Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

Именно они всегда вгрызались в ряды дикарей и разбойников, выкашивая врагов своими двуручными мечами и палицами. Круша все, до чего дотягивались, они расчищали дорогу для тяжелого дварфийского хирда. Увешанные броней, закрытые щитами и ощетинившиеся копьями эти ребята шли, как таран, оставляя после себя только трупы. Нам оставалось лишь прикрывать их стрелами от магов да лучников.

Но углубляясь в чащобу, мы все чаще сталкивались с отрядами ящеров. В трясине броня — это смерть. Никто не вытащит воина, провалившегося в полном доспехе. Ни одна кочка или островок не могут быть достаточно надежны. Когда огромного тяглового хряка затянуло в пучину за несколько секунд, мы поняли — просто это приключение не дастся. Но тогда мы еще были слишком самоуверенны. Слишком горды и опьянены предыдущими победами.

Сбив плоты и выдолбив лодки из подручных материалов, мы решились продолжить путешествие. Путь был долог и тяжел. Насекомые, пиявки и звери, казалось, что все живое обернулось против нас. Обитатели болот устраивали постоянные засады, надеясь уничтожить нас еще до того, как мы прибудем к храму. Если бы не мои противоядия и микстуры сгинули бы от яда и отравы. Но ты же знаешь дварфов, если они наметили себе цель, их не остановит даже каменная метровая стена. Если надо они ее голым лбом прошибут. Кажется, при воспитании мы перестарались, и ты перенял эту черту у Джона.

По дороге мы потеряли всех вьючных животных, повозку, троих бойцов из-за неосторожности. Спать и есть приходилось прямо в доспехах, от чего усталость только еще больше давила на плечи. С гордостью могу сказать, что, если бы не наш эльфийский опыт и точный глаз, там бы большая часть и погибла, не добравшись до города ящеров. Но спустя пару недель мы все же снова оказались на более-менее твердой земле. У деревянных стен городища.

Тут уже настала очередь показывать чудеса изобретательности Грейстилам. Дварфы буквально из палок и деревянных скоб сумели соорудить простенькие осадные орудия. С каким ужасом смотрели ящеры на торфяные бомбы, которые делались прямо из земли, на которой они жили. До сих пор помню их ужас и истошные крики. Когда весь небольшой деревянный городок был окутан черным вонючим дымом, мы ринулись на штурм. Каково же было наше удивление, когда мы не встретили никакого сопротивления. Поселение было пусто. Ни одного живого.

«Что-то мне это напоминает», — хмыкнула призрак, — «теперь хотя бы понятно, что ты не сам по себе такой изобретательный, кое-чему тебя все же научили родители».

Мы решили, что ящеры сбежали из городка на болота. Об этом говорили многочисленные следы и открытые створки ворот с другой стороны. Как же мы ошибались, — она тяжело вздохнула, потирая руку, на которой до сих пор оставался отполированный годами шрам, — когда отряд подошел к каменной пирамиде храма нас встретили градом из дротиков и стрел. Пусть они и были почти первобытными, но обожженное дерево менее острым от этого не становится.

К счастью, мы были в доспехах, и Джон прикрыл меня, позволив перевязать рану. Через несколько минут шквал снарядов прекратился. За это короткое время мы потеряли половину всего отряда. Орки, впав в ярость, сумели добраться до прохода и даже дали нам время на перегруппировку, но заплатили за это своими жизнями. Щиты людей оказались недостаточно прочны. Один из собратьев, пытавшихся убить вражеского шамана, сам стал жертвой удачно брошенного копья.

Но дварфы… Они встали, плечо к плечу. Так, словно ничего не случилось. И пошли вперед, напевая свое вечное хоу-хей-копьем-бей. Они смяли последнее сопротивление ящеров, загнали их внутрь храма. Как нам тогда казалось — сломили последнее сопротивление. Пусть победа далась не легко, но мы собирались идти до конца. Освещая себе путь в глубины пирамиды факелами и перестроившись так, чтобы впереди шло по крайней мере двое разведчиков, мы начали спускаться в древнее святилище.

Глава 8

— Стоило нам войти в пирамиду, — продолжила, чуть отдохнув, Наоми, — как со стен на нас начали смотреть жуткие рисунки жертвоприношений и пылающего ока. К богу Света, отгоняющему тьму, они даже близко не имели никакого отношения. Единственное, что было общего — светящиеся крылья у предвестников.

Когда она сказала об этом с таким воодушевлением, я едва сумел сдержать дрожь. Крылья. Светящиеся. Ага, сейчас. Нет, они и правда росли за спиной, и в самом деле светились. Может с их помощью и летать можно было — не знаю. Но одно точно — это были щупальца. Мерзкие белые щупальца, оставшиеся после саркофага. Сильные и прочные. Достаточные, чтобы отразить удар меча и пробить тяжелый латный доспех, пусть и из дрянного металла.

Мне довелось видеть их в действии, когда Святогор всего за несколько секунд расправился с последними ящерами, населявшими нижний уровень. Двумя десятками сильных, мощных, выносливых, одетых в броню и прилично вооруженных сынов и дочерей прошлого короля-дракона. Которые нам бы доставили массу проблем. А он просто прошел сквозь них, не останавливаясь. Даже рукой не пошевелил — все сделали светящиеся отростки, торчащие из спины.

«Хана, а у вас в поклонении богу Света его изображали как солнце?»

«Как всевидящее око», — не задумываясь, ответила девушка, — «в нашем понимании бог света был всеведущ, но добр только к тем, кто его умаслит. Не знаю, как в их сознании он умудрился превратиться в добренького и дающего всем, кто попросит, словно гулящая девка».

«Можно подумать, что лучше блудница за деньги отдающаяся», — хмыкнул я, но призрак лишь пожала плечами.

«Я его в любом виде недолюбливаю. Он должен был спасти нас от демонов, а вместо этого спокойно почивал в храме. Но знаки, которые твоя мать описывает, похожие. Сомнений быть не может — это он, храм Святогора».

— Мы спускались все дальше, — рассказывала Голдофирель, — постоянно обороняясь и ожидая атаки со всех сторон. Но даже это не спасало от засад и ловушек. Десятки проходов, почти одинаковые рисунки и орнаменты, украшающие стены. Обманчива оказалась даже кривизна пола. Когда нам казалось, что мы идем вверх в конце коридора, внезапно оказывалась лестница, ведущая вниз.

Разведчикам и ворам не всегда удавалось обезвредить хитроумные механизмы. Одна из пропущенных нажимных плит решила судьбу всей экспедиции. До сих пор помню тот жуткий треск, с которым сработал механизм ловушки. Пол провалился под большей частью партии,