"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

— Никак! — помотал головой мужик. — Город под осадой, никого не пустят. Что-то в этот раз они совсем обнаглели.

Вот что за дикие люди? Позади, скорее всего, эти шаманы, впереди — войско джунгаров и нужная мне столица.

Мы остановились. Жаслан спрыгнул с коня, лицо его стало торжественным, глаза засияли лихорадочным блеском. Остальные монголы тоже спешились, обнажили оружие.

— На этом наши пути расходятся, русский! — заявил Жаслан. — Мы как дети великого хана обязаны участвовать в войне. Это выше задания, это наш долг.

Глянул на остальных. Все уже собрались подыхать, достали оружие, на лицах — эмоции восторженных смертников. Идиоты, они понимают, что впятером против войска… Никаких шансов. Но как их переубедить? В глазах горит тот особый огонь — фанатичная решимость, которую ничем не потушишь. Готовность умереть за родину, за честь, за светлую память предков. Логикой тут не поможешь.

— Уходи! — посоветовал мне Жаслан. — Или жди, когда наш народ отгонит врагов. Тогда попробуй попасть в Каракорум. Люди хунтайжи… Найди их. Прощай! Надеюсь, мы с тобой пересечёмся в других жизнях, русский шаман.

Он действительно верил, что может пробиться к своим через целое вражеское войско. Трогательно, если бы не было так глупо.

А в моей голове уже вертелись шестерёнки, просчитывая варианты. Мне нужен был доступ в город, нужен кристалл. Нужны монголы как союзники, а не как красивые трупы на поле боя.

И тут меня осенило. Безумный план, рискованный до предела, но… Если сработает, я получу всё, что хочу, и даже больше.

— Жаслан! — окликнул монгола, уже готового броситься в самоубийственную атаку. — Подожди! У меня есть идея.

Артемий Скабер

Двойник короля 18

Глава 1

Мышцы спины ныли от неудобной позы, каждый толчок коня отдавался болью между лопаток. Руки связаны за спиной, плечи выкручены назад под неестественным углом. Суставы протестовали, посылая острые импульсы в мозг. Верёвка впивалась в запястья, оставляя красные борозды на коже, — грубые волокна царапали, жгли при каждом движении.

Во рту пересохло. Язык прилип к нёбу, слюна загустела. Пыль забивалась в ноздри, скрипела на зубах. Хотелось сплюнуть, но даже это простое действие причиняло дискомфорт.

Бат с Жасланом тащили меня к лагерю джунгаров молча, сосредоточенно, с каменными лицами. Один держал поводья моего коня, второй поддерживал в седле, чтобы я не свалился. Их движения были профессиональными, отработанными — опытные воины, выполняющие задачу.

Солнце било прямо в глаза. Жара стояла такая, что воздух дрожал маревом. Пот стекал по лицу, щипал кожу. Конь подо мной фыркал и мотал головой, чувствуя моё напряжение. Животное неспокойно переступало, уши его поворачивались в разные стороны. Инстинкт подсказывал об опасности.

«Если всё пойдёт по плану, через пару часов я буду в самом сердце вражеского лагеря», — пронеслось в голове. Мысль была одновременно волнующей и тревожной.

Много переменных, много неизвестных факторов, но альтернативы не было. Прямая атака на лагерь в несколько десятков тысяч человек — самоубийство, дипломатия тоже не сработает. Остаётся только хитрость.

Жаслан и Бат сыграют в перебежчиков и привезут подарок в виде меня — русского аристократа с землёй и кучей кристаллов. Живого свидетеля побед монгольских воинов.

По идее, должны купиться. Точнее, не так: меня заберут, а вот монголам не поверят, но это я уже предусмотрел. Джунгары не самые доверчивые ребята, особенно к своим заклятым врагам. Их глаза будут буравить спины Бата и Жаслана, ожидая предательства. Подозрительность — национальная черта степняков. Каждый враг может оказаться лазутчиком, каждый союзник — потенциальным предателем. Такова жизнь в степи, где выживает только самый хитрый и осторожный.

Пока есть время, продумаю остальное — детали, нюансы, возможные развилки сценария.

Кожей ощущал каждое движение коня, каждый шаг отдавался болью в связанных руках. Мышцы затекали, немели, но это было неважно, главное — сохранить ясность мышления.

Воздух становился гуще. Запах лошадиного пота смешивался с дымом костров. Ветер принёс аромат жареного мяса и кислого кумыса. Лагерь приближается, где-то впереди уже виднеются первые дымки.

Многие ходы мне пока не известны, но это нормально. Невозможно просчитать все варианты заранее. Главное — иметь базовый план и готовность к импровизации.

Сердце стучало ровно: ни страха, ни паники, только холодный расчёт и анализ. Адреналин есть, но он под контролем. Обостряет чувства, ускоряет реакции, но не мешает думать.

Посмотрим, что там решат со мной делать. От этого и буду дальше прыгать. Степняки предсказуемы в своей непредсказуемости: либо сразу к генералу — если захотят покрасоваться уловом, либо в клетку — если решат, что я слишком опасен, либо попытаются использовать для обмена на что-то ценное. Каждый сценарий имеет свои плюсы и минусы. К генералу — быстро, но рискованно. В клетку — безопасно, но медленно. Обмен — ожидаемо, но открывает дополнительные возможности.

Закрыл глаза и позволил себе расслабиться. Мышцы шеи чуть отпустило, дыхание выровнялось. Поза всё ещё неудобная, хоть и терпимая.

Решил отвлечься. Много всего пришло в шаловливые лапки внутреннего хомяка. Мозг начал перебирать варианты, просчитывать ходы. План стал обрастать деталями, как дерево — листвой после зимы. Я русский шаман. Знаю, что делать и как, нужна только практика. Магия пульсировала внутри, готовая к использованию. Лёд собирался под кожей кончиков пальцев, холодный и острый. Стоит только захотеть, и он вырвется наружу при первой необходимости.

Сила имеется, опыт, знания — тоже, остаётся только правильно всё применить. У меня есть ручная учительница и древний дух. Правда, он мутный, непредсказуемый, но я могу его использовать, чтобы стать сильнее. Нужно только разобраться, как из него вытягивать эссенцию без риска для себя. Можно попробовать посотрудничать, но только после того, как я полностью удостоверюсь в том, что контроль и все козыри на моей стороне.

Шаманка должна в этом помочь. Главное — ей не знать, что я заточил их великого духа. А то хрен разберёт, вдруг какие-то чувства патриотизма вспыхнут? Женщины непредсказуемы, особенно когда дело касается родины, традиций, духовных ценностей. Логика отступает на второй план, вперёд выходят эмоции.

Следующее — возможность перемещаться в чужие тела… Язык немел от предвкушения. Именно эту способность я хотел использовать, чтобы избавиться от джунгаров. Элегантно, эффективно, без лишних жертв среди моих людей.

Когда они свалят, дальше будет уже проще работать с монголами. Один враг вместо двух. Мои планы даже стали более реализуемыми, всё складывается удачно.

Через ресницы наблюдал