Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

особенно хорошо слепленный снежок прямо в цель, раздувая при этом снег вокруг Тобирамы целым вихрем. Его взгляд обещал месть, но губы предательски дрогнули в подобии улыбки.

Стоило признать, когда мы с Мито ходили по мастерам я ей рассказал, что сделал всё это отчасти, этот праздник, чтобы включить традицию празднование Нового Года для сына. Для семьи. Но важнее всего что всё это было именно для него. Ведь я хотел сделать его детство запоминающим, настоящим чтобы это запомнилось ему согревающим моментом семьи. Как я делал когда-то своим первым детям…

Так, когда солнце уже давно покинула день, и мы ждали полночь, сидя перед столом и кушая странный салат из варёных овощей собралась вся моя семья.

Стол ломился от угощений. Помимо того салата, что я попытался воссоздать по памяти (и который все пробовали с осторожным любопытством), Мито приготовила множество традиционных блюд — жареную рыбу, рис с каштанами, тушёные овощи. Но я добавил и свои: запечённую птицу с золотистой корочкой, картофельное пюре со сливочным маслом, клюквенный соус, который получился на удивление хорошо. В центре стола возвышался пирог с яблоками и корицей, присыпанный сахарной пудрой, напоминающей снег.

Свечи горели в хрустальных подсвечниках, отражаясь в бокалах с тёплым сакэ для взрослых и сладким яблочным соком для Акаши. Ёлка светилась в углу веранды, её украшения мерцали в свете фонарей. Снег тихо падал вокруг, но тепло от множества обогревательных печатей, которые я разместил заранее, создавало комфортный кокон тепла.

По правую руку от меня была Жена, а рядом с ней Сын. По левую дедушка и дальше Хаширама со своей женой. А Тобирама с Итамой замыкали стол, гений клана Сенджу сидел напротив, моментами кидая странные взгляды на меня. Но меня это не напрягало, а скорее веселило. Тобирама с Итамой выглядели довольно комично в светло-красных свитерах с шапочками с колокольчиками что звенели каждый раз, когда те двигали головой. А они их двигали постоянно.

— Что-то случилось милый? — Мито заметила мой взгляд на сына. Акаши как я помню тогда сидел, размазав всё своё лицо салатом и играясь с мясом на столе. — Хочешь также?

Подняв свой взгляд посмотрел на Мито, что мило улыбалась от своей шутки. Она прекрасна.

— Почему бы нет, — я подвигал бровями рассмешив её ещё сильнее. Сам улыбнувшись кивнул. — Нет ничего такого Мито, просто…

— Просто что? — Подняв свою руку она положила её по верх моей. Повернув её, сплёл вместе пальцы. Тепло. Оглядевшись, вздохнул через грудь. Мито, Акаши, Сецуна, Котецу, Итама, Тобирама, Хаширама…

— Я соскучился.

***

Вздохнув грудью, во рту противно заскрипел между зубами…песок. Песок? Я сплюнул его комок в сторону, отогнал остатки сна что липли и резко поднял грудь с земли упёршись ладонями в тёплую поверхность. Открыв глаза проморгался и оглянулся. Какого чёрта…

Пляж.

Обычный пляж, а не дома. Я оказался на чёртовом пляже.

Впереди был водный простор что растягивался до горизонта, а синяя гладь сливалась с небом где-то вдали. Волны что накатывали на берег шипели на границе с песком, откатывались обратно оставляя пенистые следы. Солнце висело высоко, грело затылок и плечи, но не палило как в середине дня. Послеполуденное время, может три часа, может четыре. Огляделся назад.

Сзади резко начинался лес, без перехода или кустарников. Вот идёт песок, и спустя сантиметр деревья. Высокие толстые деревья чьи кроны смыкались плотным пологом блокируя обзор вглубь и тень что была настолько густой, что не было видно абсолютно ничего. Почти полная чернота несмотря на яркий день снаружи. Странно.

Поняв ещё что-то страннее, посмотрел на правую руку. Повернув голову набок, понял, что мои пальцы сжимали песок, и белые костяшки выпирали под кожей. Медленно разжал хватку, и песчинки просыпались между пальцев тонкой струйкой. Рука дрожала, остаточный эффект от… чего? Телепортации? Атаки?

Воспоминание было размытым. Фиолетовый свет, давление со всех сторон, активация Хирайшин в последнюю секунду. Чёрт, похоже барьер Тенгена исказил перемещение, добавил переменные в расчёты техники. Пространство свернулось неправильно, и траектория сместилась, а точка назначения…

Где?

Вздохнул через грудь, воздух наполнил полностью лёгкие. Грусть неожиданно накатила на меня, и я почувствовал тяжёлый груз что давил на диафрагму. Эмоция была странной, необъяснимой. Почему грусть? От чего? Сон что видел перед пробуждением уже растворился, остались только обрывки. Красные волосы, голубые глаза, улыбка. Сатору Годжо? Но у этого подростка не были красные волосы. Мито? Чёрт, не помню. Помню, только что он был злым, его отец мёртвый в пламени и Юки Цукумо, пробитая молнией насквозь.

Я убил их? Нет, не всех. Сатору выжил точно, видел как тот активировал технику перед взрывом. Юки… может быть выжила, может нет. Тодзи Фушигуро сгорел вместе с Сатоши. Гето Сугуру был ранен, лежал у стены когда началось. Выжил ли?

Покачав головой отогнал мысли про магов. Сейчас это не важно. Важно было понять где я оказался.

Поднялся на ноги, колени щёлкнули от напряжения. Сколько я здесь пролежал? Размял плечи круговыми движениями, шею повернул влево-вправо, позвоночник хрустнул. Похоже очень долго, но тело было целым, никаких ран или повреждений. Даже никаких птиц что сожрали бы меня? Или крабов? Одежда порвана в нескольких местах, обгорела по краям от жара пламени, но это точно не от живности.

Хирайшин перенёс меня далеко от Токио. Насколько далеко? Сто километров? Тысяча? Другой континент?

Оглянулся на лес снова. Прислушался, напрягая слух максимально. Тишина. Абсолютная, мертвенная тишина которая давила на барабанные перепонки сильнее любого шума. Только шум волн позади нарушал покой, но он был фоновым, естественным, не мешал концентрации. Но это уже было странно.

Лес был безмолвен. Ни птиц, ни насекомых, ни шороха листьев от ветра. Словно всё живое исчезло или замерло в ожидании чего-то.

Но нюх говорил другое. Вздохнул через нос воздух, анализируя запахи. Деревья, свежие и старые одновременно. Мох, влажный от утренней росы что ещё не высохла под тенью крон. Земля, богатая органикой и минералами. И жизнь, слабый но присутствующий аромат биологической активности. Разложение листьев, дыхание корней, вонь микроорганизмов в почве.

Запах тел отсутствовал. Никаких животных, никаких людей, никаких крупных форм жизни в пределах досягаемости обоняния. Либо их не было, либо они были слишком далеко.

Раскинул восприятие радиусом на километр. Чакра потекла тонкой сетью, распространилась во все