Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

— Кого я вижу! — говорит он, отлепляясь от стены: — а я уж думал вы собираетесь уроки пропустить… увлекшись друг другом. А у меня, собственно к тебе дело, Кента-кун.

— Хорошо — говорит Шизука и я с удивлением смотрю на нее. Хорошо? Как-то странно такое от нее слышать.

— Хорошо — поясняет мне Шизука: — первое — не придется долго труп тащить, тут до кабинета химии недалеко.

— Что?! — глаза у Хироши выпучиваются и он делает шаг назад. Вот кто бы другой сказал такое, слово в слово — он бы только посмеялся. Но из уст Тихони, сосредоточенной и спокойной — это звучит… нет, не устрашающе. Как раз, если кто-то хотел бы испугать — это бы не задело бы нашего Каина и краем. Но Тихоня говорит это так как и положено — пытаясь найти какие-то позитивные моменты.

— Второе — нас тут двое а он один — говорит Шизука: — я дам тебе бритву, постарайся не напачкать.

— Э… — говорит Хироши, переводя взгляд с нее на меня. Взгляд говорит «ладно она, но ты-то!». Я пожимаю плечами, показывая, что мешать человеку находить в этой жизни позитивные моменты не буду.

— Третье. Следующий урок — алгебра. — говорит Шизука и видя, что я не понимаю, о чем речь, поясняет: — Не люблю я алгебру. И даже если нам придется урок пропустить, пока мы тело разделываем… ты же говорил, что нет тела — нет дела и надо пока он не окоченел, потом трудно будет…

— Знаете что? — говорит Хироши, спрыгивая на ступеньку ниже: — пойду я, пожалуй, а то звонок на урок скоро.

— А что так? — вежливо спрашиваю я: — у тебя вроде дело ко мне было важное?

— Да разве оно важное — говорит Хироши, спускаясь еще на ступеньку: — так, ерунда. Потом поговорим. Совсем нет смысла нам всем здесь стоять… кричи не кричи — никто и не услышит. — и он исчезает внизу.

— И в этом тоже есть позитив — хмурит бровь Шизука: — первое — мы не пропустим урок, потому что разделывали тело. Второе — мы не замарались. В живом человеке от трех до десяти килограммов каловой массы, а у нас с собой полиэтиленовой пленки нет. И в третьих — …

— Если ты так будешь всех пугать, то в них каловой массы ни черта не останется — вздыхаю я: — видишь! Жить с позитивом намного легче… правда пока только для тебя.

— А кому еще должно быть легче? — спрашивает меня Тихоня и на этот вопрос у меня тоже нет ответа. Счастье — штука крайне личная и если лично вы счастливы, то и ладно. Правда нашей Тихоне все еще предстоит научиться перестать пугать людей до усрачки, но что такое жизнь как не процесс обучения?

— Никому — отвечаю я ей честно: — так им и надо…

Глава 8

— А, наш вундеркинд пришел! — приветствует меня Отоши, похлопыванием по плечу: — тебя сенпай искал! Зайди к нему в кабинет. И еще раз спасибо, что с такой красоткой познакомил!

— Уверяю тебя, это произошло без моего участия — отвечаю я: — это уж ты сам виноват. Так тебе и надо, между прочим. Предупреждал я тебя. «Много, много непокоя принесет оно с собою». — тут я вспоминаю Ершова и что никто и никогда не слушает конька-горбунка. А стоило бы.

— Она такая классная! — закатывает глаза Отоши: — Вот накоплю еще денег и свожу ее куда-нибудь! Кстати, о деньгах — не хочешь денег по-быстрому срубить?

— Денег по-быстрому? Что надо делать? Наркотики, оружие, сексуальный траффик? — словосочетание «быстрые деньги» фактически синоним «легкого хлеба», а мы помним, чем такая активность обычно заканчивается.

— Да ничего такого! — машет рукой Отоши и достает свой смартфон. Тыкает пальцем в иконку приложения — черного такого паучка. Открывается какая-то табличка.

— Скачай себе такую же — говорит он: — ничего незаконного, просто иногда просят куда-то подойти и что-то сделать. Ну, постоять там, или покричать чего. Мелочи разные… а платят сразу же на телефон. Мгновенно. Я вот вчера на углу с ребятами постоял, а мне две тысячи иен скинули.

— Чего? — вглядываюсь в приложение: — тут же нету ничего.

— Это сейчас она пустая — говорит Отоши: — а когда ты нужен — прямо сюда тебе приходит инструкция — что делать и сколько это будет стоить. И как только ты исполняешь то, что тебе сказали — тебе приходят деньги. Очень просто.

— Да? И чего же такого ты сделал, что тебе две тысячи заплатили?

— Да ничего такого. Просто пришел в указанное место в указанное время и постоял там. — пожимает плечами Отоши.

— И все? — как-то с трудом верится, что за «просто прийти и постоять» деньги платят.

— Все, клянусь! Я пришел и еще много парней, как местных, так и незнакомых совсем пришли. Надо было прийти к офису «Дейналар», на парковку и просто постоять там. Если просто так прийти — то две тысячи, а если с бейсбольной битой или железным прутом там — то пять тысяч! А у меня времени не было биту достать или прут, я так пришел, вот и получилось всего две. Мы там минут пятнадцать постояли, я с парнями знакомыми поболтал, они с битами пришли. А потом нам деньги начислили и всех отпустили. Я так за неделю уже почти пять тысяч заработал — то там постою, то тут.

— Вот как — в голове все сразу сложилось. Это же «хангурэ». Молодежные группировки, у которых, как говорят — нет босса, нет центрального аппарата управления, всего этого замшелого прошлого с оябунами, консильери и лейтенантами. Просто на мобильник приходит задание — и те, кто готов исполнить — берутся за исполнение. С одной стороны, это выгодно отличается от застарелых форм организованной преступности просто потому, что нету структуры, нет и организации, есть неизвестный заказчик, который выдает подряды — «постоять с угрожающим видом там-то», например. В результате, исполнители даже не знают, чьи приказы они выполняют и вообще вся эта банда на парковке каждый раз собирается из разных людей, которые просто хотят заработать деньги. Однако и в такой вот организации тоже есть свои недостатки — например одно дело нанять людей «постоять с угрожающим видом с битами и железными прутьями» и совершенно другое — совершить погром например. Конечно, если повысить ставки,