Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

Как оказалось, Аристина в своих предположениях оказалась права. По всему городу и в самом деле начались тщательные поиски похищенной красавицы. Мало того, во всех гостиницах некие серые личности стали выспрашивать: не останавливались ли в них постояльцы родом из баронства Распадского. И путники возблагодарили судьбу, что про них при вселении сделали запись, что они из посёлка Журавлинка.

Причём узнали они о всеобщем розыске после случайно подслушанного в холле раздражённого восклицания служащего гостиницы, который обратился к своему коллеге:

– На слово не поверил, ищейка! Сам всю книгу просмотрел, высматривая, нет ли кого из Распадского.

– А из-за чего сыр-бор? – лениво поинтересовался коллега.

– Какую-то баронету похитили прошедшей ночью. Но мне кажется, она сама сбежала, потому что какой смысл похищать кого-то? Ведь всё равно поймают.

Такая уверенность в силах местного сыска и правосудия заставила четверых диверсантов усилить меры предосторожности, максимально для этого изменив свою внешность. К сожалению, все обитатели и гости столицы пользовались только открытыми тогами или одеяниями подобного типа. Каких либо капюшонов, закрывающих голову и часть лица, никто не носил. Тем более и любая полумаска сразу бы вызвала подозрение. Поэтому пришлось прибегать к умениям дионского жреца изменять лица подручными средствами.

Сам он превратился из смуглого кожей в альбиноса. Додюр стал слишком бледным, но зато светлые волосы стали чёрными. Виктору вставками расширили челюсти, морщинами состарили кожу на лице, приклеили бородку, и он стал выглядеть как зажиточный торговец пожилого возраста. Ну а симпатичному молодому пажу, в которого превратилась Аристина, ничего не оставалось, как выполнять роль подручного при том самом торговце.

Кстати, именно княгиня и предложила себя в напарники Менгарцу, аргументируя это тем, что внешняя разница в возрасте меньше всего будет привлекать внимание со стороны. Кажется, после такого распределения жрец расстроился, кок несколько успокоился, а сам Менгарец принял такое предложение с полным равнодушием. Распределил товарищей цепочкой, и весь отряд двинулся на добычу очередных сведений. Додюр шел впереди зигзагами, прислушиваясь к каждому интересному разговору и присматриваясь ко всем встречным, которые только выходили на улицы Чаолы для предстоящего ночного веселья.

Парочка торговец – паж двигалась сзади хоть и на приличной дистанции, но не выпуская кока из вида. Ну и самым последним, присматриваясь к возможной слежке или к тем, кто оборачивался вслед его товарищам, двигался Фериоль.

Хорошо ещё, что в любом увеселительном заведении кроме пива, вина и ликёров подавали просителям и прохладительные напитки. Иначе, останавливаясь и покупая в каждом месте что-нибудь алкогольное, разведчики более нескольких часов не протянули бы. А так они брали то стакан сока, то кваса, то обычного компота. Если не допивали до конца, то хоть удивления этим не вызывали. Мало ли чем квас не понравился.

Первые два часа такого прерывистого пути ничего не принесли. В смысле полезной информации. Зато атака совсем иного плана знатно огорошила, внесла смятение, тревогу и неопределённость в душу инопланетянина. Впервые он остался с княгиней Вакахан относительно наедине. И только тогда понял, как рушатся самые целомудренные бастионы мужской неприступности. Началось всё с того, что Аристина смотрела ему постоянно прямо в глаза, томно облизывала язычком свои губки и с придыханием, нежным голоском нашептывала вроде бы ничего не значащие вопросы и ответы. Причём наличие усиков над верхней губой ничего не значило. Любой мужчина, хоть раз видевший красавицу в её истинном великолепии, на такие нелепые маскировочные детали не обращал ни малейшего внимания. Только и хотелось слушать, безропотно отвечать и тонуть в глубине призывных, манящих неземной лаской глаз.

Тем более что тема разговора поддерживалась вроде как самая нейтральная: что, где да как жилось Виктору в большом космосе. Чем он увлекался, с кем дружил, кого любил или кем прельщался. И вот именно эти всколыхнувшиеся в душе ностальгические воспоминания тоже как-то сразу и неожиданно сблизили потерпевшего кораблекрушение инопланетянина и самую роковую женщину Первого Щита. Умела она вызвать на откровенность и всколыхнуть в мужчине дремлющие инстинкты, ох как умела! Ну, и пик атаки прославленной кокетки пришёлся на тот момент, когда она вспомнила о своём спасении:

– Как я тебе благодарна! Ты просто себе не представляешь! Ты такой мужественный и отважный, решительный и целеустремлённый! А руки!.. Какие они у тебя красивые. Сильные и нежные одновременно. Я даже вздрагиваю до сих пор, как вспоминаю все твои прикосновения…

– Э-э-э… да я вроде как и не прикасался, – лепетал совсем сбитый с толку Виктор.

– Ой, не лги! – нёсся в ответ восторженный шепоток. – Я ведь помню, как ты меня подсаживал на коня, как помогал устроиться на мотодрезине, как лично проверял узлы верёвок перед перелётом через горы. И всегда, всегда ты прикасался ко мне с такой нежностью и чуткостью…

– Но я просто опасался тебя обидеть. Вдруг ты бы неправильно меня поняла?..

– Вот именно! Твоя деликатность, сдержанность и тактичность достойны истинного восхищения. А я всегда мечтала отыскать для себя именно такого избранника. Правда, правда! Не смотри на меня так.

– А как же…

– Ох! Ты бы только знал, как мне надоели все эти дворяне, принцы и прочие задаваки! А ты без титула, зато такой умный, воспитанный, обходительный…

Пожалуй, только в этом месте Аристина совершила небольшую ошибку. Всё-таки титул у Виктора был, и немалый. По понятиям королевства Чагар, да и всего Союза Побережья, его святость, Высший проповедник Менгары считался чуть ли не вторым человеком после короля Грома Восьмого. Так что красавица несколько передёрнула карты, воспевая скромность и простоту своего спасителя и командира. Такое отступление помогло слегка отрезветь от пьянящей близости и скинуть часть невидимых оков со своего сознания. Иначе уже в ближайшие часы Менгарец бы не выдержал и в порыве нарастающей страсти обязательно бы уединился с красавицей в одной из многочисленных гостиниц.

А так он немного очнулся и стал с большим вниманием осматриваться вокруг и прислушиваться. Но всё равно делал это в некоей прострации, словно не соображая. Да и какой мужчина устоит, не превратится в податливое тесто при такой агрессивной, изощрённой, умелой и выверенной атаке самой опытной и прославленной куртизанки.

Наверное, именно поэтому только на четвёртом часу бесцельных