Инфильтрация Миров - Юрий Гнатченко

Наступил первый этап обжига кирпича – сушка. Тут требовалось не торопиться. Стараясь равномерно по часам подкидывать полешки в топку, я постоянно бегал к смотровым окнам. Вытаскивая заранее заткнутые камни в оставленные проемы, я максимально быстро осматривал кирпичи и затыкал пышущую жаром преисподнюю. Моей задачей на данном этапе становилось доведение цвета кирпичей до равномерного темно-красного оттенка.

Пока шел процесс сушки я, чтобы занять начавших скучать подростков, отправил их всем табором на производство новых сырцов и последующее восстановление их популяции на опустевших кирпичных полях. Мальцы следуя моим матерным командам, забегали и перестали крутиться вокруг печи, чем вызвали у меня обоснованное облегчение. Я не хотел чтобы кто-то из них играя в свои подростковые игры врезался в стену и тем самым сломал еще не до конца обожжённый кирпич кладки или не дай бог вовсе угорел.

За хлопотами незаметно наступил вечер. В наступающих сумерках печь стала наливаться и светиться темно-красным потусторонним светом. Мы все, включая даже пришедших лесорубов заворожённо смотрели на это действо. На фоне темного неба с крапинками ярких звезд, наша печь освещала все вокруг неземным кровавым светом.

Постепенно, насмотревшись на нее, под завывание огня первыми заснули подростки. В какой то момент отключился и я сам.

Утром, едва придя в себя я с упавшим сердцем бросился к печи, ожидая увидеть потухший огонь. Вот только моему удивлению не было границ – молодой туземец, будущий кирпичных дел мастер, самостоятельно принял ночную вахту на себя и ориентируясь по ранее брошенным вскользь моим указаниям поддерживал требуемый уровень температуры в печи с нужным интервалом времени подбрасывая в топку все новые и новые поленца.

- Из тебя точно выйдет толк! Ты просто молодчина! – не сдерживая улыбку похвалил я его. Посмотрев в красные с недосыпа глаза я похлопал его по плечу и отправил его спать – Иди отдохни. Теперь я послежу.

Молча кивнув он отошел на пяток метров от меня и свернувшись калачиком уснул прямо на земле. Обойдя все смотровые окна я убедился в том, что все кирпичи приобрели одинаковый цвет. Рискнув, я взял заранее приготовленную жердину и аккуратно просунул ее в смотровое оконце. Буквально секунду подержав его там, я быстро вытащил ее обратно. Внимательно осмотрев почерневшее древко, я убедился в отсутствии запотевания – дерево было сухим и не носило следов влаги.

- Ну тогда поддадим газу! – весело сказал я сам себе и начал активно подбрасывать новое топливо в топку. Огонь взревел с новой силой. Спустя десяток минут я осмотрев нижний ряд кирпичей, убедился в том, что температура поднялась. Кирпичи приобрели вишневый цвет – началась стадия подогрева. Постепенно отслеживая через смотровые окна я поднял температуру и кирпичи приобрели требуемый цвет по всей высоте и ширине печи. Провозился я до самого обеда и позволил себе оторваться лишь когда остальные уже уплетали свои порции.

Перекусив остатками пищи, я обратил внимание на то, что у нас снова закончились съестные припасы. Быстро снарядив пару подростков отнести уже готовые короба Зуринке я отдельно настоял на том, чтобы на обратном пути они набрали как можно больше нового провианта. Отправление первого каравана немного затянулось, так как мальцам сложно было сконцентрироваться на деле и устав от работы они шумной гурьбой резвились вокруг меня.

Кое как спровадив их и выдохнув, я вернулся к пышущей жаром печи. Как я предполагал, будущий кирпичных дел мастер уже был на «боевом посту».

- Так, смотри. Такой цвет теперь нужно держать. – дал я ему разъяснения в графике закладки дров в топку и убедившись что он понял меня как надо с чистым сердцем решил отвлечься и вернуться к оставленному мною еще вчера калеке.

К этому времени тот уже успел налепить приличную горку будущей посуды. Внимательно осматривая вместе с сопящим через плече мужиком результаты его трудовой деятельности, я в который раз убедился в огромном опыте вождя. Не восхищаться им не было никакой возможности. Качество глиняных поделок было неплохим, а судя по тому что мне встретились достаточно хорошо выполнение блюда, а так же валявшиеся рядом с десяток деревянных блинов большого диаметра, пока я занимался печью калека смог не только договориться с лесорубами, но и улучшил деревянные формы.

Похвалив мужика, которому явно по духу пришлось мое внимание, я свиснув оставшихся подростков, выдал им задание на подготовку еще одной площадки под малую печь.

Раздав всем команды, я решил потратить выкроенное время на себя и и отправился на Реку. Стоило почистить одежду и помыться, так как амбре от меня стояло еще то. Вода Великой Реки была теплой, песок мягким, а солнце настолько ласковым, что водные процедуры даже подняли настроение сняв усталость. Выполнив минимум гигиенических процедур и вдоволь наплескавшись, я наконец выполз на берег, где улегшись на просушку не заметил как заснул.

- Лик! Лик! Все готово! – разбудил меня озорной голос одного из подростков. Сладко потянувшись я показал ему рукой, что услышал его и скоро приду. Одевшись в просохшую к тому времени одежду, быстро поднявшись на берег, мои ноги против воли ускорили свой шаг.

- Ага. Так, отлично! Молодцы! – принял я у них работу. Вырытая ими яма под нужды малой печи была необходимых размеров. Засучив рукава, я быстро выложил ее стены кирпичами и обмазал их глиной для прочности. Уже набив руку выправить свод мне не составило труда и уже через пару часов новую печь для обжига была закончена. В ней теперь планировалось обжигать керамику.

- Ну что будем обжигать твои поделки. – пошутил я и подмигнул мужику, который словно курица носился вокруг заготовок кухонной утвари и сквозь зубы ругался на нерадивых и криворуких носильщиков которые без должного пиетета стаскивали его труды к печи. Я же в свою очередь аккуратно размещал их внутри печи.

Полностью загрузив и заложив стенку печи, мы словно опытные промышленники спокойно развели требуемый в топке костер. Крутящегося вокруг и начавшего давать советы молодого помощника пришлось с матами отогнать, так как тот к моему огорчению постоянно давал дельные советы, что раздражало и выводило меня из себя.

«Третий день блин помогает, а туда же – мастер!» - возмущалось все мое естество, забывая что и я сам как дитя цивилизации последний раз разжигал костер в глубокой молодости.

В результате провозился я