Этногенез-2 - Елена Кондратьева

уже о Братьях-Истребителях, которые вообще все время смотрели на Максима волками. Казалось, и первые, и вторые терпят посланца «Армии пробуждения» только из уважения к брату Молоту и его странным капризам.

— Хорошо, — кивнул Максиму лидер «Танцоров вечности». — В таком случае, мы готовы выслушать конкретные предложения товарища Альфы. Надеемся, ты не забыл их, пока дрался на арене?

— Нет. Товарищ Альфа предлагает тебе слияние на паритетных началах. Это означает, что наши организации выставляют равные по силе и оснащенности контингенты, которые будут использованы для борьбы с войсками так называемого Объединенного Человечества. И когда мы склоним лунно-марсианскую олигархию к проведению честных, истинно демократических выборов, вы оба будете баллотироваться на пост Оберпротектора Колоний. При этом между вами будет подписан протокол о том, что победитель на выборах…

Но брат Молот не дослушал:

— Довольно! «На паритетных началах»! «Честные выборы»! Да понимаешь ли ты, что несешь, мальчишка?!.. А главное, понимает ли твой смешной идеалист Людвиг ван Астен, что такое выборы в реальных условиях лунно-марсианской олигархии?!!

Брат Молот больше не мог усидеть на месте. Он вскочил и, шумно отодвинув свое кресло, пробежался по залу, по-бычьи низко наклонив голову и заложив руки за спину.

В дальнем конце зала он резко развернулся, выбросил правую руку вперед и, потрясая сжатым кулаком, выкрикнул:

— «Честные, истинно демократические выборы»! Да это химически чистое безумие! Демократия — это власть денег! На демократических выборах всегда побеждает тот, у кого их больше! Кто держит в руках СМИ. Кто владеет технологиями. Кто может купить эфирное время. Никогда! Ни! При! Каких! Условиях! — с каждым словом кулак брата Молота поднимался и опускался, точно молот, будто бы разбивая на куски, в прах невидимого врага. — Нельзя! Соглашаться! Играть! В игры! Олигархов!

От лидера «Танцоров вечности» по залу расходились тугие волны могучей воли, гнева, психоза. Максим заметил, что дыхание Сестер-Торпедоносиц заметно участилось, теперь они внимали своему вождю с самыми экстатическими лицами. Братья-Истребители хищно улыбались.

Это был провал миссии. Провал всего.

Брат Молот широкими шагами вернулся из дальнего конца зала и продолжал, несколько сбавив тон:

— Слушай же, брат, и запоминай. Да, мы располагаем самыми вескими аргументами для наших врагов. Такими аргументами, которые могут заставить их согласиться хоть на выборы, хоть на введение абсолютизма. Имена этих аргументов совпадают с названиями марсианских спутников: Фобос и Деймос, Страх и Ужас…

Максим почувствовал, что если сейчас не вставит хотя бы пару веских слов, то превратится в статиста на этом бенефисе лидера «Танцоров вечности».

— Погоди, брат, — предупредительно выставив ладонь, Максим тоже поднялся, всем корпусом оборачиваясь к брату Молоту, — ты обрушился с резкой критикой на идею выборов. Я полагаю, у вас с товарищем Альфой еще будет много времени, чтобы обсудить эту концепцию… Я бы хотел, чтобы мы сейчас сосредоточились на главном условии мира: на формировании военной коалиции. И на взаимном признании равных прав на переустройство Солнечной системы после победы.

— Равные права? — лидер «Танцоров вечности» насмешливо заломил бровь. — Равные? Как это возможно, брат? Разве вы равны нам? Что вы сделали в этом году для борьбы с лунно-марсианской олигархией?! А нами, да будет тебе известно, уже начата стратегическая операция «Комета»! Да, комета Шпитц-11 уже направлена нами на Марс! Она сотрет в пыль всю вражескую инфраструктуру на этой планете! Космодромы! Заводы! Города! Все без исключения!

