Отборная няня для сорванцов (и) Генерала-Дракона - Ева Кофей

на крыльце, гладила дворового пса, пила чай из большой глиняной кружки, дышала свежим воздухом и любовалась закатом. Сидела так, пока не стемнело. И в один момент поняла, что в небе другие звёзды и солнце другое. Крыльцо другое и дом не тот.

Она оказалась прямо у входа в особняк чёрных драконов.

Её должна была выставить кевлара, но раньше неё рядом оказался Эдгар. Он был заворожён и назвал её подарком богов.

Лишь для того, чтобы помочь ей не погибнуть в жестоком мире, он сделал её своей наложницей.

Другие девушки плохо это восприняли, но всё стало лучше с появлением Яны.

Но и между двумя подругами пробежала чёрная кошка, когда у Киры появилась такая же метка, как когда-то была у Яны.

Последняя умоляла подругу держаться подальше от дракона, ведь её история любви закончилась кошмарно.

Конечно, Кира не послушала. Притяжение связи было сильнее. Эдгар противился, но довольно быстро сдался. Сначала он перевёл наложницу в отдельные покои, а потом, когда она родила Резергарда, спрятал её в подвале подальше от взглядов прочих слуг.

Этой связью с человечкой он ходил по границе правил. Кевлара начинала путаться, потому что подобные отношения — пробел в её установках.

Но Эдгар знал, что долго замешательство древней магии не продлиться.

Она в любой момент могла созвать совет и внести новые правила.

И тогда наложницу вместе с ребёнком просто казнили бы.

Эдгар любил её. По крайней мере, думал, что любил. Поэтому он отвёз Киру не только в другую страну, но и в другую магическую систему.

Кира была рада покинуть особняк чёрных драконов, ей там было тошно. И она умоляла только об одном. Взять с собой Яну.

Эдгар не был против. Сами по себе наложницы с разрешения своего господина могли перемещаться куда угодно, поэтому это не вызвало у кевлары вопросов. А потом она и вовсе перестала чувствовать противоречия в действиях Эдгара, ведь он перестал ходить по грани в пределах её взгляда.

Всего раз в год, а иногда и реже он приезжал к своей возлюбленной под видом деловых визитов к владыкам фей.

Кира, Яна и дети жили скрытно и по строгим правилам фей. Они делали все нужные обряды, чтобы дом обходила беда. С уважением относились ко всем традициям и не колдовали.

Это поведение было их щитом от драконов.

Вопиющая связь долгое время оставалась в тени.

Детей становилось всё больше. В отличие от Кристиана Эдгар был так же добр, как и вначале.

Он говорил, что его поездки в страну фей — это лучшее время в году.

И Кира мирилась со всем, пока речь не зашла о новом отборе жён. Ханум Офелия Рокэ никак не могла родить мальчика, у Эдгара не было законного наследника. Он не знал, как общественность и сама древняя магия отреагирует на Резергарда, поэтому даже не думал предлагать полукровку на эту роль. Кевлара планировала устроить развод с Офелией и организовать новый отбор.

Когда Кира об этом узнала, её терпение лопнуло.

Эдгар клялся ей, что не трогает своих наложниц, но предупреждал, что должен совершать свой супружеский долг перед женой.

Кира почти не ревновала к Офелии, ведь драконица была холодной как лёд, её волновала только собственная гордость, только власть, только правила.

И сам Эдгар к ней ничего не испытывал. Они общались, словно коллеги. У одного должность мужа, у другой должность жены. Они делали только то, что были должны делать и на этом всё.

А что будет, когда появится другая? Вернётся ли Эдгар к Кире и детям вообще?

Это не давало ей покоя…

— Я не слышал о том, что планировался новый отбор жён, — засомневался Девил.

— Офелия рожала много раз. Каждый раз девочки. Кевлара посчитала, что ждать больше не целесообразно. Но официально об этом оповестить не успели. Ведь Эдгар пропал…

Я сидела рядом с детьми, руки были холодными и мокрыми от волнения. Оказывается, мы с Девилом не одни такие. И, похоже, дракон ошибался в способе избавления от связи. Кристиан спал с Яной, Эдгар с Кирой, и всё же они оставались связанными.

Боги вряд ли хотели унизить Девила так. Вряд ли они успокоились бы, если бы у нас была ночь любви.

Если это и вправду какое-то изощрённое наказание, то им скорее нужно, чтобы дракон полюбил меня. И чтобы убил. Ведь иного выхода, кажется, не было.

А если надежды Девила оправданы, если это не проклятье, а дар, то почему истории других пар такие плачевные?

Я ещё не знала, что случилось между Кирой и Эдгаром, но мне и без того было понятно, что девушка страдала, потому что её долгие годы прятали где-то на задворках, словно постыдный секрет.

Я перевела взгляд на Девила. Мне не хотелось себе такой судьбы. И, казалось, он смог прочитать это в моих глазах.

— Что случилось с Эдгаром? — подтолкнула я Яну к тому, чтобы продолжить рассказ.

Девил подошёл к нам, сел рядом и положил руку на моё плечо. Одно короткое прикосновение согрело меня, словно в ту ночь, когда я засыпала на дереве в лабиринте.

Заметив этот жест, Яна не смогла сдержаться и скривилась. Она не верила в то, что отношения между драконом и человеческой девушкой возможны. И её трудно было в этом винить.

В любом случае она справилась с собой и продолжила рассказ.

Кира с самого начала больше всего желала вернуться домой. Эдгар, хоть и не собирался её отпускать, помогал ей искать информацию о редких перемещениях человечек в свой мир. Картина складывалась по крупицам, раз в год, а то и в пару лет, дракон приносил новые догадки. Ему самому было интересно, что принесут поиски, но он не понимал стремления Киры вернуться домой.

Не верил в то, что это возможно.

Да и зачем?

Он подарил ей огромный дом в безопасном месте. У них были чудесные дети. И даже подруга жила рядом.

Эдгар считал, что Кира не может скучать по дому. Это просто глупо. Она ведь не одинока. У неё, в конце концов, есть он.

И их любовь сильнее всех преград.

— Он правда верил в это, — усмехнулась Яна. — И подумать не мог, что этот дом — всего лишь клетка. Нам нельзя было уходить от него далеко. Даже во двор можно было только в определённые дни, только в определённое время суток. А я не могла заменить Кире её друзей, её родителей, её родной дом. Понимаете? Он думал, что меня достаточно. Словно Кира