Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

выдворяли, а как минимум грозились пустить в суп. Но Ирмелис была непреклонна. Игнорируя полные вселенской грусти глаза, она уже сделала шаг к корзинке, когда Чешуйка захныкала. Она извивалась в её руках, беспомощно сучила короткими лапками и, когда поняла, что это всё не помогает, громко и жалобно заскулила.

Ирмелис сделала вид, что не понимает. Ещё не хватало! Так это она скоро будет спать на лежанке, а это чудище косолапое отожмёт её кровать. И в следующее мгновение Чешуйка завопила. Громко, жалобно и как-то отчаянно. Ирмелис аж вздрогнула от неожиданности.

— Капитан, не тираньте животинку, — не вытерпел издевательств над зверем бортовой компьютер.

— А что предлагаешь делать? — раздражённо поинтересовалась Ирмелис. — Отдать ей кровать, а самой на коврике спать?

— Да пусть спит на кровати, много ли она места занимает?

— Ага, конечно! Это сейчас она много места не занимает! А что будем делать потом, когда Чешуйка вымахает в зубатого слонопотама?

— Капитан, она воспринимает вас как Главную Самку! Вы для неё мама! И то, что вы выкидываете её из «гнезда», расценивается зверем как отторжение!

Ирмелис резко выдохнула. Как всё сложно! Вот всё у неё не как у нормальных людей! Нет бы собаку завести или кота… Не-е-ет! У нас всё должно быть с выпендроном и через одно место…

— Она будет нуждаться в вашем поощрении всего два года. А потом зверь обретает полную самостоятельность…

Неудивительно, что когда к воплям зверушки и начавшейся лекции Миры добавилась ещё трель входящего вызова, Ирмелис автоматически нажала кнопку приёма:

— Да! — раздражённо рявкнула она, даже не посмотрев, от кого был вызов.

— О-оо! А что это у тебя? — на развернувшейся голограмме Иртан выглядел уже значительно получше.

Да, волосы стали значительно короче, превратились в едва заметный ёжик, но теперь наставник хоть перестал походить на жертву рукожопого цирюльника.

Ирмелис сдалась и, подойдя к кровати, положила на неё вопящую, словно с неё шкуру сдирали, зверюшку. Писк как отрезало, и маленькое чудище закопошилось, нырнуло под одеяло и затихло там.

— Иртан, знакомься, это бздо чешуйчатое — Чешуйка! — представила питомца Ирмелис.

— А что за зверь такой? — поинтересовался Иртан с любопытством.

Нет, то, что Ирмелис завела питомца, было отличной новостью, просто он никогда не видел подобного существа.

— Одна Богиня знает! — пожала плечами Ирмелис. — Приблудилась, а я теперь мучайся.

— Слышь! А чего она так орала? Ты что с ней делала, живодёрка?

Ирмелис от возмущения чуть не задохнулась:

— Я — живодёрка?!!! Да чтобы ты знал, я… — она осеклась, увидев весёлые искорки в всегда холодных глазах наставника, и только рукой махнула: — Это мы кровать делили.

Иртан хохотнул:

— Судя по всему, у тебя с ней счёт 1:0 в пользу Чешуйки!

Ирмелис только смущённо улыбнулась и развела руками.

— Есть такое! Кажется, это я скоро буду на лежанке спать…

— Да ладно, ты большая девочка! Как-нибудь переживёшь!

Ирмелис сделала вид, что дуется, а потом тоже улыбнулась.

— Кстати, как там Во̀рон? — поинтересовалась она, удобно устраиваясь в любимом кресле.

Иртан замялся, а потом вздохнул.

— В санузле всё ещё сидит… — и, когда Ирмелис открыла было рот, чтобы что-то уточнить, добавил: — Уже два часа.

Ирмелис даже села, её брови поползли вверх:

— А он там не повесился случаем? — забеспокоилась она.

— Тьфу! Что ты такое мелешь? Конечно, нет!

— Жаль, — вздохнула Ирмелис, снова откидываясь на спинку кресла. — А я-то надеялась…

— Тьфу! — снова не выдержал Иртан и через пару мгновений пояснил: — Он там медитирует, завороженный блеском собственной лысины…

Ирмелис удивилась:

— Так у Ворона же нет лысины!

Иртан хохотнул:

— Ну-у, это раньше не было, а теперь есть! — и, видя непонимание во взгляде Ирмелис, добавил: — Ему пришлось сбрить остатки волос из-за проплешин.

Ирмелис хрюкнула. Её воображение пасовало — она даже представить Ворона без волос не могла:

— И как?

— Жуть, — вздохнув, признался Иртан. — Морда у него реально гнусная стала. Я бы ему с такой рожей даже свои домашние тапочки сторожить не доверил. Как его на приём пустят в качестве телохранителя канцлера Ли Эссэн — ума не приложу.

Ирмелис беззаботно отмахнулась:

— Да куда они денутся? Она им головы пооткусывает, если кто-то хоть глянет косо на её фаворита.

— Ты думаешь, у них всё серьёзно? — нахмурился Иртан.

Ему совершенно не хотелось терять верного, неоднократно проверенного временем и боями друга и толкового заместителя. Ведь по законам Тартара канцлерам и их семьям категорически запрещалось покидать Тартар. Даже взлёт на околоорбитные станции был под запретом. Так что возможный союз Ворона грозил заземлить его на неопределённый срок.

Ирмелис же только красноречиво улыбнулась. Слухи о том, что Железная Леди, успешно управляющая уже пять лет одним из крупнейших регионов Тартара и добившаяся невероятных успехов и благополучия на вверенных ей землях, обратила своё внимание на скандального бунтаря-аристократа Валиана Тель Силирена-Монтэро, циркулировали в массах ещё шесть месяцев назад.

И тот факт, что гордый Во̀рон, который своим отполированным видом мог посрамить любого генерала, собирался нелепо сверкать лысиной на приёме такой важности, говорил о многом. Во-первых, становилось совершенно очевидным, что доверять защиту любимой женщины другим Жнецам он не собирался. И, во-вторых, что прекрасная леди отвечала ему взаимностью, если готова была терпеть возле себя внезапно оплешивевшего Жнеца, вместо того чтобы заменить Ворона на кого-то с более презентабельным видом.

— Думаю, месяца через три тебе нужно будет искать Во̀рону замену.

— Серьёзно? — неприятно удивился Иртан.

Ирмелис лукаво выгнула брови:

— Хочешь поспорить?

Но суровый наставник только руками замахал:

— Богиня с тобой! Я ещё не совсем спятил, чтобы так нелепо сорить деньгами!

— Ну, как хочешь, — Ирмелис пожала плечами.

В дверь Иртана постучали.

— О, а вот и Ворон пожаловал, — девушка фыркнула, и действительно, через мгновение возле Иртана появился «суровый самурай» с восхитительно лысой головой.

— Привет, чертяка лысый, — Ирмелис приветливо помахала ручкой.

Ворон не выдержал и показал ей неприличный жест. Ирмелис только рассмеялась:

— Ого, да неужели ты наконец-то стал нормальным человеком? А то всё такой чопорный, порядочный и правильный до тошноты.

— Зря зубоскалишь, — криво усмехнулся Ворон. — Я ведь злопамятный до крайности.

Ирмелис хохотнула:

— Так я же и говорю — чертяка...

Неизвестно, чем бы закончилась их