Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

Я всмотрелся в красную пульсирующую точку на карте.

— Но предупреждаю, Сошедший, — Пьеро навис надо мной. — Спуститься туда — значит бросить вызов не только монстрам, но и собственному рассудку. Там нет гравитации как таковой, а тени шепчут голосами мертвых, пойдешь туда неподготовленным, станешь лишь еще одной безымянной тварью во мраке.

— Звучит, конечно, предельно серьезно, — я почесал затылок, ничуть не впечатлившись его загробным тоном. — Именно поэтому я в самом начале нашего милого диалога и попросил какую-нибудь физическую защиту. Костюм химзащиты, амулет из фольги — да что угодно, что не даст мне отрастить тентакли на спине.

Пьеро издал звук, похожий на скрежет жерновов, перемалывающих камни, лишенный всякой радости смех уставшего старика.

— Защиты? — переспросил он, и его единственный глаз вспыхнул холодным презрением. — Ты думаешь, существует какой-то волшебный костюмчик, который защитит от первородного влияния Бездны? Наивный мальчишка. Будь это возможно физически, я бы разработал его столетия назад. Я потратил десятилетия, вскрывая трупы мутантов и сжигая ресурсы Снежной, но терпел лишь неудачи. Материя там гниет, а магия искажается.

Он тяжело оперся о голографический стол, нависая надо мной.

— Единственный известный мне вариант защиты — это Сила Воли. Да, звучит до тошноты банально, но это правда. Чистая, несгибаемая, маниакальная воля, проблема в том, что такой воли нет ни у кого из ныне живущих. Все мы, от последнего крестьянина до великих Архонтов — рабы Ирминсуля, привязанные к этому миру своими страхами и желаниями. Бездна всегда находит трещину в душе и разрывает её.

Пьеро прищурился, вглядываясь в мое лицо.

— Кроме Сошедших, — тихо добавил он. — Вы не привязаны к древу, у вас нет корней, которые можно отравить. Но, как видно из слухов о Принце Бездны, даже Сошедшие подвержены этому влиянию. Бездна не ломает вас снаружи, она предлагает вам то, чего вы хотите больше всего. Спасения нет, идти туда с пустыми руками — Это изощренное самоубийство.

Я выслушал эту пафосную, пропитанную фатализмом тираду от начала и до конца. Я посмотрел на него со своим фирменным, непробиваемым покерфейсом. Внутри меня, конечно, прагматик бился головой о стену, понимая, что Система в очередной раз отправляет меня на босс-файт с механикой «пройди на голом скилле и силе духа». Классический аниме-троп, от которого меня уже тошнило.

— Сила воли, значит, — ровным, лишенным эмоций голосом констатировал я. — Меня это даже не удивило.

Я протянул руку над голографической картой.

— Ладно, я понял, мы все умрем, Бездна поглотит мир, спасения нет, а я идиот. А теперь заканчивай с театральными паузами и скидывай мне координаты этих твоих Безымянных Руин. Раз уж мне суждено стать самоубийцей, то так тому и быть.

Его единственный видимый глаз расширился настолько, что на секунду мне показалось, будто маска сейчас треснет по швам и отвалится от напряжения.

Наверное, это был первый раз за всю его долгую, мрачную и пропитанную пафосом карьеру, когда кто-то не просто не обмочился от ужаса при слове «Бездна», но и был готов отправиться туда с лицом кирпича. Для Пьеро смерть была трагедией, и концом всего сущего, а для меня? Для меня, человека, которого Система хочет убить на каждом задании? Я уже давно жду экран с «Game Over», а после лежать в бесплатном гробу от Чжун Ли, что тоже, в принципе, неплохой вариант.

— Ты… — Пьеро моргнул, пытаясь перезагрузить свою операционную систему. — Действительно не понимаешь, о чем просишь, или ты абсолютно, безнадежно безумен.

— «Целеустремленный идиот», — любезно поправил я его, постучав пальцем по голографическому столу. — Я ценю твою заботу о моем ментальном здоровье, правда, очень мило с твоей стороны. Но давай смотреть правде в глаза: Моя кукушка давно покинула гнездо и улетела в теплые края. Обещаю, если я там умру, я не приду преследовать тебя в виде призрака, мне будет лень.

Первый Предвестник смотрел на меня еще несколько секунд, а затем внезапно запрокинул голову и расхохотался. Не тот сухой скрежет, что я слышал раньше, а настоящий раскатистый смех, от которого задрожали металлические перекрытия ангара, а инженеры Фатуи в ужасе побросали инструменты. Смех человека, который наконец-то встретил кого-то, кто плевать хотел на правила этого проклятого мира с высокой колокольни.

— Целеустремленный идиот… — отсмеявшись, Пьеро вытер выступившую слезу (или мне показалось?). — Что ж, да будет так, если этот мир и заслуживает спасения, то, видимо, только руками таких вот сумасшедших.

Он провел рукой над столом, красная пульсирующая точка на карте Разлома вспыхнула ярче, и от неё отделился небольшой, светящийся инфокристалл, который плавно опустился мне прямо в ладонь.

— Здесь точные координаты входа в Перевернутый город и безопасные тропы до нижних уровней, — произнес Пьеро, возвращаясь к своему привычному ледяному тону. — Дальше — сам, мои карты там слепы.

Я подбросил кристалл в воздухе и поймал его, пряча в карман к остальному луту.

— Премного благодарен, Ваше Мрачнейшество, — я шутливо отсалютовал ему.

Я развернулся и зашагал обратно к лестнице, насвистывая всё ту же прилипчивую мелодию.

— Сошедший! — окликнул меня Пьеро, когда я уже поднимался на балкон.

Я обернулся.

— Если встретишь Дайнслейфа… — Первый Предвестник сжал кулак в латной перчатке. — Передай ему, что Каэнри'ах не нуждается в его пустых сожалениях.

— Передам, — кивнул я. — Если он не попытается отрубить мне голову раньше, чем я успею поздороваться.

Мой личный чешуйчатый таксист покорно ждал меня снаружи, укрывшись в тени массивной скалы от палящего сумерского солнца. Когда я вышел из темного зева руин, отряхивая плащ, Двалин приоткрыл один огромный лазурный глаз.

— Живой? — рокотнул дракон, и в его голосе мне почудилась едва уловимая нотка удивления. Видимо, он делал ставки на то, что Фатуи вынесут меня оттуда вперед ногами.

— Более чем, — хмыкнул я, запрыгивая ему на спину и устраиваясь поудобнее между шипами. — Эти ребята оказались на удивление гостеприимными, даже чаем не отравили. Полетели, дружище, у нас новый маршрут.

Я достал из кармана инфокристалл, подаренный Пьеро. Обычному человеку эта стекляшка показалась бы просто красивым сувениром, я же пустил тонкую струйку Анемо-энергии в грань кристалла.

Артефакт мгновенно отозвался, вспыхнув кроваво-красным светом, и спроецировал прямо в воздухе передо мной трехмерную карту. Красная точка пульсировала на самом краю изведанных территорий, глубоко под землей, в месте, где текстуры мира буквально рвались на части.

Жопа мира. Опять.

— Разлом, — констатировал я, глядя на координаты. — И даже глубже, в какую-то пространственную воронку под ним. Ну, мне не привыкать шататься по злачным местам, уурс на Ли Юэ,