"Фантастика 2026-78". Компиляция. Книги 1-28 - Денис Арзамасов

– И момент выбрали самый удачный, – добавил я.

Получалось, что Россия уже даже не на два фронта бьётся, а на все три. Украина, Сибирь, теперь ещё и Белоруссия, которой, как союзному государству мы обязаны помочь отразить западную агрессию.

– Редкие идиоты, – резюмировал Казанцев. – Надо же понимать, что покончив с Россией «богомолы» обязательно возьмутся за остальной мир. Западу перемирие нужно, как воздух, чтобы сдерживать пришельцев нашими руками не участвуя самим.

Кто бы спорил?! Только про политику это хорошо дома, под бутылочку пивка. Нам же на подобное сотрясание воздуха время тратить – непозволительная роскошь.

– Чужие жёстко навалились? – на данную минуту меня больше интересовало то, на что я хоть как-то мог повлиять.

– Более чем. Почти сотня перехватчиков, – хмуро ответил Казанцев. – Система ПРО русских работает на полную мощность. В воздух поднята вся имеющаяся в том районе авиация. Командование подтягивает сухопутные силы. Думаю, первую волну отобьют.

Здесь наши мнения совпали. Жалкой сотней малых космических кораблей одно из самых сильных и боеспособных государств планеты не одолеть. Однако я не сомневался, что это была лишь проверка. Следующая атака будет куда более массовой и жёсткой. Войскам русских придётся отступить, и захватчики получат плацдарм для дальнейшей экспансии.

Как бы неприятно было это осознавать, прав был Казанцев, времени на принятие ванны и выпить чашечку кофе, у меня нет.

– Я только переоденусь и сразу к Ромашову.

– Хорошо, – дал добро Руслан, посмотрев на часы. – Только поедем вместе.

– Не возражаю.

Я действительно не имел ничего против его компании. Хотя будь такая возможность с удовольствием поехал бы один.

– Тебя подбросить? – предложил Руслан, проявляя несвойственную ему вежливость.

– Сам доберусь, – отказался я от его навязчивой опеки.

– Как скажешь, – нисколько не расстроился бывший друг. – Алина?

– Если я вам не нужна, то как-нибудь сама.

Казанцев сперва, вроде, замялся, не зная как поступить, но быстро определился с выбором. Знать и вправду торопился по срочным делам.

– Хорошо. Только будьте осторожны. Оба.

Понятно, что оба. Я ему пока был немножко нужен. А за дальнейшее не ручаюсь.

Разошлись. Я поймал такси, благо сегодня с этим проблем не было, и назвал адрес Ромашова. Вопреки своим же словам домой я даже не собирался. Придумал, чтобы отделаться от назойливых коллег, по ряду причин не испытывая желания делиться с ними секретом тайной комнаты.

Спустя некоторое время я стоял и смотрел на особняк покойного руководителя агентуры Аварона. Вернее на то, что от него осталось. Не много, честно говоря. По всем признакам рубились тут крепко. Второй этаж, там, где находился кабинет Ромашова, отсутствовал напрочь. Все стены были испещрены следами от пуль. Окна разбиты. Ворота снесены, а вместо них болтались две натянутые полицейские ленты предупреждающие, что проход закрыт. И всё это на фоне благопристойного элитного района с дорогими коттеджами, мощённым плиткой тротуаром и клумбами с пока ещё отсутствующими цветочками. Как бельмо на глазу портящее идиллию.

Опять меня не туда занесло. Я оборвал себя на ненужных мыслях. В конце концов, сюда не философствовать приехал и не любоваться местным пейзажем. Пора работать.

Воровато оглядевшись по сторонам, я пролез под ленточками. На территории особняка следов боя прибавилось, но детально их изучать, играя в криминалиста у меня ни времени, ни желания не имелось. Старательно обходя въевшиеся в плитку пятна крови, я прошёл прямиком в оранжерею.

К моему удивлению теплица с цветами, как метко выразился неизвестный составитель сканвордов, была практически цела. Не хватало всего нескольких выбитых стёкол, и всё. Основная перестрелка прошла стороной. Ближе к дому.

Открыв дверь, я вошёл внутрь. Сразу ощутил, что микроклимат был варварски нарушен. Часть редких тропических цветов, те, что росли возле разбитых окон, не перенесли русскую весну и завяли. Остальные ещё держались, но без должного ухода и они вскоре нежильцы. Жалко. Красивый был сад.

Я прошёл в центр оранжереи и остановился возле большой гранитной чаши с водой. Нащупал на постаменте две чуть заметные выемки и с силой надавил. Чаша абсолютно бесшумно отъехала в сторону, открывая узкий проход с уходящими вниз ступеньками.

Всё просто. Признаюсь, обманул я Казанцева, заверив, что без меня ему сюда не попасть. Обычный тайник, без всяких дополнительных мер защиты и кодовых замков на бронированных дверях. Если знать где вход и как его открыть – ничего сложного.

Я привычно спустился по ступенькам и оказался в маленькой комнатке площадью едва ли больше восьми квадратов с небольшой нишей в правом углу. Обстановка сама собой была спартанской, по самому минимуму. Стол, стул, два стеллажа с папками и книгами, да невысокая тумба, на которой стоял кулер с водой.

После моего последнего визита здесь ровным счётом ничего не изменилось. Разве только папок с бумагами стало больше, но и это неточно.

Я прикинул, где Георг мог хранить документацию на «Проект». Понятное дело, что не вот так, условно у всех на виду. Ромашов был тот ещё перестраховщик и понимал, что сама по себе тайная комната не даёт стопроцентной гарантии сохранности сверхсекретных документов. Потому я и не стал тратить время впустую и перебирать бумаги в открытом доступе. Решил заглянуть сразу в сейф.

Подойдя к одному из стеллажей с книгами, я без труда нашёл знакомый корешок «Трудно быть Богом» Стругацких и плавно потянул его на себя. За шкафом что-то щелкнуло, и он наполовину отъехал в сторону. Вот и тайник. О его существовании Георг поведал мне незадолго до той злополучной аварии. Почему доверился мне, а не своему помощнику Казанцеву видимо для меня навсегда останется секретом.

Теперь лишь бы код подошёл. Вдруг заволновавшись, я затаив дыхание набрал нужную комбинацию цифр. Дверца вмонтированного в стену сейфа со щелчком отворилась. Я заглянул внутрь. Если не считать пистолета и сложенного пополам листа бумаги – пусто.

Вот так поворот. Честно – весьма неожиданно. Я был настроен на совершенно другой результат. Ладно, будем работать с тем, что есть.

Первым делом я проверил пистолет и, убедившись, что магазин набит под завязку, убрал его за спину. Лишним точно не будет. И только после этого развернул листок. На нём широким размашистым почерком Ромашова было написано: «Михаил, ты знаешь, что делать». И всё!

Пипец, засада. Понимай, как хочешь. Ребус, твою мать. Оружие и записка. Намёк, что всё кончено