Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

я признаюсь! Вот как на духу! Моей первой мыслью было: «Мои злейшие враги убили человека! Сволочи!». Факт того, что этого несчастного убил мерзкий, обшарпанный лестничный пролёт, заставил меня испытать к парню глубочайшую симпатию и чувство солидарности. И даже догнавшая первую мысль, мысль вторая, говорящая о том, что навернулся тот не просто так, а скорее, испугавшись внезапно открывшегося перед носом портала, чувство симпатии не притупило. Концепция того, что лестницы воспользовались мной, чтобы собрать себе больше жертв, выглядела не менее возмутительно, чем лично проведённое ими душегубство.

В общем, ведомый праведным порывом сорвать торжество подлого ворога, я сперва бросил на паренька исцеляющие чары и на рефлексах перехватил уже почему-то, как наскипидаренная, рванувшую куда-то душу, запихивая ту обратно в тело, и только после этого дал себе труд присмотреться к ситуации повнимательнее.

А внимательный осмотр сразу дал несколько фактов. Во-первых, кровища натекла не от открытого перелома, а из пары пулевых отверстий. Во-вторых, смерть наступила не от физический повреждений, а от остановки сердца, что, мягко говоря, не вписывалось в клиническую картину его возраста и физической формы. Ну и в-третьих, физиономия этого паренька показалась мне смутно знакомой.

– Кха… – между тем, резко сел воскрешённый человек, хватаясь за грудь. – Я… жив?!

– Всегда пожалуйста, – я уже смотрел на него подключив драконьи глазки и Тёмное зрение и уже обнаружил, и «в-четвёртых», и «в-пятых», и даже «в-шестых» в дополнение к тому списку странностей, что озвучил выше.

– Что?! – парень дёрнулся, стремительно разворачиваясь ко мне. Русоволосый, коротко стриженный, в добротном коричневом костюме-тройке… он всё более и более казался знакомым. – Кто ты?

– У меня довольно много титулов и имён, – пожимаю плечами, – пожалуй, даже слишком много. Можешь звать меня Сефирот.

– Лайт. Ягами Лайт, – представился в ответ человек, сразу же после этого поспешив встать, с недоверием ощупав совершенно целое плечо, на котором, правда, остались следы крови от недавнего ранения. Я же всем нутром ощутил близость вспоминания. Мимолётное усилие, немного телепатии и…

– Да ладно… Кира?

– Как ты… – молодой человек вмиг стал весьма напряжённым.

– Не важно. Рад познакомиться, – мысли заметались по крупицам восстанавливая всю историю и подноготную стоящего передо мной и сравнивая с тем, что я видел, как в его душе, так и вокруг неё. И чем больше я погружался в воспоминания из своего далёкого смертного прошлого, тем больше догадывался о возможных причинах своего появления в этом мире. – Признаться, мне сильно импонировал твой стиль, – пауза в разговоре не заняла и секунды, всё же я могу мысли многократно быстрее обычного человека. – Мало кто в мирах, подобных этому, находит в себе силу и решимость отправлять подонков туда, где им самое место. Хотя твой упор лишь на паразитов со стороны теневой части общества мне непонятен – ни один криминальный босс не обрёк на гибель и в половину столько людей, сколько иные респектабельные государственные деятели. Далеко за примерами ходить не надо: ты вот за всю свою карьеру владельца Тетради Смерти убил всего-то несколько десятков тысяч человек, а некий Анатолий Чубайс в России на полном серьёзе планировал, что его реформы приведут к гибели тридцати миллионов не вписавшихся в рыночную экономику жителей страны, о чём ничуть не стеснялся сообщать во всеуслышание. И мало того, что примерно столько и получилось, так ведь он и не видел в этом ничего предосудительного. В общем, не понимаю я твою гуманность, хотя и допускаю, что всё дело может быть в японском менталитете – у вас тут хорошо поставлена промывка мозгов на тему священности иерархии. А вот за Мису тебе надо бы дать по морде – девочка тебя любит больше жизни, да и мозги у неё очень неплохие, а ты ей так цинично пользуешься, не давая ничего взамен.

– Тц, – в ответ Ягами просто отвернулся, упирая указательный и средний пальцы себе в лоб, словно боролся с мигренью или собирал мысли в кучку, – сейчас уже поздно сожалеть, – в эмоциях его явно отражалась суматошная работа мысли, с каждой секундой усиливающая бушующий в эмоциях шторм, где начинали преобладать чувства отчаяния и бессилия. Парень искал выход и, очевидно, не находил его. На меня он, к слову, совершенно не надеялся, что было немного странно, так как он точно понял, что я – паранормальное существо, как минимум, одного порядка с местными Богами Смерти. Вот только общение с этими Богами Смерти, по всей видимости, напрочь отучило его надеяться на бесплатность их услуг и вообще возможность получить эти услуги, когда того очень хочется.

– Неужели ты сдался? Не похоже на тебя, – дав ему немного времени, но получив лишь укрепление похоронческих настроений, вновь обращаю на себя внимание.

– Откуда ты можешь знать, что не меня похоже, а что нет? – скосил на меня карие глаза Кира. И это была не истерика, а лишь холодный интерес.

– Я вижу всю твою историю, твои мысли и чаяния. Твою цель, в жертву которой ты принёс всё, что у тебя было. Некоторые твои поступки вызывают моё порицание. Но, в целом, ты достоин восхищения. А потому, как насчёт сделки?

– Сделки? – он прищурился, а потом, вспомнив что-то из ностальгического прошлого, усмехнулся уголком губ: – Предложишь купить мою душу?

«Э?… Что за глупости вы, люди, себе напридумывали?» – громко всплыл у него на поверхности мыслей хрипловатый голос подкреплённый образом высокой, сухопарой фигуры в чёрных кожаных обносках, а ещё – красными глазами на выкате, не мигая сверлящими его с бледного, уродливого лица Бога Смерти.

– Шутки шутками, но, чтобы ты понимал ситуацию, я нахожусь на достаточном уровне силы, чтобы забрать твою душу не спрашивая твоего согласия. Моё предложение, это не примитивный договор с демоном, что пыжится подняться в иерархии. Пусть Ягами Лайт проиграл и должен умереть, но Кира нужен этому миру. Или я считаю, что нужен.

– Я больше не Кира, – он вновь отвёл взгляд, судорожно просчитывая варианты и смыслы моих слов. – Я лишился Тетради.

– Вот этой тетради? – нащупать связь парня с артефактом было несложно, а дёрнуть по ней, чтобы переместить её и того проще. Точнее, связей у него было две, но одну я честно скомуниздил, вернее не саму связь, а призванную по ней тетрадь, отправив ту в подпространственный карман. Парню, для счастья, и одной штуки хватит,