Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

как будет, а дальше — дальше посмотрим. Надо ж всё-таки сравнить, кто же лучше, — мелькнула ехидная мысль, и я чуть не захихикала, но тут неожиданно Ринал взял меня на руки и понёс к спальне. Ох, что-то я разнервничалась, как будто в первый раз, непорядок.

— А н-ничего, что… это всё-таки королевский дворец?.. — горло внезапно пересохло.

Он усмехнулся, поставив меня на пол, и приподнял голову за подбородок, заставив смотреть в глаза.

— Знаешь, что мне заявил твой разлюбезный Кендалл, когда я выходил из той гостиной? Что если из-за меня тебе будет плохо, то живым я отсюда не выйду. Правда, он чрезвычайно заботливый король, а?

Потом Ринал снова поцеловал меня: неторопливо, нежно, словно растягивая удовольствие, и я чуть не задохнулась, беспомощно прижавшись к нему и чувствуя, что если он сейчас отпустит, то просто упаду — ноги не держали. И это всего лишь поцелуй, боже, что же будет дальше… Пока я пыталась отдышаться, пальцы волшебника занялись маленькими пуговичками на платье.

— Да к демонам, — пробормотал он и вдруг резко рванул материю. — Руки бы оторвать тому, кто это придумал…

Я испуганно ахнула, получив наглядное доказательство, что не у одной меня чувства перехлёстывают через край. Пуговки с тихим шорохом рассыпались по паркету, а ладони Ринала медленно спустили шёлк с моих плеч. Неожиданно щёки залил жаркий румянец смущения, когда платье с шуршанием осело на пол.

— И шпильки эти совершенно лишние, — он начал осторожно распутывать творение горничных, освобождая локоны. — Зачем прятать такую роскошь?

Ох… Прикрыв глаза, я наслаждалась ощущениями, обняв его одной рукой за шею и рассеянно перебирая мягкие завитки волос на затылке.

— Мм… Ники, как вы в этом ходите? — в его голосе звучало искреннее удивление, когда Ринал принялся за корсет. — Совершенно варварское и ненужное изобретение.

Я всё-таки не сдержалась и нервно хихикнула.

— Пожалуйста, только не надо и его портить, слухи между слугами расходятся очень быстро…

— Да плевал я на них, — на сей раз он на удивление быстро справился со шнуровкой, и мне наконец-то удалось вздохнуть полной грудью. — Не смей больше надевать его, ладно?

Раскомандовался тут… ещё неизвестно, получится ли что-то у нас дальше, хватит ли мне смелости дать всему идти своим чередом, или испугаюсь и буду изо всех сил пытаться держать его на расстоянии… На мне остались только чулки и полупрозрачная нижняя рубашка. Тлеющие угли в камине давали достаточно света, одновременно сохраняя уютный полумрак, и когда Ринал чуть отстранил меня, окинув неторопливым, оценивающим взглядом, я снова почувствовала смущение.

— Мне всё хотелось узнать, что же скрывает моя рубашка, — он медленно улыбнулся. — Хотя в этом ты тоже смотришься очень даже ничего.

Очень скоро последняя одежда осталась на полу рядом с платьем, и мы наконец оказались в постели. Кажется, я хотела узнать, кто лучше? Какое-то детское и глупое желание, честное слово. От лёгких, нежных поцелуев кожа просто горела огнём, он безошибочно угадал мои самые чувствительные места, и оставалось только тихо вздыхать от удовольствия, с головой окунувшись в наслаждение. Ринал словно задался целью доказать смехотворность всех моих страхов и сомнений, я просто таяла под его умелыми прикосновениями, где-то самым уголком сознания понимая, что пропала. В крови медленно разгорался пожар, я вздрагивала, стискивая простыню, с губ срывались бессвязные слова — господи, долго не выдержу этой сладкой пытки.

— Пожалуйста… милый… — хм, неужели я сказала?

— Тише, Ники, — волшебник тихо засмеялся, наклонившись ко мне. — Ночь длинная, и это только начало.

Звучит многообещающе. Дальнейшее растворилось в ощущениях и чувствах, и уже не возникало сомнений, а правильно ли я поступила. Подумаю об этом утром… Так хорошо мне давно не было, даже с Дорианом. Собственно, вот и ответ на вопрос Альмарис. Ну да, подозреваю, что у Ринала опыт общения с женщинами куда богаче и разнообразнее — а вот насколько здесь замешаны его чувства, тоже не буду сейчас думать. По ощущениям, время близилось к рассвету, хотя за окном ещё было темно, когда я, усталая и обессиленная, вытянулась рядом с Риналом. Глаза закрывались, сон навалился, как мягкая подушка, и последнее, что донеслось до сознания, это тихие слова:

— Спокойной ночи, рыженькая.

Нежность окутала, словно невесомое покрывало, и я моментально уснула.

Утро. Как не хочется открывать глаза… Прошедшая ночь мелькала в памяти калейдоскопом ярких картинок, ощущений и эмоций, по телу разливалась приятная истома, но в голову назойливо лезли всякие тревожные мысли. Может, это только у меня всё серьёзнее, чем просто всплеск банального желания. А спрашивать как-то не хотелось, во-первых страшно, во-вторых, глупо наверное. После первой же ночи задавать вопрос "Дорогой, а я тебе действительно нравлюсь или ты меня просто хочешь?" — да ну, попахивает дешёвой мелодрамой в стиле бульварных романов. Лучше промолчать и всё-таки свести наше общение исключительно к выполнению главного квеста.

Опять же, я связана с Артефактом, не исключаю, что именно это держит волшебника рядом со мной. Ох, трудно будет, ведь стоит Риналу только посмотреть или прикоснуться, как вся решимость исчезнет. Значит, надо держаться от него подальше. Осторожно приоткрыв глаза, я обнаружила, что проснулась первая. Вот и отлично, есть время одеться и продумать, что и как скажу.

Тихонько сев, я не удержалась и ещё раз посмотрела на Ринала. Спокойное, расслабленное лицо, грудь размеренно поднимается в такт дыханию, одна рука за головой, вторая лежит поверх покрывала. Вспомнив, что творили со мной эти длинные, сильные пальцы, я снова почувствовала румянец на щеках. Чёрт, существование таких вот мужиков — настоящее свинство со стороны Вселенной, или кто там заведует нашими жизнями. Одни проблемы от них… Подавив вздох, я только собралась встать, как вдруг неожиданно услышала:

— Далеко собралась, голосистая моя?

Вздрогнув, я обернулась, прижав покрывало к груди. Серебристые глаза смотрели одновременно насмешливо и — ласково, что ли? — а губы сложились в ленивую усмешку.

— Ты же спал! — я нахмурилась, на всякий случай отодвинувшись. Напоминание о собственной несдержанности минувшей ночью заставило сердце учащённо забиться.

— Нет, Ники. Мне было интересно понаблюдать за тобой, когда проснёшься.

— Экспериментатор, — буркнула я, собираясь всё-таки выбраться из постели и одеться. — Отвернись.

— Мм? — тёмная бровь изогнулась, а