Терра. Часть 1 - Маргарита Боулес

Первозданные

Время шло…

Зрительские ряды редели. Пик Времен продолжал сотрясаться от ужасающей схватки двух Первозданных существ. Архангелы наблюдали без изначального предвкушения, без энтузиазма, вскоре Архидемоны заскучали и вновь завязали бой с Небесными генералами. Легионы ангелов и демонов скрестили свои мечи без причины, полилась кровь, звенела сталь. Нити тьмы сгущались вокруг них, врата в Небытие вновь отворились и с распростертыми объятиями принимали падших воинов. Тишина, покой и пустота были в начале Сущего и в самом Конце.

Время – с вершины опыта, знаний, пережитых событий, пролетевших веков и тысячелетий – присутствовало в нулевой точке, в промежутке и будет всегда, молчаливо наблюдая или проносясь мимо. Бессмертные подобны гранулам в песочных часах, скатываются туда-сюда и смешиваются: одинаковые, неразличимые, безликие и малозначительные для необратимого течения, потока бесчисленных золотых песчинок в громадных часах Вечности.

Велиал

В какой-то момент вновь сменили обличье монстров и упали, вцепившись друг в друга: катались по рыжей земле, обуянные ненавистью. Мой кулак впечатался в его скулу, и я сорвал с головы дьявола корону. Черный артефакт взмыл в воздух и отлетел, рухнув со звоном где-то позади нас.

Моя ладонь коснулась его скулы, и магия соскочила с кончиков пальцев. Люцифер рассвирепел от боли. Еще бы! Лишиться части лица и глаза. Я бы мог раскрошить его в порошок, но удержался. Копье вонзилось в мою руку, и послышался девичий крик. Гената вмешалась в наше сражение и повторила:

– Повелитель! Ваша гостья!

Люцифер ударил по мне тыльной стороной ладони, только сделал это слишком медленно. Мы оба едва держались на ногах. Да, признаю, Люцифер умелый воин, один из лучших.

– Где она? Ты, тварь! – Я схватил его за грудки. – Я убью тебя, сволочь, если ты хоть пальцем ее тронул! Уничтожу каждый гребаный камень в Нижнем мире!

Люцифер грубо сбросил мои руки и встал с земли. Одежда свисала с него мотками, повсюду виднелись следы крови, грязи и пепла, его шатало, левая часть лица потрескалась зигзагами, а глаз заплыл пеленой.

– Подбери диадему, демон, и чеши за мной, – скомандовал он.

«Какого Иблиса[1]? Он. Командует!» – хотелось кричать мне, не знаю, как промолчал. Мы перенеслись на Пик Времен, а следом бегом ринулись в его спальню, потому что переместиться туда я никак не мог, не зная координат. Я увидел Мелиссу на его кровати в бессознательном состоянии. Ее тело била дрожь, и распахнутые глаза заволоклись кровью.

– Лиссаэль?! – из моей груди вырвался мощный рев, который заставил трескаться камни. Спальня дьявола, высеченная внутри скалы, едва не осыпалась нам на головы и не замуровала всех троих живьем. Я вовремя собрался, заметив крен опорных стен.

– Сколько?

– Три сотни.

Обхватил ее руками за виски и проник под кожу, в самую душу, в глубины сознания. По крупицам уничтожал нити тьмы, тек по венам, проникал в органы и выпивал зелья сам, и так триста раз, круг за кругом. Забирал все себе, что предназначалось ей. Я был готов сдохнуть, только бы не потерять ее, и выпил бы все яды, если бы мне дали выбор: она или я. Всегда она, моя девочка с фиолетовыми глазами и белоснежным облаком волнистых волос.

«Прости, что сомневался в твоей любви, Лиссаэль. Прости, что столько лет мучил нас, прости, что боялся и ревновал. Меня ослепила эта ревность. Страх потерять тебя оказался сильнее разума, и холодный рассудок обволокло алым гневом».

Яды могли уничтожить ее не только физическое, но и психическое здоровье. За последнее я опасался сильнее всего, но я кое-что сделал после нашей глупой попытки прорваться на Небеса и, наверное, это и спасло ей жизнь.

«Не сдавайся. Ты должна жить, Лисса».

Когда я отпустил ее, Мелисса все еще была слаба, даже после моего вмешательства. Меня тут же вырвало рядом с кроватью, из глазниц сочилась вязкая черная кровь, и все плыло, мой разум раскачивался на волнах штурмующего океана заполненным не водой, а ядами: Люцифер двоился и расшатывался, стены двигались и кишели змеями. Я никак не мог поймать штурвал собственного корабля, скользил по мокрым бревнам, заваливался то в одну сторону, то в другую, а на борт вливались кислотные волны, ударяли безжалостным потоком.

– Ты забирал Аиррэля для нее? – прохрипел я. Ощущая, как кто-то раздирает мое горло на части.

– Да.

– Я приглашал даже Мумиэля. Он удивился, что Лисса еще жива.

Я провел рукой над ее телом и на ее ключице проявилось черное перо. Люцифер распахнул глаза.

– Ты отдал ей свою суть? Когда? Она знает?

– Нет. Я выпил яды – кх-кх, – зашелся в кашле я, сгибаясь по полам. Перед глазами расплывалось белое пятно. – Она чис…– кх-кх —…та и слаба —кхе-хе. Ее ни то, – кхе-кх-х – что двигать – кх-хм —, даже прикасать…– кх—…ся лишний раз нельзя – кх-хе-кх. Это была временная печать – кх— ради ее защиты.

– Без ее согласия ты не имел права клеймить ее собой.

– Я пытался – кх-х – спасти ее! – Я не стал объяснять, что она распадалась на моих руках после Горы Забвения. Вновь провел ладонью над ее телом, прошептал заклинание и вернул себе суть: перо заискрилось и вошло в меня через запястье. Сейчас я нуждался в силах, да и Люцифер прав, Лисса могла разозлиться за мое своеволие. Теперь ее жизни больше ничего не угрожало.

Я содрогнулся от приступов кашля, по ощущениям мои легкие заимели собственный разум и решили свалить в закат, кинув напоследок лишь «arrivederci». Едва совладав с убийственным приступом, вытер слюни с лица и пытался концентрироваться, не поддаваться позывам.

– У нас появилось немного времени, да, Велиал? Или как тебя величают?

– Кто сделал – кх— это с ней?

– Я сам с ними разберусь.

– Ты подверг ее опасности! – Я вскочил с кровати и ударился плечом об стену. Облокотился. Ноги подкосились от резкого головокружения. – Ты должен был сразу явиться ко мне! А ты утаил это – кх-кх. Из-за тебя она чуть не погибла, чертов ублюдок!

– Я спасал ее как мог! Откуда я мог знать, что ты способен исцелять, а не только крушить и ломать?

– И никто не поведал тебе?

– Ни в одном свитке не упоминается об этой силе, а я прочел их о тебе достаточно! – Люцифер не лгал. Я сам стер все упоминания об этом и старался не распространяться. Аир был среди посвященных в тайну или, скажем так, знал больше других. Его братья Архангелы не шибко разговорчивые и вряд ли будут трепаться обо мне, поэтому меж ними