Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Думаешь, он знал? — уточнил сидящий напротив неё высокий парень. — Про твою сестру?

Его вопрос прозвучал с ноткой беспокойства. Почти заботливый.

— Не знаю, Пётр. — Екатерина поморщилась. — Я никому и никогда не рассказывала об этом, кроме вас…

— Но как-то он узнал? — резко возразила красивая и невысокая брюнетка, что сидела слева от Екатерины. — Как и про моего отца.

Алина Дьякова, дочь барона Бориса Дьякова, была родом из Твери, как и вся её семья. Обычно тихая и спокойная, сейчас она походила на разгневанного щенка. Екатерина, вероятно, в любой другой ситуации посмеялась бы от такого нелепого преображения. Всё равно, что смотреть, как злится утёнок. Забавно.

Но сейчас ей просто хотелось чьей-нибудь крови. Кажется, её до сих пор трясло от бешенства, хотя проклятая лекция закончилась четыре с лишним часа назад.

— Это ещё не всё, — заявил Пётр Мелехов. — Помните Самойлова? Я тут поговорил с ребятами. Оказывается, у его родителей была собственная небольшая фирма в Краснодаре. Всё было так, как и описал Рахманов. Впоследствии её потом сожрала дочерняя компания одного из тамошних графов, а судебные издержки полностью разорили его родных. Он сюда-то поступил чудом и только благодаря стипендии.

— Ублюдок по живому резал, — сквозь зубы прошипела Екатерина, зло ткнув вилкой в пирожное.

— Кто он вообще такой⁈ — Алина перевела взгляд сначала на свою «подругу», а затем на Петра. — Ему не больше двадцати! Почему деканат и учебный совет позволяют этому выскочке учить нас⁈ Петь, ты…

— Без понятия, — покачал головой Мелехов, подняв руки. — Вообще.

— Тебе не сказали? — удивилась Дьякова. — Твой отец же граф и…

— И это здесь не играет особой роли, — фыркнул в ответ Пётр. — Всё, что я узнал, так это то, что его сюда продвинула София Андреевна. Всё.

— На что спорим, что он свое место через постель себе выбил? — тут же задал вопрос четвёртый и последний участник беседы.

Юрий Шарфин, как и Екатерина, не являлся аристократом. Но, как и Руденко, происходил из очень богатой семьи и был родом из Казани. Семья его имела достаточное богатство, вероятно, лишь детишки столичных аристократов могли себе позволить соперничать с ним в необдуманных тратах денег. И Юрию это нравилось. Он любил кичиться своим толстым кошельком при любом удобном случае, прекрасно понимая, сколь большое влияние ему давали эти деньги и положение семьи.

— Впрочем, Голотова ничего такая, — весело усмехнулся он. — Я бы с ней повеселился.

— Она старше тебя раза в два, — тут же напомнила ему Алина, на что Шарфин лишь махнул рукой.

— Предпочту думать об этом, как о том, что у неё хватит опыта, чтобы удовлетворить меня в постели, — рассмеялся он и сделал глоток из стоящей перед ним чашки. Как обычно, кофе с коньяком. — И вообще, вам не всё ли равно? Вон, наша неженка уже написала жалобу. И я слышал, что ещё двое пожаловались в учсовет.

Алина сделала вид, что даже не заметила этих слов, лишь подобострастно улыбнувшись. Несмотря на то что она являлась дочерью одного из тверских баронов, дела у её семьи шли так себе. Настолько, что она вряд ли смогла бы себе позволить регулярные посещения этого заведения.

На её счастье, Юрий слишком любил сорить деньгами и с удовольствием оплачивал их посиделки.

— Если это так, то мы можем просто накидать на него достаточное количество жалоб, чтобы парня пнули под зад, и всё, — предложил Пётр.

Но это предложение вызвало у Шарфина усмешку.

— Да ну вас. Чё так скучно-то?

— Надо узнать, кто он такой, — твердо произнесла Екатерина. — Уверена, что он сюда попал не просто так. Должна быть причина, почему этого говнюка поставили нам преподавать и…

Она вдруг заметила странный, почти насмешливый взгляд Шарфина.

— Что?

— Что «что»? — весело спросил он.

— Я знаю этот твой взгляд, — раздражённо заявила она. — Ты что-то знаешь!

— Возможно, — усмехнулся он и с надменным выражением на лице поднёс к губам чашку с кофе.

— Юра…

— Мне тут одна птичка новость на хвосте принесла. Говорят, этот парень работал в «Л Р».

— У его сиятельства графа Лазарева? — округлила глаза Дьякова.

Шарфин лишь пожал плечами.

— Возможно. — Он одним глотком допил свой кофе. — Подтверждения у меня нет, но… Вы задумайтесь вот над чем. Если он там работал… Любой, кому повезёт попасть туда, будет держаться за эту работу зубами.

— Тогда почему он тут? — выдал логически верный вопрос Пётр, задумчиво потирая подбородок.

— Без понятия, — заявила Екатерина, всё ещё злая после того, что произошло. — Но я собираюсь это выяснить…

Глава 5

— Да что ты стонешь-то?

— Злой я, Ксюша, — вздохнул, сидя облокотившись на стойку. — Очень злой. И печальный.

— Так, может быть, просто забьёшь на них? — осторожно предложила она, налив себе ещё немного красного вина. — Раз твоя печаль тебя так гложет.

Мы сидели вечером того же дня в «Ласточке» за барной стойкой. Точнее сказать, в самом конце этой здоровенной корабельной палубы, которую по какой-то неведомой мне причине называли барной стойкой. Подальше от общего гомона и шума.

А шуметь было от чего. До нового открытия бара оставалось всего несколько дней. Событие состоится в вечер этой субботы, и народ усиленно к нему готовился. Почти все работы по устранению последствий «случайного возгорания проводки», как это дело значилось в официальных документах, почти закончены. Вот Мария и решила устроить, так сказать, дегустацию новой барной карты. Как итог весь персонал и некоторые из «сотрудников» Князя собрались в главном зале, пока Мария на пару с Викторией мешали разнообразные коктейли, раздавая их всем желающим на пробу.

Что пил я? Пиво. Темное и мрачное, как моя жизнь.

— Так говорю же, забей просто, — вновь предложила она, покачивая в руке бокал с красным вином. От массового возлияния коктейлями сестра отказалась, списав это на то, что наутро голова будет болеть. — Слушай, ты же говорил, что тебе надо всего лишь пересидеть там, и всё, разве нет?

— Как бы да, но…

— Ну вот