимается моим измученным организмом весьма положительно. Минут сорок я истязал себя, где-то там на периферии у входа видел стоящих людей. Это отмечались Мелехов, Евсей, Варька и Лотта. А когда я почувствовал себя настолько лучше, что решил ополоснуться, Евсей тут же притащил с кухни полный жбан тёплой воды. Мне помогли сполоснуться и я почувствовал себя на седьмом небе. Сразу захотел есть, настолько сильно, что я даже плотоядно посмотрел на Варвару.

— Что, барин? Почему Вы так на меня смотрите?

— Да вот думаю. Что если через пять минут мне не дадут поесть, то я стану грызть твои худосочные конечности.

Варька радостно пискнула и унеслась организовывать мне обед. Или уже ужин.

Чуть переждав, я полный сил направился к себе. Евсей потащил выливать воду, Мелехов тоже куда-то испарился. Только Лотта провожает меня в мою опочивальню. Я же до сих пор красуюсь в исподнем.

За последнее время Лотта прилично подтянула русский язык и с ней уже вполне можно общаться. Что не поняла, догадалась по жестикуляции. Женщина нашла то занятие, что её интересует. Она часами пропадает на кухне, помогая Дарье. Ну я и решил оставить всё как есть. А ещё она помогает Варе и вроде последняя перестала видеть в Лотте конкурента. Та ни в коем случае не претендовала на должность старшей служанки. Мне даже показалось, что они начали частенько шушукаться, общаясь друг с другом.

Вот и сейчас шведка подала мне чистую рубаху. Как же хорошо после мытья в свежем белье.

Чёрт, опять это жжение. Оно началось как лёгкая изжога, но быстро принимает форму знакомого уже выплеска маны.

Господи, что опять тащиться вниз и истязать себя упражнениями. Рядом стоит Лотта и страдальчески смотрит на меня. Она всеми фибрами души рада бы помочь, но не знает как.

Не знаю, почему я так сделал, но мне в тот момент показалось так будет правильно. Я подхватил женщину на руки, та испуганно взвизгнула, но не сделала попытки освободится. И в таком дурацком положении я начал приседать. Вроде сразу становится легче. Даже кажется, что кончики пальцев жжёт исходящая изнутри сила.

Лотта успокоилась и, по-моему, ей даже стало нравиться. Вцепилась обеими руками в мою шею, в широко распахнутых глазах детский восторг. Минут через десять таких упражнений я бурно задышал, но вытягивающее нутро жжение прошло. И только сейчас я обратил внимание на приятную тяжесть в моих руках. В один момент из груза для физических упражнений она превратилась в приятную во всех отношениях женщину. Так ладно устроилась на моих руках. Щекой прислонилась к моей груди, будто слушает дыхание. Я непроизвольно уткнулся носом в её шею и с удовольствием вдохнул запах чистого и здорового женского тела.

Мои руки разжались и Лотта сползла по мне на пол, встав на ноги. При этом она продолжает обнимать меня за шею. Голубые глаза смотрят на меня вопросительно и в них таится некая женская мудрость. Будто она знает нечто-такое, что мне знать не дано.

Я чуть пригнул голову и коснулся губами её рта. И воспользовавшись тем, что он чуть приоткрыт, впился в него.

Надо заметить, что в это время не целуются так, как принято в 21 веке. Поцелуй руки или в щёчку — это скорее носило ритуальный характер. В губы целовались тайно, обычно это был быстрый поцелуй на прощание, как обещание или признание факта. Он был коротким и чистым. Мог сопровождаться вздохами, касанием щеки, волос и прочего. Но интимный, долгий и глубокий поцелуй с языком, который назовут французским, будет изобретён позже и обществом считался низменным и запретным.

Но меня сейчас такие мелочи не волновали. Мне требовался выход энергии и я прижимаю к себе волнительно чудесную девушку. Причём дело явно выходит за рамки приличия. Просто когда Лотта сползала по мне, то её юбка задралась, а мои шаловливые ручки уже во всю гладят её попку. Я не знаю, не интересовался как-то о её интимной жизни с супругом. Но она далеко не невинная девушка и чётко осознаёт происходящее.

Дальше я действовал как в тумане. Жадно целуя Лотту, срывал с неё одежды и рыча как дикий зверь потащил к кровати.

Глава 4

Откинувшись в сторону, с наслаждением раскинул руки. Да, это было прекрасно. Секс с опытной женщиной помог мне забыть о своей проблеме. Я читал, что интенсивный продолжительный секс заменяет любые тяжёлые физические нагрузки по количеству сожжённых калорий.

А мы с Лоттой дали жару. Полночи метались по кровати, смотав простынь и одеяла в горячий мокрый моток. Меняя позы и интенсивность движений я выложился весь до последней капли. Зато сейчас нет ни малейшего намёка на жжение в груди.

Время пять часов утра, я услышал, как в дверь заскреблись.

— Варечка, умница ты моя, чтобы я без тебя делал, — девчонка боязливо заглянула в комнату, увидела этот бедлам и лежащую рядом без сил подругу. Потом осмотрела мою физиономию с впавшими, но горящими глазами и всклокоченными волосами.

— Барин, так я несу ужин?

Не знаю уместен ли ужин в полшестого утра, но по объёму это точно не завтрак. Мы с Лоттой сели за столик у окна и принялись насыщаться, запивая еду разбавленным вином.

Я не знаю, кто побеспокоился, неужели Дарья встала ночью чтобы накормить страдающего хозяина, но на столе стоят следующие блюда:

— Студень из поросёнка с хреном.

— Жаренная дичь в холодном виде.

— Расстегай из рыбы.

— Домашний твёрдый сыр.

— Квашенная капуста, огурчики, грибочки.

— Ломти ржаного хлеба и нарезанный каравай из белой пшеничной муки.

Ну и охлаждённое крымское вино помогало нам смириться с таким объёмом.

Я не помню когда Лотта ушла, меня просто срубило. Вот только что гладил себя по наполненному животу и вдруг здравствуй моя мягкая подушка.

Проснулся часам к трём. Уже и обед прошёл, вкушал в обеденной зале вкуснейший супчик в полном одиночестве. Моя Дарья расстаралась, сварила наваристый рассольник с почками. Острое, солоноватое блюдо помогло мне ожить.

— Дарьюшка, спасибо тебе. Не дала помереть от лютого голода, — женщина с улыбкой посмотрела на мою лоснящуюся довольную физиономию и улыбнулась.

— Да на здоровьечко, Константин Павлович.

Сегодня меня всё радует. На радостях прижал Варьку, та