Фантастика 2025-196 - Кирилл Станиславович Бенедиктов

Ичэнь дал команду, и китайский телохранитель взял одну такую бутылку, не обращая внимание на вялые возражения распорядителя.

— Первый раунд мы выиграли, — передал я советнику. — Вряд ли он окажется единственным.

Нас наконец позвали в зал. Нашу, точнее, китайскую охрану в переговорную, конечно же, не пустили. За стол сели трое: Ичэнь и два приехавших из Пекина дипломата. За их спинами замер десяток сопровождающих, и я в их числе.

Только когда мы расселись, появилась русская делегация. Они не спешили усаживаться. Глядя на них, и китайцы встали. После этого в зал вошел Петр Орлов, император и самодержец всея Руси.

— Приветствую дорогих гостей, — сказал он не громко, и не тихо, ровным, безэмоциональным тоном.

Русский переводчик превратил его лаконичные слова в нагромождение пышных форм. Ничего криминального в его версии я не усмотрел, кроме очевидной утомительности этого потока сознания. Но мне не привыкать, церемониймейстер его величества Горна Первого тоже часами мог разглагольствовать о том, как король рад всех видеть, но одновременно и какую честь он оказывает своим присутствием. Работа такая.

— Эти переговоры с самого начала продвигаются с трудом. Тем ценнее соглашение, которое мы сможем наконец заключить. Я же приношу извинения за очередной инцидент, равно как и все предыдущие. Виновники будут найдены и наказаны. Мне также интересно, благодаря какой случайности нам удалось избежать беды. Хотелось бы разобраться и в этом, хотя бы ради того, что наградить героя.

«Не сегодня, — подумал я. — Некогда мне, пора в Сибирь ехать».

Из инструктажа я уже знал, что на повестке два вопроса. Первый — абстрактное соглашение о намерениях продолжать и развивать сотрудничество. Второй же звучал абсолютно конкретно: мы предлагали китайцам построить АЭС.

Я вполуха слушал переводчика, отмечая, что он особо не дурит, а сам постоянно сканировал зал. В зоне ожидания, где осталась развлекаться закусками львиная часть делегации, я на всякий случай оставил птичку. Дух-хранитель реагировал на мою магию не то, чтобы нервно, скорее с дискомфортом, но терпел. А после кризиса с водой я и вовсе ощутил исходящую от него благодарность.

Кто-то меня тревожил, я не сразу понял, кто. Защита духа создавала легкий магический фон, сбивающий мое восприятие. И только когда началось, я смог опознать виновника. Им оказался немолодой плотный мужчина, я мог бы его сразу заподозрить по мутному, плавающему взгляду, но мало ли из-за чего у человека случился упадок сил.

Подозреваемый как-то умудрился пропустить конфуз с водой, потому что наполнил стакан из бутылки, стоящей перед ним, а затем и осушил с таким видом, будто совершает подвиг. После этого он явно прислушивался к собственным ощущениям. Не дождавшись желаемого эффекта, чиновник с обреченным видом задрал рукав пиджака, а потом дернул манжет рубашки, теряя запонки, обнажив татуировку на запястье, и со всей дури ткнул в узор перьевой ручкой.

Все это он проделал очень быстро, никто и не обратил внимание на эти манипуляции, пока из запястья не хлынула кровь. Все всполошились, когда мужчина побагровел, потом его покрасневшая кожа и вовсе раскалилась, как лава. Я уже понял, к чему дело идет, несчастный проглотил червячка — ампулу паразитов, ее почти невозможно отследить, пока она неактивна.

Пора было принимать меры, при этом не хотелось бы самому подставляться. Я решил, что лучше всех отвлечь, и создал иллюзию милашки, с которым я был лично знаком, — под потолком зала воспарил зимний дракон, красивый зверь, будто бы сотканный из потоков морозного воздуха. Дракон дыхнул на «горячего» парня, покрыв его слоем льда.

Взрыв все равно грянул, но ледяная корка, которая в отличие от дракона, реально существовала, приняла на себя удар и разлетелась мельчайшей пылью, не способной причинить вред.

Из зала ожидания раздался крик, я опознал голос Джу Линь. Все еще маскируя свои действия, я послал дракона разбираться, он выломал двери с добрым куском стены. Очередной морозный выдох заковал в лед еще двоих смертников. Один уже почти взорвался, успел прожечь дорогой паркет под собой и столик под некогда белой скатертью.

* * *

Самолет оторвался от взлетной полосы. Когда земля скрылась за облаками, девушки задремали, сказалась почти бессонная ночь. Но довольно скоро Варвара растолкала Волну.

— Хорошо, что мы летим с тобой, — сказала она, протягивая мисс Вейф в руки крошечную бутылочку с ликером.

— Почему же? — удивилась, но не сильно, Марина.

Волна привыкала к новому имени и заставляла всех обращаться к ней именно так.

— Мне кажется, что Алиса и Светочка немного нервно восприняли наши отношения с Яковом Георгиевичем, — продолжила разговор Варвара.

— Он строго заявил, что не будет встречаться с ученицами, — задумчиво сказала Марина. — Правда теперь он и вас обучает.

— Тебя, — поправила ее Варвара. — Не делай из меня старуху. И мы теперь в одной лодке.

— Обучает тебя, — покладисто исправилась Марина. — Неувязочка получается.

— Строго говоря, мы познакомились, когда об обучении и речи не шло. Наверное, порядок имеет значение.

— А ты хочешь выйти за него замуж? — спросила Волна.

Раздался чей-то радостный смех.

— Охомутать нашего скорбного вдовца? Не надейтесь, такие как он не женятся.

Самолет исчез, девушки стояли посреди «нигде», выглядящего как плотный туман, из которого, не торопясь проявилась черноволосая женщина с ярко-синей, светящейся в белесом мареве кожей.

Глава 15

Сперва померещилось, что дамочка с синей кожей стоит перед ними абсолютно голая, у нее четыре руки, одна из которых держит короткий меч, с клинка которого стекает густая, почти черная кровь. Другая схватила за волосы отрубленную голову, красную, будто размалеванную, с оскалившимся клыкастым ртом и толстыми кривыми рогами.

Волну же почему-то притянули не страшные предметы в руках дамочки, и не ее черные пронзительные глаза, а обильная грудь с ярко-красными, тоже явно подкрашенными сосками. На огромном бюсте покоилось ожерелье из черепов, слишком маленьких, чтобы счесть их человеческими.

Из столь же агрессивно крашеного крупного рта змеей выполз язык, раздвоился, и ринулся к лицам ошеломленных девушек. Они наконец вышли из ступора. Отпряли, и тут же наваждение прошло. Среди белесого «ничто» появились уже привычные кресла бизнес-класса. Варвара и Волна сидели в них, как и минуту назад. Третье кресло, вопреки всем правилам Аэрофлота, стояло напротив, а в нем вальяжно развалилась черноволосая женщина со смуглой, но вполне человеческой кожей и в приличном дорогом бизнес-костюме. Дама закинула ногу на ногу, поигрывая красной туфелькой.

— Такие, как ваш прекрасный принц, никогда не женятся, — произнесла дама воркующим сексуальным голосом. — Он будет вечно скорбящим вдовцом, порхающим от одного цветка к другому. А вы знаете, что