Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

Может, мы сами скоро займём их место и начнём захватывать миры. Если такая сила попадёт кому-то вроде Бармина или Царёва, такой исход будет вполне вероятен.

Более того, он будет не за горами. А к этому я не готов.

Поэтому…

— Вы это видели? Видели? — вдруг закричал Виталик. — Во-первых, Виталик стоит перед окном. Стас отсёк голову пришельцу прямо своим крылом. Бум!

— Порталы! Порталов больше нет! Мы побеждаем! Побеждаем! Ура, товарищи, ура! — орал Виталик, как заведённый. — Мы побеждаем! Твари отступают! Ура!

Я бессильно рухнул на пол, вернее, на груду пенопласта, которую создал Головин. Сил не было.

Отчего-то вокруг стало очень-очень тихо. Виталик замолк, только слегка шипела рация.

Видимо, Головин прикрутил звук. Оттуда доносился бодрый голос Эльвиры Георгиевны, отдающей приказы.

Она явно приободрилась, понимая, что победа не за горами.

И в этой тишине, будто гром среди ясного неба, прозвучал голос Виталика:

— А что с городом-то? Боже! У нас больше нет города. Его попросту разрушили.

— Похоже, Бугров сделал своё дело. Довёл план до конца, — сухо произнёс Головин.

Я не хотел видеть этого. Можно было встать, поглядеть в окно, надеть руки. Но сил попросту не осталось.

— Я этого ублюдка своими руками порву! — рыкнул Головин.

Я лишь покачал головой. В тех бесконечных вариациях, которые я прокрутил в своей голове, я раз за разом видел одну картину. Губернатор, пользуясь всеобщей паникой и суматохой, каким-то чудом сумел улизнуть от схвативших его силовиков и забрался в кабину небольшого грузового фургона в котором люди Бармина привезли его на площадь.

* * *

Александр Дмитриевич Бугров мчался по Выборгскому шоссе к границе с Финляндией. Навстречу ему неслись пожарные машины, кареты скорой, МЧС и военные. Повсюду звучали непрекращающиеся сирены, сливающиеся в унисон. Этот мерзкий звук ласкал его уши.

На пассажирском сидении лежали новенькие документы, что подготовил для него Бармин.

Бывший губернатор Санкт-Петербурга вёл машину одной рукой, а второй держал телефон у уха.

Наконец, на том конце ответили на звонок. Не дожидаясь, пока собеседник скажет хоть слово, Бугров закричал в трубку:

— Как ты посмел? Ты должен был бороться с добром, а не примкнуть к нему!

— Знаешь, Саня, самые живучие животные — крысы, — холодно произнёс Дмитрий Бармин.

— Это ещё не конец, у меня есть на тебя очень много всего и поверь, я не прощу это предательство, — с угрозой произнёс Александр и бросил трубку.

Теперь всё. Свобода и отдых. Он справился, как и всегда справлялся.

Он был доволен собой и даже напевал любимую мелодию.

Бух! — колесо угодило в очередную выбоину на дороге.

— Господи, ну и дороги тут, просто кошмар! — выругался он а затем рассмеялся.

Смех получился немного нервным. Когда машину тряхнуло на кочке, ему послышалось, будто в кузове кто-то охнул.

Успокойся Саша, а то нервы уже начинают шалить, — выдохнул он и посмотрел вдаль. Сто двадцать километров и он будет на свободе.

* * *

Мы стояли на площади перед зданием правительства. Прямо тут возвели стихийный штаб. Вокруг носилось множество людей: ликвидаторы, военные, полицейские, врачи. Шум и суета заполняли пространство. Город никогда не видел подобных катаклизмов. Разрушения были невероятные.

— Саша, ты в порядке! — бросилась мне на шею Лера, едва мы зашли в большую палатку, где помогали раненым ликвидаторам.

Она страстно впилась в меня горячим поцелуем, отбросив всю робость и стеснение. Время вокруг остановилось, позволяя насладиться этим моментом.

— Потом поворкуете, — послышался рядом голос Серёги — медика из ЧЛК «Бетзховен». — Тут ещё куча работы.

— Много жертв? — с болью на сердце задал я тяжелый вопрос.

— Да знаешь, пока вот даже не знаю что и сказать… — развёл руками медик.

— Серёга!

— Пока никого из наших не потеряли, — улыбнулся он. — Да, много тяжелых, но думаю сможем их стабилизировать. Все лучшие медики сейчас тут и мы не разойдёмся, пока не закончим с самой последней царапиной.

Я облегчённо выдохнул. А затем обратился уже к Лере:

— А по гражданским?

Она улыбнулась. Значит всё не так страшно, как казалось.

— Большинство людей успели оперативно вывести с площади. Основной удар приняли ликвидаторы. Очень много пострадавших, но мы боремся за каждого. Люди едут со всего города, чтобы сдать кровь и помочь чем могут.

Невероятное единение всех жителей вокруг общей беды было видно невооружённым взглядом. Люди сами организовывались в очереди по группе крови, стояли и ждали, пока не понадобится их помощь.

Многие приехали сюда с вещами и продуктами, как только стало ясно что битва закончилась. Кто-то наоборот помогал вывозить людей из центра города к их домам. В этот день даже случилось самое настоящее чудо: бомбилы, что обычно дежурят у вокзалов и дерут втридорога с приезжих приехали и помогали развозить людей совершенно бесплатно.

— Теперь я видел всё, — присвистнул Виталик, когда на его глазах типичный шофёр в кепке помогал садиться в свою машину двум женщинам средних лет, а потом открещивался от протянутой тысячи как от чумы.

Мы вернулись в главный штаб, где Эльвира Георгиевна, совместно с возрастным полковником из Москвы руководили всеми процессами.

— А где Эльвира Георгиевна? — поинтересовался я, не найдя знакомой невысокой фигуры с красным кандибобером на голове.

— Так её давно нету, она где-то в середине битвы убежала, сказав что у неё неотложные дела.

Странно, надеюсь у неё всё хорошо. Надо будет обязательно найти её.

— Александр! — окликнул меня строгий голос.

Я обернулся и увидел Селиванова, только вошедшего в штабную палатку.

— Виктор Петрович, не думал что скажу это, но очень рад вас видеть! — протянул я ему руку.

Но вместо того, чтобы пожать её, он крепко обнял меня, отчего я на какое-то время потерял дар речи.

— Порталы один за другим становятся неактивны, — выпалил он.

— Что⁈ — не поверил я его словам.

— Мы сейчас отправляем все свободные группы для изучения. Но многие разломы первого уровня уже закрылись и процесс продолжается. Не знаю, что вы сделали, но кажется запустилась какая-то цепная реакция. Пока ничего не ясно, но если это то, о чём мы сразу подумали…

Впереди нас ждал долгий путь. Город был ранен и требовалось время, чтобы залечить эти раны. Но смотря на жителей, объединившихся в