Максим оторопел.

— Не понял… Комета?.. Но зачем?!.. Ее наверняка уничтожат лазерные орудия противокосмической обороны!

— Не уничтожат, будь уверен. И один лишь этот факт покажет, что наш военный потенциал в разы превосходит ваш!

— Пусть так, но… зачем… — Максим с трудом подбирал слова, — зачем вы устраиваете такой жуткий… чрезмерный… террористический акт? Ведь могут погибнуть сотни тысяч людей! Невинных людей!

Брат Молот зло сузил глаза.

— Олигархи должны увидеть всю серьезность наших намерений. Уничтожив губернаторство Марс, мы выдвинем ультиматум. Мы заявим, что объектом нашей следующей атаки станет Луна. И вот после этого ультиматума… — брат Молот обвел взглядом своих сидящих за столом соратников, которые по-прежнему жадно ловили каждое его слово, — после этого ультиматума начнется настоящая революция. Народ больше не станет терпеть воров-олигархов, которые не в состоянии обеспечить даже самое насущное: безопасность! Волна революции сметет и «Беллону», и Оберпротектора, и Ассамблею Колоний! Да, братья и сестры, только так, через Ужас и Страх, можно воззвать к тому немногому человеческому, что еще осталось в душах заводских рабочих и офисных служащих Луны и Марса!

Только так и можно вырвать рабов телевизоров и супермаркетов из их скотского состояния!

Все братья и сестры разразились аплодисментами, словно дело было на официальном митинге. «Похоже, не договоримся, — мрачно подумал Максим. — Что же делать? Какие еще аргументы привести?»

Неожиданно в трапезную, тяжело прихрамывая, быстрым шагом вошел брат Каменщик, командир крейсера-дисколета «Гималаи», который несколько часов назад пострадал от подрыва на ядерных фугасах «Армии пробуждения». Вид у него был весьма свирепый, а серьезность намерений дополнялась пистолетом в правой руке.

— Где этот мерзавец? — спросил он негромким, севшим от бешенства голосом.

И, заметив наконец Максима, сам же себе ответил:

— Ага, вот он!.. Братья и сестры, корабль этого… атаковал мой крейсер! И не чем-нибудь, а термоядерными зарядами!

— Чистыми зарядами, — уточнил Максим, словно бы это что-то меняло.

Брат Молот поглядел на него как на говорящую сколопендру:

— Так это правда? Ты сперва пытался подорвать наш новейший крейсер, а потом как ни в чем не бывало пришел сюда говорить о мире? Хорош дипломат.

— Я бы хотел подчеркнуть, — Максим старался, чтобы его голос звучал как можно тверже, — что от лица «Армии пробуждения» я действовал лишь во втором случае, когда просил о заключении мира. А ваш крейсер-дисколет я атаковал по собственной инициативе. Потому что я был свидетелем того, как вы бесцеремонно отобрали нашу ресурсную базу в секторе Троянцев Юпитера! И считал, что вы должны понести за это справедливое наказание!

— Болтовня! — выкрикнул брат Каменщик, подходя к Максиму вплотную. — Никто и никогда не будет безнаказанно взрывать мины на курсе моего крейсера!

— Вынужден согласиться со своим братом, — ледяным тоном сказал брат Молот, всем телом повернувшись к Максиму. — Я снимаю с тебя дипстатус.

И коротко приказал:

— За борт.

В трапезной появилась четверка автоматчиков. С Максима сорвали тогу и грубо толкнули к выходу. Конечно, сопротивляться было бесполезно. Унижаться перед братом Молотом, что-то пытаться ему объяснить — и подавно.

«А ведь обидно! — подумал Максим. — Прав был товарищ Дементьев! Переговоры с этими психами бессмысленны! Сразу надо было гасить Аэрополис из всех калибров! Да что там «гасить»! Даже если бы я таранил Аэрополис