Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Я же вам говорил, что это не Камыш.

Меньше всего Луну хотелось вставать на сторону Потока, но он был прав. Все, что указывало на Камыша, также указывало и на Елею. У нее было столько же возможностей ускользнуть из колонии, что и у Камыша. Она знала, что они летят на Золотые острова, знала о встрече в храме Голубого Камня, знала, что они вернулись с летучими кораблями, но не знала, сколько их. И она знала, что Лун и Нефрита улетели на восток, но до прошлой ночи не ведала, что они отправились за ядом.

Цветика скрестила руки на груди, все еще размышляя.

– Елея, ты позволишь мне посмотреть твоими глазами?

«Чего?» – испуганно подумал Лун, но все остальные, похоже, поняли, о чем она. Елея обвела всех взглядом:

– Да, мне нечего скрывать.

Цветика кивнула:

– Cделаем все сейчас же. Возвращаемся к укрытию.

– Мне жаль, – сказал Лун Нефрите, хотя и понимал, что легче ей от этого не станет. Ему не стоило раскрывать, что произошло с Елеей, в присутствии всех – Лун понимал это лучше кого-либо, – но сделать это иначе было невозможно.

Нефрита покачала головой, взяла Елею за руку и повела ее вслед за Цветикой и Жемчужиной.

Лун и все остальные пошли за ними. Охотники рассредоточились, но окрыленные все так же демонстративно держали Луна в кольце. Он не удержался и в ответ ощетинился шипами, чуть порадовавшись, когда все они – даже Поток и Дрейф – немного отошли.

Лун вдруг заметил, что идет рядом со Звоном, хотя он и не знал, подошел Звон к нему нарочно или случайно. Лун не вытерпел и спросил:

– Цветика может читать мысли?

– Нет, наставники такого не умеют. – Звон нахмурился, уперев взгляд в землю. – Но если в голове Елеи есть что-то, чего там быть не должно, то она это увидит. Это трудно описать. Ты заглядываешь в чьи-то глаза, смотришь вглубь, видишь цветные пятна и понимаешь, что они значат. – Он горько прибавил: – Я однажды так делал, пока не стал окрыленным. Это непросто, но Цветика очень сильна.

Они добрались до укрытия. Крестец злобно зашипел, и большая часть охотников разбежались в стороны, возвращаясь на свои позиции. У входа, закинув за спину два бурдюка, их ждал Ниран.

– Что произошло? – спросил он, оглядывая всех собравшихся.

– Долго объяснять, – взволнованно сказал Звон. – Подожди пока снаружи.

Ниран скорчил недовольную рожу, но повернулся, чтобы вернуться на поляну с ядом.

Нефрита уже завела Елею в укрытие. Лун пригнулся, чтобы не задеть ветви, и последовал за остальными внутрь. Утес все еще лежал на постели в основном помещении; судя по всему, он глубоко спал. Щелчок, кожа которого теперь была полностью покрыта узорами от яда, свернулся калачиком рядом с ним. Утес, видимо, в какой-то момент проснулся, потому что его рука лежала на плече мальчика.

Елея приняла земной облик и села у очага, а остальные разошлись в стороны, чтобы не мешаться. Она сказала Цветике:

– Я готова.

Тогда голос подала Жемчужина:

– Сначала Лун.

Лун зашипел на нее. Жемчужина склонила голову набок и холодно посмотрела на него. Он почувствовал давление в груди и за глазами – она пыталась принудить его принять земной облик. Он воспротивился, потому что был слишком зол, чтобы поддаться.

Так могло продолжаться долго – Жемчужина отказывалась отступать, а Лун боролся бы с превращением, пока не рухнул бы без сил. Но Нефрита, рассерженная до белого каления, произнесла:

– Лун, просто дай себя проверить. Тебе не будет больно, и так ты докажешь, что Скверны не имеют над тобой власти.

Ему пришлось признать, что она говорила разумно. Продолжая сопротивляться Жемчужине и хрипя от натуги, он сказал:

– Цветика сможет проверить нас обоих?

– Обо мне не беспокойся, – нетерпеливо сказала ему Цветика. – А теперь давай, ложись.

Лун принял земной облик как раз в тот миг, когда его ноги подкосились и он тяжело осел на голую землю. Все еще сверля взглядом Жемчужину, он сказал:

– Я готов.

Остальные окрыленные расслабились, и Жемчужина отвела глаза. Она старалась сохранить невозмутимый вид, но ее шипы напряженно приподнялись, выдавая то усилие, с которым она пыталась принудить его перевоплотиться. Лун горько порадовался, увидев это.

Цветика встала перед ним на колени и поправила свой балахон, чтобы ей было удобнее.

– А теперь не шевелись. – Она положила руки ему на лицо, едва касаясь. Ее кожа была прохладной и сухой. Лун напряженно и нетерпеливо ждал, думая, почему он вообще решил им всем помогать. Через несколько мгновений Цветика сказала: – Лун, перестань сопротивляться.

– Я не сопротивляюсь, – процедил он сквозь зубы. «Если бы я сопротивлялся, мы бы все это увидели».

Цветика строго посмотрела на него:

– Если будешь продолжать в том же духе, у меня не хватит сил на Елею.

Лун с досадой зашипел. Он не осознавал, что противится ей, и не знал, как это прекратить.

– Я не знаю, что нужно сделать.

– Он тянет время, – сказал Поток. – Он нарочно…

Нефрита огрызнулась на него:

– Поток, закрой рот, или я сама тебя заткну.

Вьюн – самый крупный из воинов-мужчин – и несколько других согласно зарычали. Видимо, Поток и им действовал на нервы. Поток посмотрел на Жемчужину, ожидая от нее поддержки. Жемчужина же просто посмотрела на него сверху вниз, и Поток нехотя угомонился.

Цветика смотрела лишь на Луна и не обращала внимания на остальных. Мягким голосом она произнесла:

– Просто расслабься. Смотри мне в глаза и думай о чем-нибудь другом.

Он заглянул в ее глаза, такие же, как у большинства арборов: темно-карие с зелеными и золотыми вкраплениями по краям. Лун думал лишь о том, что если она увидит в его голове что-то, чего там быть не должно, то окрыленные его убьют. Или что его ждет мрачное будущее, в котором он будет одиноко жить на каком-нибудь дереве – если, конечно, переживет битву со Сквернами.

Затем он моргнул и понял, что пропустил несколько секунд. Цветика уже поднималась на ноги. Она взъерошила ему волосы и сказала остальным:

– Чист, как вода в ручье.

Лун отстранился и поежился. Ему было бы не так неуютно, если бы он хоть что-нибудь почувствовал, ощутил хоть какой-то остаточный след от вторжения в его мысли. Ему хотелось свернуться калачиком, но он поборол себя и поднял голову. Все остальные смотрели на Елею. Она старалась сохранять спокойствие, но все равно выглядела напряженной и встревоженной.

Цветика села перед ней. Ободряюще улыбнувшись, она положила руки Елее на лицо и